Чтение онлайн

— К вам посланники из Вемфалии, — Снордольф указал на Гельгарота и его спутников.

Герцог не замедлил показать белую пластину, добытую в Кентавриде.

— Ландерготсон? — Ходтор посмотрел на Гельгарота и опустил глаза к пластине. — Я был уверен, что это будешь именно ты.

— Надеюсь, вы мне объясните, чем мы занимаемся, — произнёс герцог. — А то уже посещаем третью страну, но цель не ясна.

— Ваш главный маг Аллогарт давным-давно поручил мне хранить одну вещь. И я хранил её в знак благодарности за спасение жизни. А теперь настало время его вернуть.

Конунг взял у Гельгарота пластину.

— Йотуны, мы идём к Высшей точки Гранцферы! — крикнул Ходтор.

— Куда? — ужаснулся Ильдрим, — К самому холодному месту?

— Верно, — ответил Снордольф. — Для вас это будет честь. Не каждый йотун там бывал, не говоря уже о южанах.

Ходтор тем временем внимательно оглядел Лугнуаду.

— Дагдалугдоттир, — без запинок выговорил он, узнав дочь эльфийского короля.

— Верно, — смущённо кивнула Лугнуада.

— Я вас помню такой, — конунг поставил ладонь на уровень пояса. — Неужели, ваш отец отпустил вас в нашу обитель снега и льда?

— Нет, я сама ушла, — эльфийка поправила колчан.

— Ну и славно, — Ходтор перевёл взгляд на студента. — А вы?

— Ильдрим Рональдсон, — чтобы представиться на йотунгаллский манер, он вспомнил имя отца, которого не знал. — Студент Магической академии.

— Маг, — одобрительно кивнул конунг. — Вы нам пригодитесь. А пока получите снегоступы.

Он отвёл гостей внутрь деревянной постройки, где топилась печь. Почувствовав облегчение после долгого нахождения на морозе, Ильдрим и Лугнуада упали на лавку.

— Не расслабляемся, — бросил им Гельгарот.

Служители выдали снегоступы. Они представляли собой рамы грушевидной формы с сеткой из прутьев внутри. Герцог со знанием дела принялся привязывать их к ногам. Снордольф уже привязал свои и помог с этим студенту и эльфийке. После недолгого отдыха герои вместе с отрядом йотунов вышли через северные ворота. Ильдрим и Лугнуада сокрушённо вздохнули, когда вновь оказались на морозе. Метель усилилась. Под напором снежного ветра йотуны с трудом делали шаги, не говоря уже о вемфальцах и эльфийке.

— Д-д-долго ещ-щё? — дрожащим голосом спросила Лугнуада.

— Над-д-деюсь, что н-нет-т, — при каждом слове Ильдрим отбивал зубами дробь.

— Эт-ти ш-шуб-бы вооб-бще г-греют? — эльфийка стряхнула с волос иней.

— Не пон-ним-маю, что с ними не т-так, — студент попытался пожать плечами, но те словно заледенели. — Он-ни д-должны г-греть.

— Вемфальская магия, безусловна, могущественная, — пояснил им идущий рядом Снордольф. — Но здесь преобладает наша, йотунгаллская. А холод — это главная её сила.

— И не малая сила, — Гельгарот отряхнул запорошенную снегом бороду.

— Хватит болтать! — перекричал свист метели Ходтор. — Я чувствую, что приближаются йети!

— Но я н-ник-ког-го н-не в-вижу, — Лугнуада удивлённо огляделась.

Несмотря на снежную помеху, эльфийка сохранила способность видеть на несколько шагов вокруг.

— Их трудно заметить, но можно почувствовать. — Ходтор поводил снегоступом, словно что-то нащупывая на земле. — Всем стоять! Готовиться к атаке!

— Вот и согреетесь, — с усмешкой прошептал Снордольф.

Йотуны сжали топоры. Сбросив шубу, Гельгарот обнажил Змееборец. Лугнуада растёрла ладони.

— В атаку! — взорвал воздух крик конунга.

Одновременно с ним с разных сторон от отряда лежачий снег разлетелся в стороны. Из образованных нор вылезли человекоподобные существа размером с буйволов, покрытые длинной белой шерстью. Снордольф первым обрушил топор на врага. Не желая отставать от подданного, Ходтор обезглавил двух йети. Среди йотунских топоров мелькал Змееборец Гельгарота, поражая чудовищ в живот и грудь.

— Бейте! Не щадите! — то и дело призывал конунг.

Ильдрим и Лугнуада спрятались в кольце защитников. Студент уже не понимал, дрожит ли он от холода или от страха. Эльфийка посмотрела на него и вслед за Гельгаротом сбросила шубу. Заставив себя не чувствовать холод, Лугнуада вытащила стрелу и натянула тетиву лука. Один йети пал от выстрела в глаз.

— О, узнаю внучку Гарборикса! — с восторгом произнёс Ходтор.

Увидев эльфийку в действии, один молодой йотун, взявший с собой лук и стрелы, последовал её примеру. Встав спина к спине, лучники под ревнивый взгляд Ильдрима принялись посылать в чудовищ стрелу за стрелой. Лугнуада улыбалась, умудряясь во время прицеливания бросить взгляд в сторону студента. При этом ни разу не промахнулась, в то время, как три стрелы йотуна упали в снег, не задев ни одного йети. Но эльфийка восхитилась, видя как йотунские стрелы, попадая в чудовищ, покрывают их ледяной коркой.

— Эй, студент! — крикнул Ходтор. — Нам бы не помешала помощь магии!

Ильдрим растерянно посмотрел на замёрзшие руки, пытаясь вспомнить нужные пасы для заклинания. Он не заметил как снег разорвался рядом с ним. Лишь нависший йети вернул его в реальность. Студент закричал и попытался увернуться от удара, но поскользнулся на снегоступах и упал. Обернувшись на крик, Гельгарот увидел, как чудовище занесло когтистую лапу над грудью юноши. Как пятнадцать лет назад. Прошлое и настоящее смешалось в разуме Гельгарота.

— Его ты не заберёшь! — он опрометчиво бросился на йети.

Змееборец вспорол чудовищу живот, окрашивая снег кровью. Видя, что Ильдрим жив и не ранен, Гельгарот сжал зубы и ринулся на оставшихся йети, орудуя мечом по их головам, словно косой по колосьям пшеницы.

— Кровавый южанин, — восхищённо прошептал Ходтор, вспоминая события многолетней давности.

Ильдрим тяжело дышал, оправляясь от потрясения. Поняв его состояние, Лугнуада к огорчению йотунгаллского лучника прекратила стрельбу, подбежала к студенту и села рядом с ним.

— Послушай, мне тоже страшно, — холодной ладонью эльфийка сжала кисть Ильдрима. — Но ты же маг. Ты можешь покончить с битвой одним словом. Я прошу тебя, сделай это.

Студент посмотрел в зелёные глаза Лугнуаде и прочитал в них мольбу. Он вздохнул и, опираясь на эльфийку, встал. И вспомнил заклинание, подходящее для снежной битвы.

— Гляциус! — крикнул Ильдрим, разводя руки в стороны по диагонали, правую вверх, левую вниз.

Серебряные искры соскользнули с пальцев студента и упали на снег. Серебристая волна пробежала по земле. Каждому оставшемуся йети в грудь прыгнул святящийся шар размером со спелое яблоко. Мохнатые тела покрылись свечением и застыли, превратившись в ледяные статуи.