Куда ведет детское упрямство
Шрифт:
– Что с ними?- тихо поинтересовался он.- Ты же вроде бы говорила, что они пропали много лет назад в горах. Мне тогда показалось, что ты уже свыклась с этим и не плачешь.
Лизель затряслась еще с большей силой. Она не знала, как объяснить ту глупую надежду ребенка, мечтавшего о возвращении родителей. В итоге девочке пришлось выложить все, как есть.
– Бабушка говорит, что мои родители всегда были гуляками, и их невозможно было застать дома. Когда я родилась, они более-менее успокоились. Однако три года назад они ушли из дома, да так и не вернулись. После того, как ты сказал об этом горном селении, я понадеялась, что они тут, но их здесь нет...
Слез больше не осталось у маленькой несчастной Лизель, теперь она не могла ничего, кроме как трястись в руках Райчида.
Насколько более взрослым кажется ребенок, если он пережил величайшее горе в своей жизни - потерю родителей! Сейчас десятилетняя Лизель казалась гораздо более зрелой, чем четырнадцати летняя Нари, всегда жившая в полной семье.
Райчид внутренне содрогнулся. Ему было искренне жаль Лизель, и он даже отчасти понимал ее. Этому юноше тоже уже довелось пережить тяжелую жизненную ситуацию, но пока я не могу сказать какую, ибо тогда конец всей этой небольшой повести потеряет свою яркость.
– Никогда не теряй надежды,- изрек Райчид, отстранившись.- Порой только она и может вытащить из ямы безысходности и заставить двигаться дальше.
С этими словами Райчид спрыгнул с печи и подошел к Камилле и тому мужчине, с которым он пришел. Все время разговора эти два взрослых человека слушали и поражались этим детям.
Райчид вновь возвысился в глазах Лизель и теперь стал для нее настоящим героем и кумиром. Не каждый даже взрослый человек сможет всего несколькими словами так приободрить! Теперь Райчид представлялся Лизель не просто прекрасным чужеземцем, а настоящим принцем из сказок бабушки. " Ему бы еще коня белого",- мечтательно вздохнула девочка и спрыгнула с печи.
Чувствовала Лизель себя просто великолепно - сказывался сон на удобных, мягких одеялах. Если бы не горестные мысли о пропавших родителях, то она бы порхала, как птичка. Неожиданно девочка почувствовала запоздалое смущение. Они сидели вместе и даже обнялись! Лизель стремительно залилась краской, но тут же одернула себя. " Хватит! Я уже давно не маленькая девочка!"- мысленно фыркнула она.
– Позвольте представиться,- слегка склонил голову мужчина, приведший Райчида, когда Лизель подошла к нему.- Меня зовут Минс. Именно благодаря мне вы не замерзли насмерть в горах.
– Спасибо. Я Лизель.
Они раскланялись, точно какие-нибудь благородные господа. Затем Минс посмотрел на Райчида. Тот все понял без слов и сказал:
– Мне хотелось бы кое-что обсудить с главой вашего селения.
– У нас нет главы,- огорошил его Минс.
Райчид впал в ступор.
– А кто тогда решает все дела?
– Народ,- последовал лаконичный ответ.
– Мы не для того уходили так далеко в горы, чтобы подчиняться кому бы то ни было,- добавила Камилла из-за спины Минса.- У нас все проходит строго по голосованию всего народа.
Райчид озадаченно почесал в затылке.
– Тогда, не могли бы вы собрать население деревни?
– Конечно,- кивнул Минс.- Прямо сейчас и займемся. Думаю, дело того стоит.
Пока Райчид с Минсом созывали народ на главную площадь деревни ( по правде говоря, это просто клочок земли около колодца), Лизель с восторгом бегала по деревне и ее окрестностям. Она никогда в жизни не смогла бы представить, что в горах может быть настолько чудесно и восхитительно!
Селение располагалось в зеленой горной долине. В принципе, эти горы были не настолько высоки, чтобы на них совсем не было растительности, так что даже на самых высоких точках нет-нет, да встретиться какая-нибудь травинка. Вот и эта долина была не абсолютно голой. Даже напротив - она была слишком зеленой для горной долины. Серые горные склоны были покрыты травой, а за деревней раскинулся роскошный альпийский луг. Яркие всполохи жарков и маков были разбавлены спокойными красками ромашек и ветрениц. По земле вились заросли можжевельника. А прекрасные эдельвейсы уступали своей красотой лишь рододендронам, кои здесь были сразу нескольких цветов: розового, белого, слегка желтоватого, светло-сиреневого и даже алого. Встречались и синие вкрапления - это цвели васильки и незабудки.
Однако, стоит вас немного удивить или даже шокировать - этот, бесспорно великолепный луг не был самым главным украшением этой долины. Именно украшением, а никак иначе можно назвать реку, которая несла свои синие блестящие на солнышке воды сквозь эту долину и уходила из нее меж горных склонов. Река эта была очень широкой для простой горной речки и, наверняка, выходила прямо в океан. Теперь-то Лизель осознала, почему градоправитель Тенты отправил Райчида с Итасом к этим горцам - если ж они действительно умеют строить большие корабли, то река без проблем вынесет его в ласковые объятья большой воды.
– Здесь красиво, да?
Лизель вздрогнула от неожиданного вопроса, заданного ей, когда она стояла на самом краю деревни и разглядывала просторы, раскинувшиеся вокруг. Девочка обернулась и увидела Камиллу, неспешно подходящую к ней.
– Вы правы,- кивнула Лизель.
Она вновь устремила свой взор на реку и только сейчас заметила небольшой причал и лодку около него. Она мерно покачивалась на волнах и не собиралась плыть по течению - лодка была привязана.
Камилла встала рядом с Лизель.
– Как выглядели твои родители?- вдруг спросила она.- Возможно, они были здесь, просто представились другими именами.
– Я не помню,- честно призналась Лизель и задумалась:- Наверно, похожи на меня.
Удивительно, как легко позабыть лица родных, с которыми не виделся три года!
– Около двух с половиной лет назад в деревню пришли мужчина и женщина,- произнесла Камилла.- Женщину я не помню, потому что она все время наматывала на лицо темный шарф, будто пряталась от кого-то, но она была невысокая и стройная - это единственное, что я запомнила. Но вот мужчина бросался в глаза всем: высокий, плечистый, смуглый и всегда с улыбкой на красивом лице, он привлек внимание всех женщин и девушек в нашем селении. Я, говоря откровенно, тоже влюбилась. Однако, эта пара не долго пробыла в деревне. Они попросили нас построить самый маленький корабль, который сможет увести их на материк, а как только он был готов, сразу же уплыли. Теперь я понимаю, что их спешка была не так-то проста - они бежали от кого-то или к кому-то. Если уж это действительно твои родители, то вот мой тебе совет: не ищи их лучше - такой маленькой девочке не стоит впутываться в дела взрослых.
– Я понимаю, но они же мои родители!- вскричала Лизель.- Я не могу их не искать!
– А зачем тебе это?- спокойно спросила Камилла, не обратив внимания на ее крик.- Возвращайся лучше домой.
– У меня нет дома!
– А где ты жила, до того, как прийти сюда?
– С бабушкой,- тихо призналась Лизель.
– Так вот и иди к ней. Она ведь беспокоится о тебе.
– Не пойду! Вам-то откуда знать это?!
Камилла вздохнула и взяла девочку за руку.
– Послушай, я не знаю, зачем ты пришла сюда в такой странной компании, но могу одно сказать точно: твоя бабушка волнуется и не находит себе места от тревоги за пропавшую внучку. Так что возвратись к ней. Твоих родителей наверняка уже нет в Лайзе, а то и в живых. Прости, что говорю тебе это, но ты должна понять.
Лизель мгновенно нашла другой аргумент своему упрямству:
– Я пришла сюда не одна! Я не могу бросить Райчида, пока он не вернется домой!
– Но он ведь не один - с ним его слуга.
– Так вы знаете?- изумилась Лизель.
– Конечно. Пока ты спала, я уже успела познакомиться с Итасом и Райчидом.
– А с Нари и Хаком?
– С кем?- переспросила Камилла, приподняв брови.
– Они были с нами в горах.
– Нет, про них я ничего не слышала,- покачала головой Камилла.