Чтение онлайн

— Это — остров Согласия, — торжественно сказал Знайка. — Бывший Дурацкий остров.

— А межпланетных полётов на этой штуке совершить нельзя?

— К сожалению, нельзя, — скромно ответил Знайка. — Хотя можно вылететь с помощью этого аэролёта на внешнюю лунную поверхность!

— Значит… Значит, скоро все земные коротышки смогут вернуться домой? — с надеждой спросил доктор Пиль.

— Хм… — задумался Знайка. — А зачем? Им ведь и здесь хорошо! Вы как думаете, а? Доктор Пиль? Вы что, оглохли?!

— Я?.. — растерялся Пиль. — Я, голубчик, никак не думаю. У меня, извините, так голова вдруг разболелась, так что никакой возможности для думанья нет. Мигрень, наверное…

— Ну что ж, раз мигрень, тогда пойдёмте лучшие места в гостинице занимать. Ведь у нас тяжёлый день. Футбол, потом интервью для всяких газет давать, вечером фуршет какой-нибудь с бутербродами и коктейлями… Суета, короче говоря!

Коротышки вышли из аэролёта и поплелись через песочный пляж к виднеющейся невдалеке гостинице, а остаток дня до начала футбольного матча Знайка с доктором Пилем решили провести, валяясь на пляже и принимая воздушные ванны.

Развалившись на лунном песке, Знайка всё беспокойно вертелся и поглядывал на доктора Пиля. Тот был каким-то скучным, рассеянным и всё время отводил глаза в сторону.

— Эй! Что это вы такой задумчивый, доктор Пиль, а? Всё голова болит?

— Болит, — неохотно буркнул Пиль и отвернулся от Знайки.

— Что-то вы мне, доктор Пиль, совсем не нравитесь в последнее время. Неправильный вы какой-то. Пилюлю выпили бы, что ли. А может, Пиль, вам тоже не мешало бы подлечиться в своём инкубаторе?

— Сами пейте свои пилюли! — занервничал Пиль. — Совсем уже совесть потеряли! Всё подозрения у вас сплошные. Чуть стоит коротышке задуматься — сразу же он вам неправильным кажется, непослушным.

— А нечего задумываться! — беззаботно заявил Знайка. — Эдак, если все начнут задумываться — мало ли до чего додуматься можно!

— По-вашему, так и думать уже коротышкам запрещается?

— А зачем вам, коротышкам, думать, если на это я есть? — невинно поинтересовался Знайка.

— Видите ли, голубчик, коротышки так устроены, что не думать не могут. У них, всё же, нравится вам это или нет, голова есть.

— Подумаешь, голова! Ну и что? Обязательно этой головой думать?

— Но ведь голова на то и голова, чтобы в ней были мысли. Если в ней мыслей никаких нет, то что же это за голова? Это и не голова вовсе, а кочан капусты! — с досадой заметил Пиль.

— Мысли бывают всякие. Бывают и глупые, — мрачно возразил Знайка.

— Можно подумать, только ваша голова и предназначена для того, чтобы умные мысли думать! — сварливо проворчал Пиль.

— Именно так! — гордо заявил Знайка.

— Ну… — доктор Пиль растерялся. — Это, извините, наглость и хвастовство какое-то получается! Вы полагаете, что кроме вас ни у кого умных мыслей быть не может, что ли?

— Именно так я и полагаю! — отрезал Знайка.

— М-м-м… У меня, голубчик, на этот счёт другое мнение.

— Мнение? — Знайка привстал с песка и ошарашено уставился на Пиля. — Да какое у тебя может быть мнение? Это у меня может быть мнение. Единогласное. А у тебя, братец, если и может быть какое-нибудь мнение, так это — моё. Какое скажу тебе мнение, такое и будет. Сам подумай, до чего мы докатимся, если всякие безмозглые коротышки начнут своё мнение иметь!

— А у меня всё равно своё мнение есть, — твёрдо сказал доктор Пиль и почему-то стал смотреть в песок.

— Ну, и какое же твоё мнение? — с ледяной насмешкой поинтересовался Знайка.

— А такое, — Пиль шмыгнул носом. — Если есть аэролёт, и на нём можно улететь с Луны, то от коротышек скрывать это — некрасиво! Наоборот, надо построить ещё парочку таких аэролётов и поскорее вернуть на Землю всех-всех коротышек, пока они совсем думать не разучились.

— Ты что, совсем спятил? С каких это пор ты своим мнением стал направо-налево разбрасываться? — налетел Знайка на доктора Пиля. — Ты что, забыл, кто из нас Всезнайка, а кто докторишка несчастный?

— Это я докторишка несчастный? — возмутился, наконец, доктор Пиль так, что от возмущения его очки съехали с носа и повисли на одном ухе.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Знайка. — Поглядите на него! Ой, не могу! Умора! Очкарик!

— Так это я докторишка?! Я — очкарик?! — продолжал наседать на него доктор Пиль. — А ты-то кто?

— Я-то? Я — Всезнайка! Самый главный! У кого хочешь спроси!

— А мне и спрашивать, голубчик, не надо. Мне-то, голубчик, и так известно, кто ты такой.

— Ну? И кто же я такой?! — вскипая, уставился на доктора Пиля Знайка.

— Знайка ты, зубрила и выскочка, вот кто ты такой, — ответил Пиль и водрузил очки обратно на нос. — Да ещё и очкарик к тому же.

— А ты-то, ты-ы-ы, клоп несчастный! Пил-люлькин ты, вот ты кто! — сердито сверкнув стёклами очков, торжественно и гневно провозгласил Знайка.

— Ну что ж, Пилюлькин, так Пилюлькин! — вздохнул доктор Пиль и одел рубашку. — А всё равно, голубчик, я при своём мнении останусь. Лопнуло моё терпение, тАк вот!

Тут раздался свисток на футбольном поле, вслед за этим пронзительным звуком с трибун раздался мощный дружный рёв собравшихся на матч болельщиков.

— Хорошо, мы с тобой потом поговорим! Попрыгаешь у меня! — мстительно улыбаясь, процедил Знайка, натягивая на себя штаны и прыгая на одной ножке. — А то я ещё из-за всяких там лекаришек на футбол опоздаю!

И бывшие соратники, поправив очки, гордо отвернулись друг от друга и пошли занимать свои места на стадионе.

.

В этот же день, ранним утром, к острову Согласия причалили три корабля. Два корабля везли министров, футболистов и контрабанду, о которой, впрочем, никто, кроме Жулио с Мигой, не знал. Третий корабль, самый роскошный и комфортабельный, предназначался для господина Пудинга, который предпочитал путешествовать в одиночестве, и поэтому в поездках старался отмежеваться от всякого рода попутчиков. Господин Пудинг был самой важной персоной на обратной стороне Луны, в Стране Свободных коротышек, поэтому следует на этой персоне остановиться подробнее.