Чтение онлайн

– Мне казалось, что все феи давно исчезли.

– Там всегда много юных, – объяснила Венди, считавшая себя специалистом по феям, – потому что стоит новорождённому засмеяться, рождается новая фея, и пока есть на свете малыши, всегда будут и феи. Они живут в гнёздах на верхушках деревьев: мальчики – фиолетового цвета, а девочки – белого, но есть ещё синие – это глупыши, которые ещё не решили, кто они.

– Ну и весело же я проведу время! – воскликнул Питер, искоса наблюдая за Венди.

– Тебе будет одиноко по вечерам у камина.

– У меня будет Динь.

– Динь для тебя и шага не сделает!

– Противная! – послышалось из-за угла.

– Неважно, – заметил Питер.

– Нет, Питер, это важно! – горячо воскликнула Венди.

– Тогда полетим со мной.

– Можно, мамочка?

– Ни в коем случае! Теперь, когда ты снова дома, я никуда тебя не отпущу.

– Но ему так нужна мама…

– И тебе тоже, милая.

– Ну ладно, – с деланой небрежностью заключил Питер, словно приглашал Венди лишь из вежливости.

Миссис Дарлинг заметила, как дрогнули у него губы, и великодушно предложила Венди раз в год в течение недели гостить у Питера, чтобы помочь с весенней уборкой.

Венди предпочла бы что-нибудь более определённое, ведь весна придёт ещё не скоро, но Питер улетел к себе вполне счастливым. У него не было чувства времени, а впереди ждало столько приключений! И Венди, похоже, понимала это, поэтому на прощание грустно сказала:

– Ты же не забудешь обо мне, Питер, до тех пор, когда настанет время весенней уборки?

Питер, конечно, пообещал и улетел, забрав с собой поцелуй миссис Дарлинг, тот самый, который не предназначался никому. Питер забрал его с лёгкостью, что забавно, однако она, кажется, осталась довольна.

Мальчишек, разумеется, отдали в школу. Большинство пошли в третий класс, а Малыш начал учиться в четвёртом, а затем был переведён в пятый. Первый класс – самый старший. Едва проучившись в школе неделю, они поняли, как сглупили, не оставшись на острове, но было уже поздно. Вскоре они стали такими же обыкновенными, как мы с вами или младший Дженкинс. Как ни грустно об этом говорить, но способность летать постепенно оставляла их. Поначалу Нана привязывала их за ноги к кроватям, чтобы не улетели ночью, а днём они частенько развлекались тем, что притворялись, будто падают из омнибуса. Мало-помалу мальчишки перестали рваться с кроватей и обнаружили, что, прыгая из омнибуса, падают на землю, а не взлетают. В скором времени они уже не могли догнать сорванную ветром с головы шляпу. Они объясняли это отсутствием практики, но на самом деле просто перестали в себя верить.

Майкл верил дольше остальных. Хоть они и смеялись над ним, но именно он был с Венди, когда Питер на следующий год прилетел за ней. Она улетела в том самом платье, которое собрала из листьев и ягод ещё в Нигделандии, и очень переживала из-за того, что Питер заметит, как коротко оно ей стало, но он не обратил на это никакого внимания, взахлёб рассказывая о самом себе.

Она ждала, что они вспомнят о волнующих приключениях, которые вместе пережили, но новые события полностью вытеснили эти воспоминания из его головы.

– Кто такой капитан Крюк? – непонимающе спросил Питер, когда она заговорила о его заклятом враге.

– Неужели не помнишь? – Венди была потрясена. – Ты же убил его и спас нам жизнь!

– Стоит кого-то убить, и я тут же забываю об этом, – беззаботно ответил Питер.

Когда она выразила робкую надежду на то, что Медный Колокольчик будет ей рада, он воскликнул в недоумении:

– Кто такой Медный Колокольчик?

– О Питер! – не могла поверить Венди.

Но даже когда она объяснила, он так и не вспомнил:

– Их так много! Наверное, её больше нет.

Я думаю, он был прав: ведь феи долго не живут, – но они такие маленькие, что даже небольшой промежуток времени кажется им вечностью.

Венди страшно огорчило, что год ожидания, длившийся для неё так долго, казался Питеру просто одним днём. Но с ним было так интересно, к тому же они на славу убрались в маленьком доме на верхушке дерева.

* * *

На следующий год Питер не прилетел. Она ждала его в новом платье, потому что старое стало совсем мало, но Питер не прилетел.

– Может, он заболел, – предположил Майкл.

– Ты же знаешь, он никогда не болеет.

Подойдя к ней поближе, Майкл прошептал с дрожью в голосе:

– Венди, может, его никогда и не было!

Если бы Майкл не заревел, Венди заплакала бы сама.

Питер появился следующей весной и, странное дело, даже не заметил, что пропустил год.

Это был последний раз, когда Венди видела его в своём детстве. Ещё какое-то время ради него она старалась не расти, а когда ей вручали награду за успехи в учёбе, Венди казалось, что она предаёт Питера. Шли годы, но беспечный мальчуган всё не появлялся, а когда они встретились вновь, Венди уже вышла замуж и Питер значил для неё не больше, чем пыль на дне коробки со старыми игрушками. Венди выросла. Не надо её жалеть. Она была из тех, кому нравится взрослеть. Взрослея изо всех сил, она даже обогнала на один день остальных девочек.

Мальчишки тоже выросли, и с ними было всё ясно, поэтому рассказывать о них дальше вряд ли имеет смысл. Задавалу и Кудряша каждый день можно встретить по дороге в контору с кейсами и зонтиками в руках. Майкл стал машинистом. Малыш женился на знатной леди и стал лордом. Видите вон того судью в парике, который выходит из железной двери? Это не кто иной, как Балабол. А бородатый джентльмен, который не может рассказать ни одной сказки своим детям, был когда-то мальчиком Джоном.

Венди выходила замуж в белом платье с розовым поясом. Странно, что Питер не появился в церкви и не заявил протест против заключения брака.

Шли годы, и у Венди родилась дочка. Об этом нужно писать не пером, а золотой краской. Её назвали Джейн, и она всё время выглядела удивлённой, словно с момента рождения ей не терпелось задавать вопросы. Когда Джейн немного подросла и научилась говорить, почти все её вопросы были о Питере Пэне. Она обожала слушать про Питера, и Венди рассказывала ей всё, что могла вспомнить в той самой детской, откуда они отправились в знаменитый полёт. Теперь это была детская Джейн, которую папа девочки купил у папы Венди, потому что ему разонравилось подниматься по лестницам. Миссис Дарлинг давно умерла и была забыта.

В детской стояло всего две кровати: Джейн и её няни – и отсутствовала конура, потому что Наны тоже уже не было в живых. Она умерла от старости, и надо сказать, что в последние годы с ней было очень трудно иметь дело, поскольку она пребывала в твёрдой уверенности, что только ей одной известно, как правильно воспитывать детей.

Раз в неделю няня брала выходной, и Венди сама укладывала Джейн спать.

И тогда наступало время сказок. Девчушка придумала с головой укрываться вместе с мамой простынёй и шептать в темноте: