Чтение онлайн

Страшила внимательно осмотрелся.

– Хм, как интересно... Здесь был начертан круг, а там огарки свечей... Я понял. Элли, дай-ка руку!

Девочка неуверенно протянула ладошку. Страшила неожиданно резанул по ней серпом.

– Ай!
– закричала девочка.

– Грр!
– угрожающе сказал Тотошка. Страшила отмахнулся.

– Спокойно, я всего лишь хочу взять каплю крови. Это ж не больно, верно? Я хорошо научился делать подобные вещи... Так что опасности никакой... Не больно ведь, дитя?

– Не больно, - с некоторым удивлением ответила девочка.

– Вот и здорово... Смотри, здесь, внутри доспехов, нарисован символ, но одна линия стёрлась. Дорисуй её своей кровью. Хм, что это она у тебя такая густая? Малокровная ты, видимо. Нужно лучше питаться.

Элли протянула руку и дорисовала линию. Та засветилась и потемнела. Забрало резко захлопнулось, девочка едва успела отдёрнуть руку.

– А-а!
– простонал "рыцарь". Он медленно поднялся. Доспехи, цепляя друг друга, издавали звон, похожий на скрип кладбищенской калитки.

– Кто вы? Где я? Что случилось?
– спросили ожившие доспехи.

– А кто ты?
– поинтересовался Страшила.

Рыцарь поднял руку, поднёс к забралу.

– Я ветеран стражи при повелителе Изумрудного города, великом Гудвинусе. Я был его лучшим воином! Меня называли Стальной Головосек.

– Железный Дровосек?
– переспросил Тотошка.

– Нет, Дровосеком я стал, когда меня выгнали, даже не поблагодарив за службу, - печально сказал рыцарь.
– Ничего другого я не умел, кроме как мечом да топором махать, вот и пришлось идти в дровосеки, рубить деревья... Но кроме этого я брался за не совсем законную работу. И последним моим заданием было - убить Гингему.

– Да ну?
– заинтересованно сказал Страшила.
– Я б за такое в жизни не взялся.

– Меня нанял местный кузнец, у которого Гингема похитила дочь. Я пытался одолеть колдунью, но её колдовство оказалось сильнее. Она заколдовала мой топор, и он четвертовал меня.

– Что?
– испуганно спросила Элли.

– Сначала отрубил мне одну ногу, потом вторую. Кровищи было... Но я перевязал раны, наложив жгут, и пополз вперёд, зарядив арбалет - надеялся застрелить её. Тогда она отрубила мне обе руки. Я едва не умер от боли, но всё ещё пытался ползти вперёд, зажав в зубах нож. Тогда она отрубила мне голову.

– И?..
– протянул Страшила.

– Кузнец нашёл меня. Он сделал для меня руки и ноги, добавив особый механизм в мои доспехи - там что-то, связанное с шестернями, рычагами и противовесами, я толком не разобрался. Насколько я понял, он и раньше делал подобные механические игрушки. Вот только тело оживить он мне не мог. Поэтому позвал местного некроманта.

– Кого?

– Ученика той самой Гингемы, некроманта Урфина Джюса. Не знаю, как он уговорил его. Поговаривают, Джюсу нравилась дочь кузнеца, но какая ж девушка свяжет свою жизнь с некромантом?.. А Гингема, наверное, чтобы избавить своего ученика от соблазна, эту девушку погубила. Наверное, поэтому Джюс и оживил меня. Впрочем, для него это было практикой - например, он однажды оживил какого-то беднягу, которого местный спятивший фермер убил и сделал чучело.

– Кхм, - проговорил Страшила.
– Вот прямо чучело и оживил?

– Ну да... Мне этот Джюс и раньше не нравился, он парень неплохой, но попал не в лучшую компанию, вот и... У него своеобразное понятие о справедливости. Например, оживить чучело, чтобы оно убило того, кто убил его. Но где гарантия, что чучело остановится, не станет убивать снова и снова?

– Ну да, такой гарантии нет, - пробормотал Страшила.
– Значит, ты занимался самосудом?

– Да. Истреблял на земле всякую нечисть, вроде колдунов, некромантов, и плоды их деятельности, - и Головосек задумчиво посмотрел на Страшилу.
– Что-то здесь темно, не могу твоего лица разглядеть...

– Утром разглядишь, - ответил тот.
– Вообще-то, ты и сам теперь в некотором роде нежить.

– Я буду последним. Как только я навсегда истреблю всю нежить и всех колдунов, я совершу самоубийство. И мир навсегда избавится от всей мерзости, от колдунов до некромантов.

– А как ты оказался здесь?
– спросила Элли.

– Получив тело, я снова направился на борьбу с колдуньей. Но та, узнав об этом, наслала на меня полчища гигантских пауков. Я справился с ними, но тогда она послала самого большого во всех мирах. И вот с ним-то я справиться не сумел. Я и его поборол бы, но он случайно процарапал когтем последний из каббалических символов внутри моего шлема. Я впал в забытье, а потом вы разбудили меня. Вот и всё. Спасибо вам, но теперь мне следует закончить начатое, - и он поднял топор.
– Я знаю, как победить Гингему, в прошлый раз я почти добрался до неё, и в этот раз...

– Злая Гингема погибла, - выпалила Элли.
– Мой домик упал на неё и раздавил.

Страшила и Головосек переглянулись.

– Ты убила злую ведьму?!
– спросили они в один голос.

– Не совсем... Домик направляла Виллина.

– Что ж, это лучшая новость, которую я мог ожидать, - сказал Головосек.
– Тогда мне следует продолжить свой путь. В мире не должно остаться ни одного существа, которое продолжает жить после смерти!

– Ага... кхм, - проговорил Страшила.
– Ладно, у тебя своя дорога, у нас - своя...

– А почему Гудвинус выгнал тебя?
– спросила Элли.

– У нас возникли... некоторые разногласия.

– Какие?

– Он обязал всех носить очки, чтобы обманывать, будто вокруг всё зелёное. На мой взгляд, это ущемление прав личности! Сказал мне, что я слишком дорого ему обхожусь, и выгнал.

– Но ведь теперь ты не нуждаешься в еде и питье, - проговорила Элли.
– Почему бы тебе не вернуться на службу?

– А нежить можно пока оставить в покое, она вроде хлопот не доставляет в последнее время, - поспешно добавил Страшила.
– Да и кто мешает бороться с нею официально, не прибегая к самосуду?

– Наверное, вы правы, - сказал Дровосек.
– Я отправлюсь к Гудвинусу, пусть вернёт мне Сердце...

– Вернёт - что?
– переспросил Тотошка.

– Пурпурное сердце - орден, который он обещал мне за верную службу. И который является моим значком, показывающим, что я действую от имени закона.

– Да, стоит забрать, - согласился Страшила.
– Что ж, идёмте! Гроза, похоже, прошла стороной.

– А вы не устали? Странно. Любой человек предпочитает ночью спать... если он не живой мертвец, те никогда не спят. Кроме вампиров, впрочем.

Дровосек задумчиво осмотрел компанию.

– Если что - я устал, - сказал Тотошка.

– Мы ещё не устали. Я, к примеру, только начал путь, - сказал Страшила.
– А девочка...

– На мне серебряные башмачки, они не дают уставать, - проговорила Элли.
– Во всяком случае, наверное.

– Понятно. Что ж, тогда в путь!

Дровосек поднялся и пошёл по дороге. Страшила едва догнал его и спросил:

– А Изумрудный город... он далеко? Сколько туда идти?

Дровосек пожал плечами.