Чтение онлайн

Аниаллу бодро подхватила рюкзак.

Она зажгла маленький жёлтый огонёк в локте над своей головой, и алаи покинули зал, помахав на прощание статуе Када. Анар впервые увидел её без чехла. Это была Алу – с хищным руалским носом, длинными глазами и ушами в полтора раза больше настоящих.

«…но бывают ночи, когда ветви древних деревьев Великого леса расступаются и на мир тёмных алаев проливается серебристое сияние лун. Это ночи грандиозных празднеств, когда все эалы Ал Эменаит собираются на берегах подземного озера Дар и поют «Шэамиэ» – великую песнь жизни. Воздев морды к небу, они прославляют Бесконечный и свою прекрасную наэй, а Аласаис благосклонно взирает на них. Свет Глаз Её пронизывает землю, делая каменную толщу прозрачной, как плоть стеклянной лягушки.

Эта гигантская линза, припорошенная слюдяными пластинками палой листвы, изрезанная корнями и звериными норами, рассыпает по глади озера тысячи радужных бликов. И Дар оживает. Из глубин его поднимаются мириады прозрачных рыб. Чешуя их разгорается цветным пламенем всё ярче и ярче, веера плавников раскрываются, и, кружась в неистовом танце, рыбы одна за другой начинают взлета…»

На этом патетичном моменте литературному путешествию Анара в «таинственные недра Великого леса» суждено было закончиться. Алай потёр ушибленное место и засунул книгу в рюкзак. В последние дни лоб Его Высочества страдал удручающе часто. Видимо, интуиция Анара решила взять долгожданный отпуск – за компанию с его внутренним цензором и царственными манерами.

Всем нормальным героям, по мере продвижения к цели похода, положено матереть, превращаясь из бесшабашных искателей приключений в Героев с большой буквы – солидных господ, раздувшихся от осознания своего могущества и важности избранного пути. Но Анар и Аниаллу явно были не из числа этих нормальных. Чем глубже уводили их коридоры Запретного Подземелья, тем больше мудрая Тень Аласаис походила на одну из тех «шерстноухих вертихвосток», которые только и знают, что сплетничать по углам да лакомиться свиснутыми из чужих карманов мышиными ушками. И спутник её ни в чём не уступал госпоже сианай, засыпая её вопросами (один другого крамольнее), носясь по туннелям «с неподобающей резвостью» и строя бесконечные планы на будущее.

Вскоре тетрадка, заведённая им для вышеозначенных планов, стала походить на бальную книжку богатого анлиморского холостяка, где даже поля исписаны именами, адресами, датами и названиями мероприятий. Он собрался объездить весь Наэйриан: от парящего в облаках Бриаэллара до подводного И’нель’ора; от распутного, богемного Лар’эрт’эмори до чопорного Элидана; от Академии Агадара, где ещё можно было отыскать следы его украденного детства, где он впервые сказал решительное «нет» своей безумной матери, обрёл лучших друзей и познакомился с Аниаллу, до загадочной Долины Снов, царства дурманящих туманов, накрепко связавших его родителей… Дракона Повелителя Ветров и кошку Аласаис.

Анар не мог без улыбки вспоминать о случае, натолкнувшем их с Аниаллу на разговор о весьма и весьма своеобразной родословной его якобы чистокровного высочества. Всё началось с очередного приступа Анарова «летучего лунатизма».

Он проснулся от удара. Что-то холодное и шершавое проскребло по его виску, едва не ободрав кожу. Анар открыл глаза – сталактит… или сталагмит? Не угадаешь. Земное притяжение утратило власть над алаем, и он не мог с уверенностью сказать, куда занесло его спящую тушку – парит ли она под потолком пещеры, или же зависла над её дном. Недовольно заворчав, Анар схватился за неопознанную каменную сосульку и, выкрутив руку, повернулся к ней спиной. Перед алаем разверзлась пропасть. Отвесные стены колоссальной расщелины тонкой оливковой лентой соединял подвесной мост. Он начинался у подножия широкой каменной лестницы, на нижней площадке которой, свернувшись клубком в чаше высохшего фонтана, спала Аниаллу – эдакий шарик мороженого в креманке. Неподалёку медленно остывала постель Анара…

