Чтение онлайн

— Ну и развлечения! — фыркнул Губастик. — Кто кого переплюнет! И какая вам разница, уж написали бы что-то одно и не спорили бы по пустякам.

— Понимаешь, какая штука, ведь название — это очень важная вещь. Не зря ведь великий Всезнайка столько трудился, все городишки переименовывал. Сам посуди. Если ты живешь в посёлке, который называется… ну, Грязевка, например. Захочется тебе умываться каждый день? А тем более уши чистить? Так и будешь с немытыми ушами ходить, это как пить дать! — авторитетно заявил Родничок. — Вот мы и стали спорить, как посёлок назвать. Через несколько дней у нас окончательное общее собрание в последний раз проводиться будет — уже в пятый раз! И тогда станет ясно, как называется наш посёлок.

— А как же вы это выясните?

— Голосовать будем. За какое название больше коротышек проголосует, такое и будет. Только вот беда: уже пять раз голосовали, а всё поровну получается.

— А если опять поровну? Так и будете голосовать без конца?

— Не-е! Тогда мы разделимся насовсем. Одни коротышки будут жить в Плютунах, а другие в Плотунах.

— Как же вы разделитесь, если всю жизнь в одном посёлке прожили бок о бок? — остолбенел Губастик.

— А вот так. И разделимся, и как пить дать, поссоримся. Понимаешь теперь, как нам важен любой коротышка, и как важно, по какой стороне посёлка он гуляет?.. — подытожил Мастерок и печально вздохнул.

— Надо же, какая замечательная ерунда! — вдруг обрадовался Губастик, так как почувствовал, как у него сами собой зашевелились мозги. Однако, как ни пытался он ухватить мысль за хвостик, она пока ещё ускользала от него.

— Послушай, ты тут про большую леталку что-то рассказывал! Покажи! — попросил он Мастерка.

— Я-то покажу, только для этого надо ко мне во двор пойти. А Родничок на той стороне улицы, где Плютуны, живёт.

— Ну и пойдем!

— А Родничок обидится, что ты на мою сторону сперва пошел, а не на его.

— И обижусь, — подтвердил Родничок.

— Тогда тащи свою летающую штуковину сюда, на дорогу.

— Непорядок! — заметил Мастерок.

— Ага, непорядок! — подтвердил Родничок. — К тому же леталка эта очень большая. Ему одному не справиться.

— А втроём?

— Ну, втроем, я думаю, притащим.

— Так, может быть, плюнем тихонечко на ваши порядки? Тем более, все спят ещё.

— Ага, спят! Я утром к Мастерку во двор загляну, а вечером коротышки скажут, что я на ту сторону улицы переехал.

— А ты плюнь, как следует, на то, что они болтать будут! Из Плютунов ты или нет? — подсказал Губастик.

— Из Плютунов.

— Тогда плюй поскорее и пошли за воздушным змеем!

— За леталкой… — поправил Мастерок.

И все трое решительно направились к избушке Мастерка. Только Родничок всё дорогу беспокойно оглядывался, как бы его не уличили в том, что он изменил принципу и перешел на другую сторону улицы.

Воздушный змей и впрямь оказался удивительным сооружением очень больших размеров. Его купол был сплетён из прутьев лозы, на которые был натянут тонкий, но прочный ярко-жёлтый шелк. К нему была прицеплена красиво сплетённая корзинка-кресло, выкрашенная в ярко-голубой цвет. А к корзинке была привязана оранжевая котомочка.

— А это зачем? — спросил Губастик. — На воздушном змее никаких корзин быть не должно!

— Так то ж на обычных, а это — необычный. Вернее, необычная. Леталка! Усовершенствованная. Если правильно её запустить, то в кресло можно посадить самого смелого коротышку, и он полетит над землёй, как птица.

— Так у птицы крылья есть! А у коротышек крыльев нет!

— Ну и что? А мозги коротышке зачем? А смекалка на что? Голова, между прочим, у коротышек и крылья, и хвосты может заменить, — деловито засуетился вокруг своего изобретения Мастерок. — Зато есть рычажки, руль. А вот, — он указал на котомку, которая болталась, свисая с корзины. — Парашют. Самый настоящий. Собственноручного плетения. Главное, чтобы коротышка смелый нашёлся.

— А ты? Сам не пробовал?

— Не-а. Побаиваюсь.

— Придумал! — подпрыгнул на месте Губастик, наконец, ухватив мысль как следует. — Придумал, что делать с вашим посёлком. Зачем спорить, если можно просто стереть первую букву, а букву «е» оставить в целости и сохранности.

— Ну, и что из этого получится?

— Название! Отличное название для посёлка: Ле-ту-ны!

— Летуны?! — в один голос радостно воскликнули Родничок и Мастерок.

Через несколько минут, вооружившись кисточками, красками и тряпками, новые друзья старательно вытерли ненужные и вывели нужные буквы на табличках при въезде в посёлок.

— Обалдуи не поймут, в чём дело, а если нагрянут оболтусы, скажем, так и было! — сказал Мастерок, вытирая пот со лба. — Да они и не заметят ничего! Название уж больно хорошее…

— Но наши-то коротышки заметят! — тихо сказал Родничок. — Мы ж уйму времени потратили на споры.

— А давайте организуем всё так, чтобы они не только заметили, что посёлок теперь называется Летуны, но и похвалили нас за то, что он теперь так называется, — предложил Губастик.

— А что для этого надо сделать? — спросил Мастерок и засучил рукава.

— Нужно устроить праздничные соревнования по запуску воздушных змеев. А в конце запустить самую огромную леталку. Летуны ведь, а не какие-то Плютуны или Плотуны.

— Да-а-а! — удовлетворённо согласился Родничок. — Воздушных змеев запускать — это не плеваться!

Через несколько дней в посёлке Летуны состоялись самые настоящие состязания. Кнопочка с Губастиком подготовили целый ворох газет «Лунные козни», где освещалось это событие, а заодно была написана правда об инкубаторе доктора Пиля.

Губастик отправился в посёлок заранее, накануне вечером, чтобы всё подготовить, как следует, а все остальные коротышки должны были приехать в посёлок завтра утром.

Едва рассвело, как на главной и единственной улице посёлка появились его жители с огромными подносами, на которых красовались булочки, кренделя, сладкие фрукты и соки. Все были в нарядных расшитых рубашках и разноцветных штанах и юбках. В руках у многих малышек были букеты цветов. А на обоих указателях, где теперь красовалось одно и то же название «Летуны», висели разноцветные ленты. Ленты предназначались не только для красоты. Как только они зашевелились, коротышки поняли, что пора начинать соревнования, так как подул ветер. Тотчас в небо взметнулись пёстрые воздушные змеи, сплетённые из лёгкой соломки, разноцветных ниток и бумажных полосок, разукрашенных во все цвета радуги.

И только Губастик был сам не свой. Никто из несогласных коротышек так и не приехал. Поэтому он не стал дожидаться окончания этого замечательного зрелища, сел на самокат и с тяжёлым сердцем отправился домой, думая: «Вот бессовестные! Разве так можно опаздывать? Разве можно так меня подводить? Возьму и напишу об этом возмутительном случае неорганизованности в «Лунные козни». Пусть читают и умирают со стыда!»

Он подъехал к дому и крикнул: «Эй!» Однако кругом царило непонятное безмолвие. Только кусты шелестели от ветра. Губастику стало не по себе. Пройдя по комнатам и не обнаружив ничего подозрительного, кроме неубранных постелей, разбросанных кукол и невыключенного телевизора, Губастик не на шутку распереживался. Отломив кусочек сладкой пастилы, он сел на стул, запихнул пастилу в рот и принялся думать, что могло случиться. Может, он разминулся с ними, беспокоится, а они вовсю веселятся на празднике?