Чтение онлайн

— Спасибо, — сказал я, чувствуя признательность к этим людям, принявшим меня в свой дом, научившим стольким вещам. — Но я не думаю, что это только моя заслуга. Без вашего наставничества…

Лао Вэнь покачал головой, прерывая меня:

— Учитель лишь указывает дорогу. Идти должен ученик. Ты достиг отличного прогресса за такой короткий срок.

Я не стал спорить, но в душе знал — без этого мудрого старика и его внучки я всё ещё бродил бы по горам, полузверь с забытым прошлым, не понимающий и не помнящий своей природы.

Мы пили чай, наслаждаясь утренней прохладой. Ароматный напиток словно приобрёл новые нотки для моих обострённых чувств — я различал не только обычный чайный вкус, но и землистые оттенки почвы, где росли чайные кусты, сладость утренней росы, собранной листьями, даже лёгкую сладкую горчинку от рук Сяо Юй, заварившей эти листья.

— Ты уже чувствуешь изменения, верно? — спросил Лао Вэнь, наблюдая за мной поверх края своей чашки. — Обострённые чувства, усиленное восприятие.

— Да, — я кивнул. — Как будто проснулся.

— Это только начало, — старик прикрыл глаза, словно вспоминая что-то далёкое. — С каждой новой звездой твои способности будут усиливаться. А на более высоких уровнях культивации появятся новые — такие, о которых ты даже не подозреваешь.

Я задумался, прислушиваясь к потоку ци внутри своего тела. Он изменился с открытием второй звезды — стал более упорядоченным, целенаправленным. И вдруг меня осенило.

— Можно ли использовать эту энергию? — я поставил чашку на столик. — Не просто чувствовать ци, но и направлять её по телу… скажем, в ноги для быстрого движения или в руки, чтобы усилиться?

Глаза Лао Вэня блеснули:

— А, ты уже думаешь о практическом применении. Правильный путь. Да, есть множество техник, усиливающих тело с помощью ци. Движение — одна из базовых.

Я поднялся на ноги, чувствуя, как энергия пульсирует внутри, требуя выхода.

— Я хочу попробовать.

Лао Вэнь кивнул:

— Лучший способ учиться — через практику. Но будь осторожен. Направляй ци осознанно, не спеши. Представь, что твои ноги — часть меридианов, что энергия течёт через них, делая их лёгкими, как…

— Как ветер, — закончил я, не зная, откуда пришли эти слова. Возможно, из забытых воспоминаний, возможно — из интуитивного понимания собственного тела.

Я отошёл от груши на открытое пространство в саду, чтобы не попортить грядки с травами и овощами. Закрыл глаза, концентрируясь. Направил поток ци из даньтяня вниз, по ногам. Почувствовал, как энергия наполняет каждую мышцу, каждое сухожилие, делая их сильнее, крепче, но при этом эластичнее. Затем представил ветер — не просто потоки воздуха, а саму сущность свободного движения, беспрепятственного полёта.

Я просто чувствовал, как оно должно быть.

— Шаг Ветра, — прошептал я и открыл глаза.

Мир вокруг словно замедлился. Я сделал шаг вперёд — и оказался на другом конце маленького сада. Не побежал, не прыгнул, а буквально переместился с одного места на другое так быстро, что человеческий глаз едва уловил движение.

— Поразительно, — ахнул Лао Вэнь. — Ты только что создал базовую технику движения. Или… вспомнил её?

Я не знал ответа. Это могло быть воспоминанием из прошлой жизни, о которой я не помнил, или интуитивным пониманием своего тела и энергии. Знал только, что это… правильно. Естественно, как дыхание. Так надо и всё.

— Попробуй ещё раз, — предложил Лао Вэнь. — Но теперь осознанно.

Я сосредоточился и снова направил ци в ноги. Сделал шаг — и оказался у стены дома. Ещё шаг — у колодца. Ещё — снова возле груши. Каждое перемещение требовало концентрации, но не истощало меня. Как будто я нашёл способ скользить между пространством и временем, находя кратчайший путь из одной точки в другую.

— Шаг Ветра, — повторил я, возвращаясь к нашему чайному столику. — Так я назову эту технику.

— Подходящее название, — кивнул Лао Вэнь. — Шаг Ветра… Беззвучный, стремительный и неуловимый.

Я сел обратно на своё место, чувствуя лёгкое головокружение от неожиданного успеха. Теперь горы стали намного ближе. Сяо Юй смотрела на меня расширенными глазами — между восхищением и лёгким страхом.

— Я раньше только в операх видела такое, когда дедушка брал меня в город, — прошептала она. — Когда актёры изображают культиваторов высокого уровня. Но твои движения… они настоящие. Это не балаганные фокусы…

— Совсем немного практики, и ты сможешь делать это так же естественно, как ходить, — заверил меня Лао Вэнь. — Твоё тело помнит больше, чем твой разум, Бай Ли. Оно знает путь.

Я собирался ответить, как вдруг услышал торопливые шаги, приближающиеся к дому. Обострённый слух позволил мне различить прерывистое дыхание, тихие всхлипы. Кто-то бежал к нам, и этот кто-то был в отчаянии.

— У нас гости, — сказал я за мгновение до того, как калитка скрипнула, и во двор вбежала женщина средних лет, растрёпанная, с красными от слёз глазами.

— Лекарь Вэнь! — воскликнула она, увидев нас под грушей. — Хвала небесам, ты дома! Моя Линь-Линь… моя доченька… Твои порошки всегда куме помогают… спаси мою малышку тоже!..

Она задыхалась, не в силах закончить фразу. Сяо Юй тут же вскочила и подвела женщину к скамье, на которую та буквально рухнула.

— Успокойся, госпожа Чжан, — мягко сказал Лао Вэнь. — Сделай глубокий вдох и расскажи, что случилось с твоей дочерью.

Чжан? Это большая семья в нашей деревне. Насколько я понял, по её крикам, она была родственницей скорбного желудком Да Чжана.

Женщина с трудом перевела дыхание.

— Лихорадка… Началась вчера к вечеру. Сначала думала, просто простуда, дала отвар, который ты прописывал в прошлый раз. Но за ночь стало хуже. Линь-Линь горит как печка, бредит, не узнаёт меня.

Лао Вэнь нахмурился:

— Какие ещё симптомы? Кашель, сыпь, боли?

— Всё тело как деревянное стало, — госпожа Чжан вытерла слёзы рукавом. — И на шее сзади… чёрные точки, как укусы. Я сначала подумала, может насекомое какое, но они не болят, не чешутся. Просто есть.

— Чёрные точки? — Лао Вэнь переглянулся с Сяо Юй, и я заметил, как внучка слегка побледнела. — Линь-Линь сейчас дома? Кто с ней?

— Старшая дочь, но она тоже не понимает, что делать, — женщина умоляюще посмотрела на лекаря. — Пожалуйста, господин Вэнь, ты должен помочь. Линь-Линь всего восемь лет, она такая маленькая, совсем кроха…