Он досадливо поморщился – более глупое положение трудно было представить. Анар не мог прибегнуть к «нормальному» заклинанию левитации – окружающее пространство так и кишело ловушками, срабатывавшими в ответ на чары подобного рода. Управлять же странной силой, незнамо за какие грехи превращавшей его в воздушного змея, Анар не умел. Оставалось надеяться, что ему удастся спикировать на мост, оттолкнувшись от потолка. Анар немного покрутился на месте, выбирая правильный угол, отпихнул сталактит и полетел… но не по плавной дуге в направлении лестницы, а камнем вниз.

Ветер засвистел в его ушах, выжимая из глаз слёзы, размазывая по спине трепещущие внутренности. Собственная рубашка, вздувшись пузырём, казалось, вознамерилась удушить Анара петлей воротника, верхняя пуговица так и впилась в горло. Алай сменил форму. Выровняв положение тела мощными взмахами хвоста, он вытянулся, раскинул лапы и растопырил пальцы. Воздух скользил между ними плотной шёлковой тканью, немилосердно трепля перепонки.

Хотя Анар мучился молча, Аниаллу всё же почуяла, что что-то не так. Выпрыгнув из своей «креманки», она пронеслась по мосту и, растянувшись поперёк него, оглушительно рявкнула:

– Прекрати падать сейчас же!

Этот раздражённый окрик кнутом хлестнул Анара. Он так удивился, что не сразу сообразил… что больше не падает. Воздух снова подхватил его незримым сачком.

– Вот так-то лучше, – промурлыкала Аниаллу. – Как ты там оказался?

Анару ничего не оставалось, кроме как поведать ей о своём несчастье.

– Ты не могла бы сходить за верёвкой? – попросил он.

– Не-а. Я считаю, что грех не воспользоваться этой ситуацией в образовательных целях.

– Ты издеваешься? – обиженно буркнул Анар.

Неловко дёргая лапами, он забарахтался в воздухе, пытаясь посмотреть в глаза этой усатой ехидне. Глаза смеялись.

– Как можно?

– И что же, госпожа наставница, мне делать?

– Лети сюда!

– Как?

– Хоти и лети.

Анар очень хотел, но, сколько бы он ни буравил взглядом Аниаллу, представляя себя стоящим рядом с ней, это не помогло ему сдвинуться ни на пядь. Он уже начинал терять терпение, когда госпожа сианай лукаво прищурилась и, сделав ему знак подождать, скрылась за краем моста. Через пару минут она вернулась, но вместо вожделенной верёвки в руке её розовел здоровенный шмат лососины. Помавая им в воздухе, она стала приманивать Анара, как избалованного домашнего кота:

– Киса-киса! Ну, лети сюда, котенька. Ах, какая у нас сегодня рыбка. Свеженькая, жирненькая, с языком проглотишь! Кис-кис-кис!

Лососина и правда пахла одуряюще прекрасно. Анар подумал, что в жизни не обонял ничего лучше. Усы его недвусмысленно обратились вперёд, желудок требовательно заурчал.

– У-у, так бы сама и съела, – продолжала сианай, разделяя ломоть на две половинки, соединённые тонкой серебристой шкуркой и жадно обнюхивая его, – слюной захлебнуться можно. Давай же, иди сюда, а то вдруг заветреет.

Анар сглотнул. Лосось завладел всем его вниманием. Он притягивал его, завораживал, казался всё больше, и больше, и больше… пока Анар не уткнулся в него носом.

Аниаллу тут же отбросила шмат и, ухватив Анара за шиворот, затащила его на мост.

– Вот. Нужно так же, но без рыбы.

Не до конца уразумев смысл её слов, золотой кот возмущённо зарычал.

– Да не отнимаю я её у тебя, не отнимаю. Кушай на здоровье. Это я так, на будущее.

Анар набросился на угощение с приличествующим случаю голодным урчанием. Рыба кончилась неожиданно быстро, и он с досады пару раз лизнул пол, подбирая последние капельки.