Чтение онлайн

«И что делать?» — пронеслось в его голове. К счастью, в этот момент из коридора донёсся знакомый самоуверенный голос.

— Я в алхимический зал, — уверенно произнёс Кес.

— Опять ты? — лениво отозвался один из стражников.

— Как тебя Элара отпускает от своей юбки? — поддел второй.

Кес фыркнул.

— Ай, эти женщины… Вечно паникуют.

Не обращая больше на стражников внимания, парень уверенно шагнул к цветку и положил на него ладонь. Золотистое сияние тут же усилилось, лепестки начали медленно вращаться, словно собирая энергию для перехода. Воздух загудел. За мгновение до того, как цветок должен был поглотить Кеса, Намтик вытянул огромную лапу и едва прикоснулся кончиком когтя к его плечу.

Страх, что ничего не получится, сменился пьянящим чувством полёта — словно за спиной выросли невидимые крылья, уносящие к небесам в вихре золотистого света и тёплого ветра. Намтик не успел насладиться этим нежным ощущением сполна, как всё закончилось. Получилось. Перед взором предстало место, куда, скорее всего, так отчаянно хотел добраться Гига.

Основное убежище поражало своей роскошью, но в ней чувствовался лёгкий налёт хаоса. Оно напоминало дом игрока, обставленный не по правилам дизайна, а из того, что подвернулось под руку. Так, позолоченный диван соседствовал с грубой оружейной стойкой, на которой красовалось парадное копьё. Огромная хрустальная ваза, наполненная светящимися лилиями, стояла на простом ящике. Всё это создавало стойкое ощущение ворованного, наспех собранного богатства.

Намтик осторожно двинулся вдоль стены, не ступая на мягкий, пушистый ковёр — лапы могли оставить вмятины. Хвост, живущий своей жизнью, то и дело дёргался, норовя зацепить вазу или статуэтку.

Через высокие арочные окна лился мягкий дневной свет, но за ними не было ничего, кроме бесконечного чистейшего неба и огромных, пушистых облаков, которые словно обволакивало убежище со всех сторон, будто оно парило в небесах, оторванное от мира внизу. Кес уверенно направился к одному из боковых коридоров. Оттуда валил дым — видимо, там находилась алхимическая лаборатория. Дым щипал ноздри даже на расстоянии, а изнутри доносился приглушённый гул котлов и шипение жидкостей.

Вскоре взгляд зацепился за две вещи. Первой были огромные, в несколько метров высотой, двустворчатые двери из белого мрамора с золотыми прожилками, которые заставляли даже в раздутом теле монстра чувствовать себя крошечной букашкой перед лицом величия. А второй — девушка, смиренно сидевшая на дорогой резной скамье у этих самых дверей.

Намтик осторожно подошёл ближе. Арлейн было не узнать: весь её дерзкий, непокорный дух словно выкачали, оставив лишь пустую оболочку. Она сидела прямо, сложив руки на коленях и устремив взгляд в пол, как провинившаяся школьница, которую вызвали к директору, — плечи слегка дрожали, а обычно горделивая осанка сгорбилась под невидимым грузом.

Мраморные створки беззвучно поплыли в стороны. Проём выдохнул ослепительный свет, выжигая в нём тёмный силуэт. Из этого сияния шагнул мужчина. Ему было под сорок, лицо — будто вырублено из камня, взгляд бесцветных глаз был холодным и неприятным. Дорогой, но строгий камзол сидел на нём как вторая кожа.

Арлейн вздрогнула и заслонилась рукой от света. Когда двери раскрылись шире, её лицо изменилось.

— Отец! — воскликнула она, быстро вскакивая на ноги.

Не сказав больше ни слова, мужчина развернулся и молча пошёл обратно в сияющий проём. Арлейн, покорно опустив голову, двинулась следом. Поддавшись авантюрному порыву, Намтик юркнул за ними. Двери начали бесшумно сходиться, чудом не прищемив огромный хвост.

Зрелище, что открылось внутри, захватывало дух.

