Чтение онлайн

– Что же ты там потерял, чумичко? – подойдя поближе, заботливо спросила Талия; Энаор и ухом не повёл.

– Совесть он там потерял, – борясь со смехом, буркнул Ирсон.

– Ну, если совесть, то это надолго. С тех пор как это случилось, здесь уже такие геологические пласты успели нарасти… – присвистнула Талия. – Энаор, душа моя, что ты там ищешь?

– Я. Пророю. Этот остров. Насквозь, – пропыхтел Энаор. – И вывалюсь снизу. Вывалюсь снизу – и нанижусь прямо на шпиль Тиалинхеаля [26] . Да. Да! Так я ещё не умирал!

Талия сочувственно похлопала его по боку.

– Неспроста ему это приспичило. Это «вафля», к гадалке не ходи. Можешь вколоть ему какое-нибудь успокоительное?

– Ему?

– Мне тоже можешь. Но сначала – ему. Не бойтесь, доктор, киска не укусит.

Талия решительно уселась на Энаора верхом и оттянула складку шкуры на его загривке.

– Сегодня у меня просто день верховой езды какой-то!

Эал не обратил на всадницу никакого внимания. Не среагировал он и на Ирсона, когда тот, пряча за спиной шприц, бочком подобрался к своему буйному «пациенту» и резко всадил иглу в его толстую шкуру. Через несколько минут движения эала замедлились. Казалось, что он уже не роет землю, а пытается плыть сквозь неё, неловко загребая вялыми лапами. Наконец он затих.

– Так. Как говорим мы, мародёры: хватаем и валим, – скомандовала Талия.

Ирсон поднял Энаора в воздух. Окликнув Инона, Талия быстро зашагала к дому.

Спустившись в подвал, ан Камианка открыла потайной люк в полу и бодро запрыгала по ступеням. Поддерживая Инона, Ирсон последовал за ней. Лестница уводила их всё ниже и ниже, пока, наконец, не окончилась тупиком. Талия ткнула стену растопыренными пальцами, и камень расступился, открыв товарищам просторный зал со светящимся потолком.

Почти всю его площадь занимал куб из тонкого стекла – искристо-прозрачный, с плавно скруглёнными углами, упирающийся в стены, пол и потолок сотнями кривых стеклянных ножек. Кое-где к его граням были приклеены куски ткани, засушенные цветы, рисунки и множество разнообразной блестящей ерунды – от ржавых шумовок и шурупов до позолоченных лепных розеток, хрусталиков от люстры и отливающих металлом спиралей, выложенных из сотен жуков. Внутри угадывались очертания мебели и каких-то устройств – скорее всего, обеспечивающих помещение воздухом и водой.

– Зачем он тебе? – спросил Ирсон, спускаясь следом за хозяйкой дома на крышу куба.

– У меня были неприятности, – махнула хвостом та.

За их спинами медленно зарастал проход на поверхность. Никакого магического излучения – словно рана в камне исцелялась сама собой. Ирсон прикинул – установка такого заклинания должна была обойтись ан Камианке дороже всего её дома. Если, конечно, у неё нет друзей среди адорских мастеров. Впрочем, на фоне стоимости куба из бекла эта сумма была ничтожной…

Талия присела на корточки у дальнего края куба, над массивным буфетом из чёрного дерева, и принялась делать руками хитрые движения, словно плела венок из невидимых одуванчиков. Разложив его на стекле (во всяком случае, именно так это выглядело), ан Камианка что-то ласково прошептала. Стоило её словам отзвучать, как на поверхности куба появился изящный узор – наивные кисточки полураспустившихся одуванчиков рядом с жуткими шипами. Талия ткнула пальцем в центр круга и по стеклу пошла рябь, будто оно было не прочнейшим материалом в Бесконечном, а куском плохо застывшего желе.

– Это какой-то портал?.. – ошарашенно спросил Ирсон; ему не доводилось слышать, чтобы кому-то удалось переместиться в замкнутый сосуд из бекла.

– Нет, я просто прошу стекло пропустить нас, – пробормотала Талия.

– Просишь стекло ?

– Господин змей, я ведь не выпытываю у тебя твои рецепты, верно? – лукаво склонила голову Талия. – Давай и мои оставим в покое. Тем более что они не очень-то и мои. – Она подмигнула танаю, хрустнула позвонками и, по-балетному вытянув носок, шагнула в венок. – Тут всё просто: главное, задержать дыхание и не дёргаться.

Бекло под её ногами стало прогибаться, выпячиваясь внутрь куба огромной смоляной каплей. «Ножка» этой капли вытягивалась, становилась всё тоньше, пока стекло не сомкнулось над головой Талии. Замерев, она несколько секунд висела под потолком, как муха в янтарном медальоне. Ирсон не смог рассмотреть, что произошло потом – ан Камианка вдруг выскользнула из прозрачного кокона, мягко приземлилась на буфет и приглашающе замахала руками.

– Ничего себе шлюз, – хмыкнул Ирсон.

– Да, она полна сюрпризов. Вот только они далеко не всегда приятные, – почему-то нахмурился Инмелион.

– Давай я следующий – помогу ей подхватить Энаора? – предложил ему Ирсон.

Жрец кивнул.

Ирсон задержал дыхание и вскоре очутился рядом с Талией. Она успела затащить на буфет целую груду подушек и теперь взбивала их, готовясь встречать Энаора. Глядя на него, висящего в капле в позе эмбриона, Ирсон вспомнил о мальках, так и оставшихся лежать на полу беседки. Ему ясно представились их фарфоровые глаза, смотрящие с немой укоризной. Танаю стало мучительно стыдно…

Он вздрогнул, когда Талия вдруг запустила пальцы в его волосы, пробежав острыми коготками по затылку.

– Тебя задело заклинанием от вандалов – его наложили на мою покойную тахту, когда она в одном музейчике выставлялась. Я убрала его остатки… музейчика, а не заклинания! – «пояснила» Талия, заметив ухмылку Ирсона (танай разулыбался ещё шире). – Тьфу на тебя!

– Как бы он там не задохнулся, – пробормотала она и что было силы провела когтем по стеклу, намереваясь помочь Энаору «родиться» поскорее.

Ирсон зажмурился было, предвкушая жуткий звук, но бекло разошлось в стороны с тихим электрическим треском, аккуратно выплюнув эала на подушки.

– Давай перетащим его вон в тот угол, где матрас кожаный. Помоги мне, пожалуйста, я, после всех этих треволнений, боюсь его левитировать. Слишком перевозбудилась. Такое чувство, будто у меня не только пальцы – мозги дрожат. И между ушами искры щёлкают. Брр!..

Устроившись вокруг мирно посапывающего Энаора, танай, человек и алайка смогли наконец перевести дух. Талия положила лапу своего безумного приятеля в миску с тёплой водой – отмачивать глину, налипшую между пальцами, – и осторожно протирала его морду влажной салфеткой.