Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Лавка сладостей на Сумеречной аллее
Шрифт:

После репетиции я отправилась в святилище неподалеку от школы, чтобы попросить поддержки у богов. В последнее время я стала приходить в него почти каждый день, хотя для этого требовалось сделать внушительный крюк по дороге домой. Святилище было старым и совсем небольшим, но именно в это место родители принесли меня еще во младенчестве на обряд о-мия-маири [17] . Так что божеству этого святилища я доверяла.

«Пожалуйста, не дай мне провалиться на итоговом прослушивании! Пожалуйста, пусть на этот раз меня минует мое всегдашнее невезение!..» — я сосредоточенно молилась, упрашивая бога рассеять, хотя бы на самую малость, мою вечную неудачу. Да, приходилось признать, что с самого детства меня преследовали неудачи и разного рода провалы. Вот такая невезучая я уродилась.

17

О-мия-маири — синтоистский ритуал, заключающийся в том, что родители впервые приносят младенца в храм, чтобы показать его богу — покровителю святилища, получить его защиту и ввести ребенка в общину прихожан. Прим. ред.

Для меня было обычным делом споткнуться в эстафетном беге на спортивном фестивале или сплоховать на музыкальном выступлении. На всех ответственных мероприятиях я постоянно допускала какие-то промахи. Но и помимо этого меня вечно преследовали разные неприятности: то вляпаюсь прямиком в собачью кучу, то на велосипеде врежусь в столб. Невольно я уже начинала подумывать, не преследует ли меня какой-нибудь злой дух.

На прослушивании я наверняка опять что-нибудь перепутаю. Но в этот раз я абсолютно-абсолютно-абсолютно точно не могу позволить себе провала! Аяка — отличница, у нее нет никаких проблем с учебой, учителя доверяют ей, и вообще у нее столько всего, чего нет у меня. Она идеальная ученица, будто сошедшая с плаката, да еще и лидер группы. А у меня нет ничего, кроме моей трубы. И я не могу позволить, чтобы человек, у которого есть все, отобрал мою единственную гордость.

Честно говоря, иногда я без зазрения совести думала: «Ну уступи мне, откажись от участия!» Но понимала, что серьезная Аяка никогда на это не пойдет и уж точно выложится по полной, чтобы победить.

«Ах, если бы только в этот один-единственный раз со мной не случилось никакого очередного невезения! Если бы я могла перекинуть его на кого-нибудь другого. Например, на Аяку…

Нет-нет! Нельзя о таком думать!»

Не размыкая молитвенно сложенных рук, я яростно потрясла головой. Отойдя от святилища на пару шагов, я подумала, что допускать такие страшные мысли равносильно проигрышу.

Вдруг где-то в деревьях каркнул ворон. Я непроизвольно оглянулась на звук. Все вокруг выглядело как обычно, но меня кольнуло какое-то странное чувство…

— Что?..

Не успела я толком задуматься, что именно изменилось, как уже поняла, в чем дело. Между высоченными деревьями, окружавшими святилище неприступной стеной, будто для отпора врагам, образовалась прореха. Интересно, откуда она взялась? Вчера я приходила сюда, и ее точно не было. Может, это каннуси срубил утром несколько деревьев? Я приблизилась к странному просвету, и там, за прогалиной, меня ждала еще более удивительная картина.

— Торговая улочка? Но откуда?..

Вдаль уходила грунтовая дорога, по обеим сторонам которой выстроились в ряд магазины. Да, так все и было. Но ведь я приходила в это святилище множество раз и никогда не замечала здесь ничего подобного. Как странно…

Улочка была до жути пустынной, а в старомодных зданиях, выстроившихся по обе стороны дороги, не было и намека на современность. Так чудно… Хотя, с другой стороны, как еще должны выглядеть заброшенные торговые улицы.

Так, стоп. Вместо того чтобы болтаться в таком непонятном месте, мне стоит поскорее вернуться домой и заняться разбором нот сольной партии. И хотя головой я понимала, что так и следует поступить, казалось, некая странная сила влекла меня к себе — и мои ноги сами шагали вперед.

