Чтение онлайн

И точно! За спиной Рестеса уже распахнулась тусклая волшебная дверь – совершенно бесшумно и почти не исказив магический фон. С созданием порталов – как с прыжками в воду: чем меньше брызг и тише всплеск, тем выше мастерство.

Ирсон цокнул языком, воздавая должное искусству Энаора, а тот, прижав уши, гадюкой зашипел на Рестеса, нанося ему телепатический удар. Талия метнулась к вербовщику и для верности всадила ему в руку иглу сонной ели. Рестес пошатнулся, неловко переступил с ноги на ногу, стал заваливаться вперёд, но вдруг резко выпрямился и направил на Энаора тёмный жезл – нет, какую-то трубку, рифлёную, словно вафля. Небрежно взмахнув рукой, эал вышиб из пальцев вербовщика странное оружие, открыл рот для нового заклинания… да так и замер, осоловело хлопая глазами.

Ирсон поспешил на помощь. Выскочив из портала, он швырнул в Рестеса парализующее заклинание – синхронно с Талией, бросившей в «дядюшку» увесистым булыжником. И заклятие, и камень достигли своей цели, однако Рестес даже не пошатнулся. Он застыл истуканом, вытянув руки по швам, тараща глаза в сумрак сада. Из рассечённой скулы на грудь ему капала кровь.

Из-за угла дома показался Инон. Зачем-то зажмурившись, он понёсся к товарищам что было мочи. С Энаором и вовсе творились странные вещи. Эал сменил форму и завертелся волчком, словно в хвост ему вцепился краб, потом поскрёб землю лапами, понюхал её и сиганул в кусты.

В тот же миг Рестес вздрогнул и сорвался с места. Ирсон бросился следом, на ходу читая новое заклинание. Талия сцапала с земли трубку, быстро осмотрела её и вдруг оглушительно заорала:

– Ирсон, стой! Стой! Это очень важно!

Танай резко повернулся, едва не столкнувшись с Инмелионом.

– Что это? – подбежав к Талии, спросил он.

– «Селорнова вафля» – это такая штука… как портал для передачи телепатического удара. Долго объяснять! Ей нельзя дать самоубиться. Сохраним её – найдём хозяина.

– Ты знаешь, как она уничтожается?

– Там огненное заклинание… сейчас… арш-17 или 18 по линдоргской классификации. Хр-р-р! Энаор мне говорил, но я забыла номер. Оно срабатывает через две минуты, если трубку отнесли от хозяина на три хвоста.

– Можно отменить?

– Только если знаешь кодовый телепатический сигнал. Мы его в жизни не воспроизведём, надо придумать что-то другое. Ну, тебе придётся, – виновато добавила Талия, отдавая Ирсону жезл.

– Плохо дело, – пробормотал танай, прочитав на него заклятие проницательного взгляда. – Этот твой арш тут везде… как сосуды под кожей. Его не выковырять.

– Никак?

– Никак.

– Бедная «вафля». Мы теряем её. Ужасно жалко.

Секунды стремительно таяли, и Ирсон решился:

– Ладно. Попробуем её заморозить. Ты только отойди подальше – если рванёт, тут будет воронка с твою гостиную.

Прекрасно понимая, что любое контрзаклинание спровоцирует взрыв, Ирсон решил воспользоваться одним из своих зелий. Очертив в воздухе большой прямоугольник, он сделал движение, будто открывал дверцу шкафа, и перед ним появились ряды полок, спрятанных внутри пространственного кармана. Схватив один из пузырьков, Ирсон зубами выдрал из него пробку. Лицо таная тут же покрылось инеем, губы посинели. Не обращая на это внимания, он вооружился пипеткой и, набрав в неё ядовито-голубой жидкости, склонился над трубкой. «Только бы не ошибиться с точками…», – прошептал Ирсон, всматриваясь в переплетение огненных нитей заклятья. Они набухали всё сильнее и сильнее, как тромбозные вены – вот-вот разорвутся. «В конце концов, я танай. А мы – зверски удачливые твари!» – подумал Ирсон и принялся капать зелье в ячейки «вафли». Жезл задрожал, издал оглушительное шипение и… застыл на ладони Ирсона еле тлеющей головешкой.

– Ты гений, Ирсон Тримм! Я уже говорила тебе это? Нет? Значит, говорю – ты гений! – восторженно напрыгнула на таная Талия.

– Кыш! – хохотнул тот, осторожно укладывая жезл на полку.

– Будем надеяться, у Инона дела идут так же хорошо! – крикнула Талия, ныряя в кусты.

Её надежды оправдались где-то наполовину: жрецу удалось задержать вербовщика. Рестес скрючился на пороге беседки. Пальцы обеих его рук приросли к ноге, на месте рта была гадкого вида кожистая складка. Он пучил глаза, силясь перебороть жреческую «магию» Инона. Увы, сам милосердник выглядел немногим лучше. Его бледное лицо блестело от пота, заливавшего плотно сомкнутые веки.

– Ин, что с тобой?! – спросила Талия; она протянула к жрецу руку, но не осмелилась коснуться его плеча.

– Не знаю, – сквозь зубы процедил тот. – Я с трудом удерживаю его. И душу, и тело.

– Так, может, ты займёшься душой, а мы позаботимся о теле? – предложил Ирсон.

– Нет. Ни в коем случае. Малейший толчок – и его душа ускользнёт. Мне нужно за что-то зацепиться. Лучше свяжи его чем-нибудь немагическим. Талия, возьми у меня в кармане иголки! Сначала иголки, потом всё остальное.

– Ну что ж, поиграем в Швею, приметаем, так сказать, душонку к тушонке, – склоняясь над Рестесом, пропела ан Камианка.

В её пальцах блеснули длинные заострённые кристаллы – один за другим Талия вонзала «иголки» в плоть Рестеса, прикалывая его душу к телу, как редкую бабочку к картону.

– Ему ведь помогает жрец Веиндора, так? – вдруг спросила она.

– Я не уверен… – пробормотал Инон.

– Ты не уверен или не хочешь верить? Брось, Ин. Куча религий прошла через раскол.

Инон открыл глаза и посмотрел на неё усталым, тоскливым взглядом.

– Он… этот жрец гораздо ближе меня к Милосердному, гораздо сильнее. Но он почему-то сдерживается…

– Не он. Она! – подняла палец Талия.

Ирсон сунул ей в руку конец антимагической верёвки и присел рядом, собираясь связать пленника.

– Ну, здравствуйте, дядюшка Рестес… – Он осторожно приподнял человека и вдруг отпрянул, что было силы отпихнув Талию от вербовщика, – на спине «дядюшки» набухла жирная чёрная шишка, похожая на осьминожью голову.

– Инон? Талия? – вопросительно крикнул танай.

– Я держу! – откликнулся жрец, Талия кивнула, и Ирсон ударил: в шишку врезались две зеленоватые молнии, перекрученные, как побеги плюща. Они породили целую волну ослепительного света, заставившую всех троих зажмуриться.

Когда же «пособники Смерти» открыли глаза, то увидели, что Рестеса отшвырнуло вглубь беседки. Избавившись от своего аморфного «наездника», он лежал на боку и мелко дрожал – жалкий и смешной, как и положено поверженному врагу. Но длилась эта «идиллия» недолго. Подтянув к себе вторую ногу, Рестес рывком сел и, издав короткий смешок, упал на другой бок. Впрочем, «упал» – не самое подходящее слово. Он буквально нырнул в пол, словно ухнул с низкого мостка в тёмную воду.

– Вот же совиная отрыжка! – выругался Ирсон, перепрыгивая через широкий порог.

В беседке было темно, однако танай успел разглядеть пятно мрака, живой тряпкой уползающее к стене – туда, где тьма становилась совсем уж непроглядной. Ирсон швырнул ему вслед заклинание-распорку, но не был уверен, что оно достигло цели. С магическим фоном что-то было не так.

– Это что, какой-то портал? – спросила подоспевшая Талия.

– Скорее – горловина пространственного мешка. Я попробовал помешать её закрыться. Сейчас узнаем, насколько успешно, – сказал Ирсон, зажигая волшебный огонёк.