Чтение онлайн

— Я — кузнец, — гордо заявил Вейкко. — Я могу ковать такое…

— А тюремные решётки? — спросила Абис.

— Да запросто! — выпалил Вейкко.

— Ладно, — сказала Колдунья, и взгляд её стал холоден. — Но если попытаетесь обмануть!..

Тан отрицательно мотнул головой.

— Уходим! — это было первое и пока единственное слово, произнесённое мрачным волшебником.

Тан и Вейкко обернулись к кафе. К ним бежали Аллар и ещё двое охранников.

— Стоять! — крикнул Галан, поднимая руку.

И тут Вейкко почувствовал, что его крепко схватили за плечи. Он взглянул на Тана, но тот уже растаял в воздухе в объятиях Абис.

Аллар остановился — беглецы исчезли…

Вейкко ещё некоторое время стоял зажмурившись, хотя уже чувствовал твёрдую почву под ногами и пальцы, больно сжавшие его плечи несколько минут назад, ослабили свою хватку.

Наконец Йонес открыл глаза и огляделся.

Абис, её спутник, Тан, вооружённые воины — все с усмешками и ухмылками поглядывали на него. Вейкко понял, что имеет вид бледный и испуганный.

— Подумаешь! — огрызнулся он. — Ну, не перемещался я таким образом никогда… Я же не колдун и родственников-чародеев у меня тоже нет!.. И нечего пялиться!

Вейкко понимал, что разговаривать придётся только так: грубо, по-хамски, скрывая ото всех истинный смысл своей речи. И тут он вдруг понял, что перестарался, что навредил, а не помог другу, что тому и так тяжело, а теперь Тан будет всё время чувствовать на себе ответственность за судьбу Вейкко, его судьбу…

— А нечего было тащиться, куда не звали! — злорадно прошипел Танаэль. — Тоже мне, умник нашёлся! Кем ты себя возомнил?

— Я не хуже тебя мастер! — горячился Вейкко. — И хочу жить в достатке, сам себе голова! А тут такой случай!

Ругаться друзьям не мешали. Здесь, в замке Абис, на холодной суровой северной земле, и саму Колдунью, и её воинов лишь забавляли человеческие алчность, бессердечие, эгоизм.

— Ты доверяешь этим парням, моя госпожа? — шёпотом спросил Абис её верный слуга.

— Мне это не нужно, — усмехнулась та. — Хотя их крики говорят сами за себя: нам повезло… Конечно, вместе им не быть — я найду работу этому кузнецу подальше от Тана… — она задумчиво посмотрела на молодого Фейлеля. — Правду говорят: в семье не без урода! В таком роду светлых волшебников — такой обыкновенный низкий в своих стремлениях человечек… — добавила она. — Но мне на руку. С каким наслаждением я буду смотреть на ненавистного Верховного Мага, зная, что погубить его мне подсобил его родной сынок!..

А «обыкновенный низкий в своих стремлениях человечек» продолжал браниться со старым другом.

— Да катись ты со своим случаем ко всем чертям! Видеть тебя не желаю! Никогда от тебя покоя не было! И отцу моему вечно кляузничал на меня, лишь бы тот подарил тебе что-нибудь! И теперь решил за мой счёт поднажиться? Тебя-то тут не ждали! Это я нужен, понял? Я! Потому что я — гений!

— Ах, так! — Вейкко скорчил гримасу: он понял просьбу Тана. — Ну, и… и… Ты мне больше не друг!.. Моя повелительница, — Йонес кинулся в ноги Абис. — Я сделаю для тебя самые лучшие решётки в мире, только огради меня от этого нахала! — и кузнец пренебрежительно ткнул пальцем в сторону Танаэля.

Тан презрительно хмыкнул, но в душе он был благодарен Вейкко за сообразительность: теперь при первой возможности тот постарается покинуть замок Абис и сообщит Динаэлю, что Колдунья поверила ювелиру…

Абис не обратила внимание на двусмысленность последнего высказывания Вейкко. Да и не был он ей интересен: навязался на её голову крикливый, вздорный, не очень умный мальчишка. Но Колдунья не любила расставаться с тем, что попало ей в руки. И она холодно произнесла:

— Сделаешь прочные замки и засовы в тюремной башне и проваливай! Ты слишком глуп и шумен. А я ценю покой! Пошёл прочь!

Два крепких воина схватили Вейкко, обалдевшего от внезапной перемены к нему Абис, и утащили того со двора куда-то в одну из многочисленных дверей в боковой стене. Тан мысленно возблагодарил Судьбу за такую расположенность к себе и подозрительно взглянул на Колдунью.

— Тебе, мой мальчик, уготована иная доля, — чарующе улыбнулась Абис, и, взяв ювелира за руку, сама повела его в высокие залы замка.

Абис горделиво восседала на высоком троне в огромном зале своего замка. Она, действительно, жаждала власти и добивалась цели всеми известными ей средствами. Тан стоял перед колдуньей, глядя ей в лицо слегка вопросительно, но, ни страха, ни робости в его глазах не было. Именно это настораживало Абис. А разыграть страх у Танаэля не получалось: презрение, насмешка, равнодушие — но только не испуг…

— Запомни, мальчик, — сурово произнесла Колдунья, — попытаешься меня обмануть — я уничтожу тебя.

Тан кивнул.

— Мне нет смысла нарушать сделку, — как бы, между прочим, заметил он. — Вы обещали мне свободу от отца. Меня это устраивает. И я готов заплатить вам за подобную услугу своей работой.

Абис внимательно вглядывалась в светлые необычного цвета глаза, словно прощупывая каждую мысль, каждое чувство ювелира.

— Хорошо, — наконец сказала она. — Теперь о деле конкретнее. Иди за мной.

Тан в глубине души облегчённо вздохнул: удалось! Абис поверила ему! Теперь бы только поскорее Вейкко оказался вдали от Колдуньи, и тогда Танаэлю не о чем будет беспокоиться, создавай Корону и всё… О себе Тан не думал: он с самого начала понимал, что договор с Абис формален, она никогда не сдержит слова, и, получив желаемую вещь, избавится от ненужного тогда мастера…

Колдунья спустилась по винтовой лестнице в подземелье. В дрожащем пламени факелов Тан следовал за ней.

Остановились у дубовой низенькой двери. Абис легко дёрнула за деревянную ручку и вошла в маленькую комнатку с невысоким сводчатым потолком. Комната была абсолютно пуста — ни мебели, ни каких-либо вещей. Темно, сыро и холодно.

— Это место, — проговорила Абис, — откуда я буду наблюдать за тобой.

Колдунья подняла правую руку, и стена перед Таном стала будто прозрачной. Молодой человек увидел весьма просторную мастерскую. О! О подобном может мечтать любой мастер, даже очень опытный, именитый. Там было всё, что только может понадобиться искусному ювелиру… Был и уголок, отделённый плотной занавеской от основного помещения. За отодвинутой пока шторой виднелись кровать, стол, пара стульев и платяной шкаф, а чуть глубже угадывалась туалетная комната.

— Это пока твой дом, — сказала Абис.

— Недурно, — усмехнулся Танаэль. — А спать я обязан тоже под вашими взорами? И я не привык, чтобы на меня глазели во время умывания или… других необходимых в жизни мелочей…

Абис снисходительно улыбнулась.

— Твой здоровый молодой сон я не потревожу, — ответила она. — Хотя ты очень даже недурён внешне, так что мог бы и позволить иногда полюбоваться собой.

Она окинула ювелира оценивающим взглядом с головы до ног. Танаэль выдержал этот взгляд.