Хм, недаром говорят, что юношеское любопытство порою притягивает жуткие вещи.

Пройдя улицу до половины, я с сожалением поняла, что все магазины вокруг закрыты: в одних — опущены шторы на окнах, в других — просто непроглядная темень внутри. Так я и думала. Даже здесь мне не везет.

Поначалу, когда я только заметила это место, я предположила, что, скорее всего, передо мной самая обыкновенная торговая улица, каких тысячи, разве что немного старомодная. Но чем дальше я продвигалась по ней, тем больше убеждалась в ее необычности. Повсюду были лавки с фасадами в китайском стиле, вместо уличного освещения висели россыпи бумажных фонариков. Надписи на вывесках были на неизвестном мне языке. Все создавало какую-то таинственную атмосферу. Будто я прогуливалась среди декораций к японскому кино времен эпохи Сёва, которые перемешали со вставками из старых китайских фильмов, а затем приправили элементами фэнтези. Тонувшая в оранжевом свете закатного солнца улочка и в самом деле походила на съемочную площадку.

— О! Магазин музыкальных инструментов…

Блуждая взглядом по пустым витринам, я вдруг заметила музыкальный магазин. Обрадовавшись, я ускорила шаг и подошла поближе.

Инструмент, который я издалека приняла за скрипку, при ближайшем рассмотрении оказался мне незнаком. Впрочем, он напоминал биву [18] , которую обычно держит в руках один из Семи богов счастья. Были там и другие инструменты, такие как поперечная флейта из черного дерева и японские традиционные барабаны вадайко. Вот только среди них я не заметила тех, на которых обычно играют в духовых оркестрах. Решив, что, возможно, в магазине есть хотя бы мундштуки для труб или трости для деревянных свирелей, я попыталась открыть дверь музыкальной лавки, но она лишь заскрипела и не дрогнула.

18

Бива — национальный японский струнный щипковый музыкальный инструмент, особенностью которого являются далеко выступающие лады, поднимающие струны высоко над грифом. Прим. ред.

Могли бы табличку «Закрыто» повесить…

Я пошла дальше по улице, но открытых или хотя бы чем-то примечательных магазинов больше не встретила. Дойдя до конца улочки, я неожиданно увидела магазин, на двери которого светился фонарик бонбори персикового цвета, а вывеска гласила: «Волшебная лавка янтарных сладостей». Неужели мне наконец-то улыбнулась удача… Хотя странная приписка, сообщавшая, что по новолуниям и полнолуниям магазин не работает, показалась мне несколько подозрительной. Да и само название «Волшебная лавка янтарных сладостей» тоже заставляло задуматься. Что еще за волшебство? Может, здесь продают вовсе не сладости, а какие-то специфические китайские травки?..

Нет уж, пойду-ка я поскорее отсюда.

И только я решила развернуться и отправиться домой, как вдруг в голове мелькнула мысль: если они продают всякие подозрительные травки, то, возможно, у них найдется что-нибудь от моего невезения?.. Например, китайское снадобье от нервов. Стоит все-таки зайти: хоть одним глазком гляну, что же здесь продается. А если вдруг почую что-то неладное, то просто убегу. Благо в своей дыхалке я точно уверена. Не зря же столько лет играю на трубе.

Крайне осторожно, стараясь не издать ни единого звука, я приоткрыла красиво украшенную деревянную дверь и заглянула внутрь. Передо мной предстала ничем не примечательная кондитерская. Облегченно выдохнув, я вошла.

На прилавке лежали традиционные японские сладости вроде васанбона или пирожных мандзю, а еще старомодные дешевые конфетки и карамельки, чей бум популярности остался в далеком прошлом. Я внимательно разглядывала выставленные сласти, как вдруг откуда-то из глубин магазина появился молодой человек.

— О, неужели к нам пожаловал посетитель? Прошу прощения, я был занят приготовлением сладостей в подсобке и не заметил, что кто-то вошел.

— Нет-нет, что вы…

Ко мне подошел золотоволосый красавец в штанах хакама, чья внешность была настолько ослепительной, что мое сердце невольно затрепетало.

Поделиться с друзьями: