Чтение онлайн

— Залп.

Три луча, тонкие как иглы, ударили вниз. Это не было огнем или льдом. Это было заклинание принудительного распада магических связей. Лучше всего Каин Блад понимал именно это. Кровь — это тоже связь, и искусство разрывать ненужные связи было основой мощи его рода.

Лучи встретили багровую защитную ауру, вспыхнув ослепительным сиянием. На миг показалось, что они не пройдут. Но расчет герцога был точен. Лучи, как скальпели, вскрыли энергетическую оболочку и вонзились в сам узел. Раздался не звук, а ощущение — глухого, внутреннего хруста, как будто ломались невидимые кости мира. Огромное сплетение корней на площади вздрогнуло, почернело и начало рассыпаться в пепел, распространяя волну некроза по ответвлениям. Крики тварей, если они могли кричать, не долетели сюда. Была лишь эффективная, чистая работа.

Лана.

Мысль прокралась сквозь броню концентрации. Его дочь. Его ярость, его гордость, его величайшая головная боль. Она там, внизу, в этом котле. И он знал, с абсолютной, отцовской и стратегической уверенностью, что она там не для защиты своих владений. Она там для него. Для этого мальчишки-графа с глазами, в которых, как шептали их самые древние свитки, мог гореть отсвет Эга.

Он сжал кристальную сферу так, что та затрещала. Возвращение величия рода Бладов было его жизненной целью. Но для этого требовались расчет, политика, стратегические браки и демонстрация силы, как сейчас. А не слепая, вампирская одержимость одним человеком, пусть и… особенным.

И затем была Она. Евлена. Праматерь. Та, что спала в гробу под самым старым склепом, почти забытая легенда. Она проснулась не тогда, когда армии Бладов взяли новые земли. Она проснулась, когда в Империю приехал Роберт фон Дарквуд. И ее первый, высохший, как осенний лист, шепот был о нем.

Почему? Сила Эга — древнейшая, хтоническая, связанная с самыми темными, дорелигиозными культами сотворения и разрушения. Его род когда-то служил этим силам, черпая из них свою мощь. Но они отошли от этого пути века назад! Они строили свою силу на крови, да, но на крови политической, на магии контроля, на железной дисциплине и амбициях, вписанных в современный мир.

А теперь… теперь самые древние и самые неистовые из его крови тяготеют к этому мальчишке, как мотыльки к пламени. Лана хочет обладать им. Евлена… он боялся думать, чего хочет Евлена. Это был путь назад. Путь к дикости, к кровавым алтарям и безумным пророчествам. Путь культа, который они сейчас и уничтожали с воздуха.

— Новый кластер. Три точки по линии канала, — доложил шкипер, голос вырвал его из раздумий.

— Бомбардировать с высоты, кинетическими зарядами, — отрезал герцог. — Сберегите разлагающие лучи для крупных узлов.

Он наблюдал, как из бомбовых люков полетели заостренные сигары черного металла, которые на лету накладывались руны тяжести. Они врезались в корни, не взрываясь, а пронзая насквозь и разрывая их массой и скоростью. Эффективно. Без излишней мистики.

Он хотел вернуть величие, став новой опорой Империи, возможно, даже ее новой правящей династией, сменив одряхлевших императоров через брак, интригу или силу. А его кровь тянуло к древнему, дикому божеству в теле юнца. Это было не логично. Это было опасно.

— Герцог, сопротивление усиливается. Из развалин Храма Луны… что-то крупное формируется, — голос шкипера был ровен, но в нем прозвучала тревога.

Каин Блад сузил свои алые глаза.

— Развернуть эскадру. Все залповые батареи — на цель. Огневой вал на подавление. И приготовьте мой личный спусковой аппарат. — Он отпустил кристальные сферы. — Как только площадь будет зачищена, я спускаюсь. Мне нужно найти мою дочь. И положить конец этому… мистическому помешательству, прежде чем оно сожрет и ее, и все, чего мы достигли.

Он смотрел вниз, на бьющееся в предсмертных судорогах чудовище из корней, и его мысли были холоднее любого магического луча. Величие или одержимость. Разум или древний инстинкт. Скоро ему придется сделать выбор не только как полководцу, но как главе рода. И этот выбор, он чувствовал, будет кровавым, каким бы он ни был.

Туннель сузился, затем неожиданно обрушился вниз, выводя нас не в очередную пещеру, а в пространство, от которого перехватило дыхание.

Мы оказались на узком каменном уступе, скрытом в тени огромного, куполообразного свода. Под нами, в центре гигантского подземного зала, диаметром с целое ристалище, пульсировало оно.

Это было сердце. Но не из плоти, а из того же багрового, древесно-жильного материала, что и корни, только в тысячу раз плотнее и могущественнее. Оно медленно, тяжело сокращалось, как спящий титан, и с каждым ударом по нему пробегали волны багрового света. От него, словно артерии, расходились толстенные корни — одни уходили в стены и потолок, наверх, питая всю заразу в столице, другие опутывали сам зал, образуя живые, пульсирующие колонны. Воздух гудел низкочастотным, почти невыносимым гулом, и пах озоном, кровью и прахом. (Ммм…такой знакомый аромат праха…уверен, что все знают этот запах. — сарказм.)

Вокруг сердца, на своеобразном «постаменте» из сплетенных корней, стояли фигуры в темно-багровых робах с капюшонами. Их было человек десять. Они не двигались, их головы были склонены, руки вытянуты к центру, и от их пальцев к сердцу тянулись тонкие, визжащие нити багровой энергии. Ритуал. Поддержание связи. Питание.

Мы прижались к холодному камню уступа, затаив дыхание. Клинки Ланы, замерли, как изваяния, оценивая силы противника. Оливия стояла чуть позади, ее взгляд скользил по фигурам культистов, будто ища кого-то знакомого. Лана, присев на корточки рядом со мной, ее алое сияние было приглушено, спрятано, но глаза горели азартом охотницы.

— Ну что, — прошептала она, ее губы почти коснулись моего уха. — План простой. Мои ребята заходят слева и справа, отвлекают. Ты и я — прямо по центру, выносим это «сердечко», пока они не опомнились. Чисто, быстро, эффективно.

Я посмотрел на нее, затем снова вниз. «Сердечко» было размером с небольшой дом. Энергия, исходящая от него, заставляла вибрировать камень под ногами. Десять культистов, каждый из которых, вероятно, был не слабее опытного мага. И одно неверное движение, одно случайное заклинание, попавшее в этот сгусток энергии…

— Это плохая идея, — так же тихо ответил я, не отрывая глаз от сердца.

— Почему? — в ее голосе послышалось знакомое раздражение.

— Потому что они могут быть сильнее, чем кажутся. Потому что в такой тесноте наши же заклинания могут срикошетить и убить нас самих. А главное — потому что одно неверное попадание в эту штуку, — я кивнул на пульсирующую массу, — может привести не к его уничтожению, а к… детонации. Мы не знаем, что это. Взрыв такой силы запросто обрушит на нас все эти тонны камня. Или высосет из нас всю жизнь за миг.