Чтение онлайн

– А дружок его не боялся…

– О да, о да. Энбри пытался заболтать его, но все его манипуляции ни к чему не привели. Ирбнэ раз за разом выскальзывал из сетей полуэльфийского красноречия.

– И чем всё закончилось?

– Энбри не захотел довольствоваться ролью проводника чужих идей и в клочки разругался со своим приятелем.

– Но ведь проводник как раз и варится в самой гуще событий, – заметила Нела.

– Но делит славу с автором идеи. И, очевидно, по мнению Энбри, авторская часть этого пирога намного вкуснее, чем проводниковская.

– А может, это Ирбнэ хотел забрать весь пирог себе? – приоткрыла зелёный глаз Нела.

– Нет. Он вообще был довольно замкнутый, необщительный товарищ. Слава мало его волновала. Так что если тут кто и хотел захапать весь пирог, то это Энбри, а не Ирбнэ.

– Вечно все хотят спать на верхней ветке! – нехотя поднимаясь с насиженного местечка, возмутилась Нела.

– И не говори. То ли дело я – сама скромность и воплощённое благонравие. Хвостами ни с кем не меряюсь… – промурлыкал Номарр.

Нела с уважением посмотрела на кота – этот полосатый блохосборник изучил их общий «объект» гораздо глубже, чем она сама.

– И где теперь Энбрина… «половина»? – напоследок спросила кошка.

– Понятия не имею. Танаи берегут его инкогнито, – загадочно сверкнул глазами Номарр. – А вот в том, что они будут оберегать Энбри, я сильно сомневаюсь. Если мой источник не врёт, скрываясь в храме, Энбри чем-то крепко нагадил их настоятелю, после чего и был вынужден сбежать сначала в Анлимор, а потом сюда, в Лэннэс.

Кошки продолжили путь.

Неле нечасто доводилось бывать в Бездне и, положившись на чутьё Номарра, она вовсю глазела по сторонам.

А посмотреть было на что.

Нела проводила взглядом развесёлую компанию энвирзов, катавшихся по огненному озеру в стеклянной лодке. Нос судёнышка загибался над головами пассажиров сверкающей шипастой спиралью, а борта щетинились шампурами с шашлыком и ковшиками с расплавленным сыром. Затем взгляд кошки зацепился за криволапую медную ванну, к сливному отверстию которой присосался грязно-серый хобот водяного вихря. Плавно расширяясь, он уходил в тёмный пролом в потолке пещеры. Огромные массы грязно-серой воды вращались в нём с гнетущей бесшумностью. Всё впечатление испортил испитого вида мужичонка, вывалившийся из подворотни с мусорным ведёрком в руке. Выписав по камням площади замысловатую кривую, он бесстрашно приблизился к ванне и опорожнил ведро. Вихрь заискрился от множества всосанных стеклянных осколков. «Вознеслись», – прохрипел пьянчужка и, запутавшись в собственных ногах, пал ванне в лапы.

«Можно мозг сломать, разбираясь, что к чему в этой Бездне!», – фыркнула Нела. Вот мускулистый человек в белом фартуке неспешно катит стеллаж, полный румяной выпечки. Он то и дело останавливается, нагибается к батонам, указывает им на то или иное здание и что-то бормочет. Безумный пекарь? Ан нет. Приглядевшись, Нела заметила на его плече эмблему безднианских гидов. Не иначе проводит экскурсию для чьих-то личинок. А вот и родитель выводка нарисовался – из дверей таверны выплыл батон размером с лошадь, в пяти местах перетянутый медными лентами левитационных обручей. Уперев руки в бока, гид начал что-то выговаривать ему, тыча пальцем в одну из личинок – пыльную и какую-то помятую. Огромный батон заколыхался, качнулся вперёд и, выпростав из разверзшейся пасти длинный белый язык, сожрал провинившегося отпрыска. Нела поморщилась, посмотрела налево и… поморщилась снова.

В отходящем от улицы тупике торговца косметикой окружили девицы лёгкого поведения. Они щебетали без умолку, пританцовывая на выпуклых камнях мостовой, каждый из которых казался обтянутым блестящим малиновым шёлком. На высоких, утопленных в стены окнах покачивались гардины из сотен тонких бирюзовых щупалец. Одно из них, непомерно растянувшись, захлестнулось вокруг шеи притулившегося к колонне скелета. «Неудачливый вор», – мигом определила Нела. Две путаны-близняшки, присев на корточки, пробовали на черепе бедняги разные сорта помады. Прелестная картина…

Была бы, если бы девицы не пытались изображать из себя соплеменниц Нелы. Все они, кроме разве что желтоглазой крылатой илтейки, были одеты в платья, слизанные с любимых одеяний Аэллы ан Камиан, а их причёски с разделёнными надвое и закрученными конусами волосами напоминали алайские уши. «Жрицы любви» говорили измененными – в подражание алайским – голосами, но разве возможно было сымитировать чарующий говор кошек Аласаис?

Нела невольно потрясла лапами, словно стряхивая приставшую грязь. Недовольно фыркнув, она поспешила догнать своего косматого проводника.

Наконец путешествие закончилось.

– Здесь, – сказал Номарр, когда, перепрыгнув через улицу, кошки оказались на крыше пристройки ничем не примечательного жилища. В подтверждение своих слов кот шлёпнул лапой по крыше и уселся на хвост. Его пушистый живот покоился на кровле, белея между толстыми полосатыми лапами.

Нела расположилась рядом. Её морда приобрела хищное выражение – орган-анализатор в нёбе принялся за дело. Затем Нела плавно поднялась, прошлась туда-сюда и остановилась около маленького окошка.

– Заперто и зачаровано, – мысленно отметила кошка, задумчиво приподняв расслабленную переднюю лапку.

Ответом ей было недовольное ворчание Номарра. С трудом оторвав своё тело от крыши, он начал ходить по ней, словно ища что-то у себя под ногами. Потом остановился и принялся царапать покрытую мхом поверхность. Бурые ошмётки летели во все стороны вместе с кусочками отсыревшей древесины. Наконец, сунув морду в образовавшуюся ямку, кот извлёк оттуда склянку тёмно-зелёного стекла с большой выступающей пробкой. Взяв флакончик зубами, он положил его около лап Нелы.

Разглядев и как следует обнюхав склянку, кошка с благодарностью посмотрела на Номарра. Распушившийся от удовольствия кот стал казаться ещё больше. Не говоря ни слова, Нела зажала флакончик между передними лапами и зубами вытащила пробку. Из горлышка склянки повалил зеленоватый дым.

Изогнувшись и помогая себе лапами, Нела поспешно вылакала её содержимое. Потом, широко распахнув рот, дохнула на окно. Из её пасти вырвалась струя дыма. Он осел на стекле крупными каплями и стал расползаться по нему, пока не затянул его целиком прозрачной зеленоватой плёнкой. Нела, не отрываясь, наблюдала за этим зрелищем, в то время как Номарр с громким щёлканьем отдирал мох от когтей.

Решив, что время пришло, кошка вплотную приблизилась к окну и осторожно вытянула изящную лапку. Она исчезла за зелёной плёнкой, словно рама была не застеклена.

– Ну всё, старый хитрец, ты честно заработал свою крынку со сметаной! – повернувшись к Номарру, довольно хмыкнула Нела. – Дома будут рады услышать о твоей остроухой находке!

– Надеюсь, – кивнул кот. Он вернулся к ямке, из которой только что вытащил флакон, и извлёк оттуда тусклую золотую монетку.

– Быстрых лап тебе, Номарр, – пожелала ему Нела.