Вместо стен — бесконечное море золотистых облаков, пронизанных светом невидимого солнца. Воздух был чистым и разреженным, как на вершине горы.

В центре парила широкая платформа. Арлейн направилась к её середине, а мужчина стал подниматься по ступеням к возвышению, где в строгой иерархии восседало шесть человек. На самом высоком троне из литого золота явно сидел лидер — мужчина с орлиным профилем в ослепительно-белой мантии. Он излучал спокойную мощь короля в изгнании. Из всего, что было о нём известно, лишь имя — Карадон.

Чуть ниже расположились двое. По правую от Карадона руку — женщина, строгая и элегантная, с длинными чёрными волосами, заплетёнными в косу, и одетая в платье из шёлка с металлическими пластинами, — её взгляд был острым, как клинок. Справа — мужчина-воитель, чьи доспехи выглядели так, словно никогда не знали ни крови, ни грязи. Ступенью ниже сидели остальные трое — их молчаливые тени, чьи лица были неотличимы друг от друга в своей холодной надменности. Мужчина, которого Арлейн назвала отцом, занял место рядом с ними — на простом стуле у подножия этой пирамиды власти, по левую руку от мужчины справа. Намтик попятился к краю платформы. Внизу клубилась бездна. Но настоящая пропасть была во взглядах этих семерых — они смотрели на Арлейн как на вещь. Холод, расчёт и ни капли тепла.

— Арлейн, — голос Карадона разрезал тишину. Он был ровным, но без капли тепла — сталь под бархатом. — Ты догадываешься, почему тебя вызвали?

Арлейн вздрогнула, будто от невидимого удара. Затем несмело подняла глаза. Искусанные губы приоткрылись, но сорвался лишь тихий, судорожный вздох.

Карадон взял со стола несколько тонких свитков, перевязанных атласными лентами, и пробежал по ним взглядом. Лицо его оставалось непроницаемым, как у мраморной статуи.

— Мы получили донесения, — начал он ровным, но обвиняющим тоном. — Твой Призванный, Намтик, не исполняет обязательства. Он сражается с Невозвращенцами вполсилы, словно это детская забава, а не война. Есть свидетельства, что он отпустил нескольких людей Гига. Один из разведчиков видел, как он просто отступил, не добив врага. Ты можешь это объяснить?

Намтик удивлённо поднял чешуйчатую голову. Претензия была донельзя странной, даже абсурдной. Если уж так рассудить, несмотря на выданный доступ к промежуточным убежищам, он не был частью Освободителей. Арлейн не получила ту помощь, на которую рассчитывала, но её тыл почти всегда был прикрыт, в городе её никто и пальцем тронуть не смел, у неё не было нужды в ресурсах, а несколько Освободителей были спасены за мгновение до их смерти. Что это, если не помощь?

Арлейн молчала. Она смотрела в пол, и её плечи мелко подрагивали.

— Простите, — наконец выдавила она. — Это моя вина.

— Простите? — бородатый воин подался вперёд, его массивное тело напряглось. — Ты что, разбила дорогую вазу? Каждый наш боец на счету, а ты позволяешь своему Призванному играть в милосердие?

— Извинись перед теми, кто пострадал от твоей слабости, — добавила женщина справа. Её голос был холодным и ровным, как полоса отточенной стали. — Перед семьями погибших, которых могло бы быть меньше.

От таких слов чешуя на чудовищном теле была готова встать дыбом. Внутри поднялась горячая, тёмная волна гнева, которую приходилось держать в себе.

Встал отец Арлейн. Его лицо окаменело, глаза превратились в узкие щёлки.

— Я за тебя поручился, — произнёс он низким, угрожающим голосом. — И последнее, что мне нужно, — это твои извинения.

Арлейн даже не пыталась поднять на него взгляд. Её голова опустилась ещё ниже, плечи сгорбились. Намтик вздрогнул — Арлейн вдруг повернула голову и посмотрела прямо в его сторону, но взгляд был расфокусированным, пустым, словно она видела что-то в пушистых облаках.

— Арлейн, дитя моё, смотри на меня! — пророкотал отец.