Чтение онлайн

– Я тебя знаю. Мои мнения основаны на фактах.

– Я не собираюсь делать ее рабыней. Знаю, звучит как разочарование для тебя. Я просто хочу, чтобы она была моей. Точка.

Грейсон снова непонимающе мигает. Он так растерян, будто я внезапно заговорил на португальском.

– В чем подвох?

– Никакого подвоха.

– Подвох есть всегда. У тебя не бывает подружек. У тебя нет личной жизни. У тебя есть только работа, и именно этого ты всегда и хотел. Поэтому ты так хорош. Тебя ничего не обременяет. Ничего не отвлекает. Ты один.

– Люди меняются.

– Это чертова шутка? Ты сейчас шутишь со мной?

Я отвечаю ему сквозь стиснутые зубы:

– Это становится утомительным. Послушай меня внимательно. Я оставляю ее себе. Собери всех, донеси информацию и согласуй дальнейшие действия.

– Воу-воу-воу. Подожди секунду. Ты сейчас говоришь, что хочешь сделать из нее сотрудника?

– Потенциально. У нее есть все данные.

Он не верит своим ушам.

– Ты готов рискнуть прикрытием ради манды?

– Еще раз так ее назовешь, я тебя прикончу.

Мы смотрим друг на друга: в зеркале отражаются две разъяренные пары глаз. Голубые напротив карих – и обе чертовски упрямые.

Спустя несколько напряженных секунд он произносит:

– Ты впервые мне угрожаешь.

– И если ты снова проявишь к ней неуважение, то за угрозой последует пуля.

Он пораженно качает головой.

– Господи боже. Я бы уточнил, не устлана ли ее щель золотом, но не хочу, чтобы меня пристрелили.

– Это и так было почти на грани; у тебя остался последний шанс отсюда выйти, – рычу в ответ.

Он поднимает руки в воздух, признавая поражение.

– Ладно! Я выдвину этот вопрос на рассмотрение. Но, может, стоит сначала выяснить, чего она хочет? Зуб даю, если бы я мог вернуться во времени и решить, хочу ли я этим заниматься, я бы не стал.

– Я тебя тоже люблю.

– Хватит меня подкалывать, – мрачно бормочет он.

– Список у тебя?

Грейсон роется в кармане рубашки. У него есть пристрастие к черно-красным рубашкам в клеточку. Словно он так больше похож на лесоруба. Впрочем, надо отдать ему должное, его перекачанные плечи и широкая спина действительно могли бы принадлежать тому, кто зарабатывает на хлеб, размахивая топором.

Не поворачиваясь, он протягивает через плечо сложенный лист бумаги.

– Постарайся не переусердствовать. Я не смогу объяснить сразу гору трупов.

– Все я нормально сделаю. Ты же меня знаешь.

Мой напарник фыркает.

– Я знаю, что ты сделаешь все так, как тебе в башку взбредет. Вот это я знаю.

Что-то в его тоне заставляет присмотреться к нему внимательнее.

Ему надо подстричься. И побриться. Он никогда за собой особо не ухаживал, но сейчас выглядит так, будто месяц спал на чужом диване. А его любимая борода вышла далеко за пределы лесорубной нормы и устремилась куда-то ближе к маргинальным горцам, которые стреляют по медведям ради забавы.

– Как жена, Грей?

Его шокированный взгляд в зеркале впивается в мой.

– Ты мне сейчас личный вопрос задал?

– Ты на тридцать процентов больший говнюк, чем обычно. Дома все нормально?

Он насупливается.

– Почему у меня должны быть проблемы дома?

– Потому что я умнее тебя. Что случилось?

Он смотрит в окно и тяжело выдыхает через ноздри.

– Она ушла от меня к чертовому тренеру по теннису.

– Мне жаль. Хочешь, убью его?

– Господи. Не искушай меня.

– Я всегда готов. Подумай об этом.

– Ни в коем случае!

Он делает паузу.

– Только если я не передумаю. А я не передумаю!

– Понял. Но когда голова встанет на место – просто напиши имя и адрес, и я с этим разберусь.

Очевидно, Грейсона это тронуло.

– Спасибо, Деклан. Это самое приятное и долбанутое, что мне когда-либо предлагали. Считай, что я забыл твои угрозы меня прикончить из-за слов о твоей новой подружке.

– Не благодари.

Открываю дверь и выхожу. Подходя к лифту, звоню Кирану. Он берет после второго гудка.

– Да, босс?

– Посылка уже пришла?

– Ага.

– Ты ее доставил?

– Ага. Она открыла дверь в такой узенькой спортивной штуке. Как трико у гимнастов, только без центральной части. Меня чуть инфаркт не схватил.

Я стискиваю зубы: меня бесит мысль, что Киран увидел Слоан в костюме для йоги. Впрочем, зная ее, я почти уверен, что она делала свои нелепые растяжки и наклоны прямо перед окнами спальни, на глазах у всего Бостона.

– Как она?

– В каком смысле?

– Ну, она довольная? Грустная? В каком она настроении?

Я представляю, как он на другом конце пожимает плечами.

– Как обычно. Чудо-женщина и Люси Рикардо в одном флаконе.

– Люси Рикардо?

– Шизанутая домохозяйка из старого ситкома – «Я люблю Люси».

Не буду рассказывать об этом Слоан. Она примет это за огромный комплимент и сделает Кирана своим верным адъютантом.

А, забыл. Уже сделала.

– Вернусь через несколько часов. Нужно подчистить кое-какие концы, прежде чем выдвигаться.

– Принял. В новом штабе все готово. Ничего, если я съем маффины, которая наша малая мне испекла? Подумал, лучше сначала уточнить у вас.

– Она испекла тебе маффины?

– Ага. Нам с Пауком. Понятия не имею, что в них, но они ужасно зеленые и липкие. Типа она взяла кусок грязи и изваляла в траве.

Стоило догадаться, что она отправится на кухню и начнет готовить свою паршивую несъедобную еду сразу, как только я выйду из спальни, не заперев за собой дверь. А нужно было закрыть на оба замка.

– Звучит отвратно.

– Ага. Но она сказала, что там много клетчатки и мне будет полезно, так что я думаю попробовать.

Клетчатка. Боже. Я с улыбкой отвечаю:

– Да? Ну попробуй. Только потом не жалуйся, когда будешь высирать кишки на фаянсовом троне.

Я вешаю трубку, спускаюсь на два этажа вниз и сажусь в свой «Эскалейд», припаркованный рядом с запасным выходом из гаража. Я еду к Старой Северной церкви – именно здесь бостонские патриоты забили тревогу, когда увидели английские корабли в начале Американской революции. Останавливаюсь на парковке и захожу внутрь через маленькую дверь в боковом приделе. Прохожу в центральный неф и шагаю вдоль пустых рядов скамеек, пока не оказываюсь рядом с исповедальней.