Чтение онлайн

По всему коридору пронёсся разочарованный вздох.

— Да скучно мне, я хочу сражаться, хочу драться! Вспомни, мы же постоянно раньше с кем-то месились.

— Вот Гига завтра вернётся, и скажешь ему, что тебе скучно.

— Ага! Чтобы он прибил меня на месте?

— Ну и чего ноешь тогда?

— Я не ною! Я рассчитывал на твоё сочувствие, вообще-то.

— Сочувствовать чему? Лучшим условиям? Высокому положению? Ты сбредил.

Агилс встревоженно переглянулся с Урфычем. Голоса приближались.

— Я не понимаю одного. Зачем Гига так вцепился в эту девку? А? Что думаешь?

— Без понятия и мне это неинтересно.

— Да в смысле неинтересно? У Гига полный дворец роскошных красоток, причём не только НИПов. Они же все красивее! А у этой Грати мордашка на троечку, и вспомни, как она противно визжала, фу, в дрожь бросает. Или она умеет чего? Как думаешь? Но ведь и другие девки умеют всякое.

— Не знаю.

— Тебя зачали равнодушие и пофигизм. Вообще-то, мы ради неё рисковали!

— Не знаю, как ты, а я рисковал ради награды за успешное похищение.

— Да это понятно, но почему Гига выкрал эту девушку и только её?

— Слушай, Лэкс, я же сказал, Гига завтра вернётся, иди сразу к нему. Попроси взять с собой в спальню, и когда он будет с этой Грати кувыркаться, посмотришь на всё из первого ряда. Блокнотик только не забудь, запишешь что увидишь, может, научишься чему.

От стен отразился короткий смешок, больше напоминающий фырканье.

— Ай, Слинчик, наконец-то я от тебя услышал что-то весёлое. Ладно, у меня есть другая идея. Я…

Голоса неожиданно замолчали. Через прозрачную стенку стали видны их обладатели. Лэкс не только обладал молодым голосом, но и веснушками на всё лицо, а из-под зачарованного шлема из чёрной стали пробивалась копна рыжих волос. Слинк же был здоровым, метра под два роста, целителем, и он был настолько широким, что его волшебная чёрно-красная мантия будто растягивалась Системой, подстраиваясь под его габариты. Оба парня растерянно остановились прямо напротив них, и хлопая двумя парами изумрудных и ореховых глаз они смотрели ровно на прозрачную стену, так, словно…

«Они что, видят нас?» — испуганно подумал Агилс. Но как это возможно? Если здесь повсюду следы, значит, раньше этого прохода никто не видел, иначе бы его охраняли, заколотили или бы заблокировали другим способом. Неужели…

— Слушай, Слинчик, — сказал рыжеволосый рыцарь. — У меня крыша едет, или ты тоже видишь двух придурков на корточках?

Слинчик ничего не ответил. Его рука молниеносно нырнула в карман, и через секунду по ушам ударил неприятный грохот, эхом отражающийся от всех стен. Казалось, что его будет слышно в каждом уголке игрового мира, и сквозь эхо удалось разобрать слово «Тревога».

— Валим отсюда! — заорал Агилс.

Собственный голос затерялся в оглушительном рёве. Агилс как зверь напрыгнул на большого целителя, и перед тем, как кончик рапиры должен был пронзить его шею, всё вокруг поглотила ослепительная белая вспышка, отгородившая от всего, что было вокруг, и не оставляя за собой ничего.

— Мастер Дакт…я…прошу прощения!

— Всё нормально, Айонел, не…

— Эта сфера была такая гладкая, скользкая…она случайно выскользнула из моих неловких рук!

— Ничего страшного, от таких неприятностей не застрахован никто. Лучше…

— Но она же создана из редкого теневого стекла, которое…

— Айонел!

Сработало. Айонел насколько разливался в извинениях, что пришлось на него прикрикнуть. Послушник несколько раз открыл и закрыл рот, не издав ни звука, и Дакт вернул голосу привычную мягкость.

— Вместо того, чтобы рассыпаться в извинениях, лучше собери все осколки. Теневое стекло ужасно острое, и, наступив на него, кто-нибудь может пораниться.

Айонел застыл на месте, словно в него ударила незримая глазу молния. Молодой парень растерянно хлопал большими голубыми глазами, а левая бровь необычно подрагивала. Опомнившись, Айонел несколько раз быстро кивнул, развернулся и едва не разбил обрамлённую густой копной светлых волос голову о дверь. Ойкнув, послушник в длинной изумрудной мантии что было сил побежал вниз. Таким и был Айонел, внутренняя неуверенность, осторожная пугливость и скромность которого уравновешивалась большой силой Искры.

«И с врагами он расправляется совсем нескромно», — вспомнилась одна из недавних разведывательных миссий. Там, где остальные послушники либо отступили, либо были готовы отступить, Айонел, как он рассказал позже, побоялся, что его отругают за провал, и именно этот страх побудил в одиночку сразиться с трёхметровым Светоглотом. Послушник не просто не отвернулся от опасного врага, но и быстрее всех сообразил, что для простой победы нужно ослепить противника и закрыть от него источники света. Если кто из десяти послушников и был готов шагнуть на новую ступень, то именно Айонел.

Мастер Дакт обвёл взглядом опустевшую комнату. В некогда переполненном магическими приспособлениями и артефактами помещении остались стол со стулом, да большой золотистый сундук. Внутренний голос шептал, что никогда за всё время существования этой комнаты здесь не было настолько пусто. Впрочем, похожее было и в других комнатах Храма Десятки. Он простоял на одном месте тысячу лет, за разные периоды истории его едва несколько раз не сожгли и не уничтожили естественные и человеческие силы, но обитель самых могущественных ремесленников Искры выстояла. И всё же, у любого пути есть как начало, так и конец. Где будет возрождён Храм, ни один из мастеров не знал. Эта истина была скрыта от взора, и всё, что было сейчас в их силах, это позаботиться, чтобы накопленные за тысячу лет вещи нашли новый дом.

— Мастер Дакт!

Дакт встрепенулся. Два щуплых послушника пыхтели, пытаясь втиснуть массивный дубовый стол в узкий проход.

— А, прошу простить. Поставьте его сюда.

Послушники в изумрудных одеждах бережно оттащили стол к центру комнаты и отступили к стенам. На указательном пальце правой руки как по волшебству возник перстень с массивной руной, пульсировавшей нежно-голубым светом. Стоило коснуться им столешницы, как дерево заскрипело, и стол начал разбираться сам собой. За считанные секунды на полу разложилась груда аккуратно сложенных деталей. Забытый в одном из ящиков свиток, исписанный символами и рунами, заскользил по полу, оставляя за собой едва заметный след из золотистых искр. Послушники понесли разобранный стол вниз, и в пустеющей комнате стало ещё больше места. Дакт подошёл к золотистому сундуку и откинул тяжёлую крышку. В лицо сразу ударил свет от десятка самых различных магических предметов, и воспоминания об их создании яркими образами вспыхнули в голове. Этими предметами он был обязан не только вступлением в Десятку, но и жизнью, однако настало время проститься и с ними.