Чтение онлайн

Беанна наслаждалась каждым мгновением: как давно она не была на настоящем празднике, не имела возможности показать себя во всей красе: а равных ей в танцах во всем Армелоне не было. Но с наступлением совершеннолетия и официального объявления о ее помолвке с Тилой отец запретил Беанне «выставлять себя на посмешище». Два года она послушно повиновалась, дожидаясь Тилу и отказывая себе в радостях. А потом родители погибли, и Беанне стало вовсе не до них. Подумать только, она ведь всерьез распрощалась с возможностью еще хоть раз отдаться музыке, не вспоминая о зрителях и запретах и только наслаждаясь движениями и свободой. Но сегодня ее день, и захватившая эйфория была лучшей спутницей Беанниной страсти. Она танцевала, словно последний раз в жизни, кружась, склоняясь, отбивая такт, и очень скоро гости превратились в созерцателей, подбадривая ее возгласами и хлопками в ладоши.

Беанна ничего не замечала, вспоминая, радуясь и купаясь в давно забытых ощущениях… и вдруг замерла, заметалась взглядом по толпе. Сердце обожгло страхом: как она себя ведет? Она же теперь мужнина жена, ей не положено выставлять себя напоказ и привлекать внимание. Что подумает о ней Эйнард? Он и так взял ее с нагулянным ребенком — уж явно не для того, чтобы она и дальше его позорила. Ей бы прижаться к его боку и не отходить ни на шаг, демонстрируя уважение и покорность, а она…

Беанна бросилась к мужу. На его лице плясали отблески костра, и оттого разобрать выражение было невозможно. Но Эйнард не дал ей перепугаться. Шагнул вперед, подхватил на руки и закружил под ободрительные крики гостей. Беанна обхватила его за шею и не удержала слез счастья.

— Эйнард… — только и прошептала она, но таким голосом, что он не мог не понять, сколь много она хотела сказать.

— Ты безумно хороша, душа моя, — отозвался он. — Так хороша, что мне, пожалуй, придется взять пару уроков танцев, чтобы не выглядеть рядом с тобой неумехой и не позорить жену.

Беанна зарделась от удовольствия, но все же предпочла уточнить:

— Если ты против, я больше не стану так… — начала было она, но Эйнард оборвал ее, нежно потеревшись носом о висок.

— Вот еще, — улыбнулся он. — Чудо-птица не поет в клетке. Я не собираюсь запирать тебя в четырех стенах. Но сделаю все, чтобы тебе не захотелось на волю.

Беанна так сцепила руки, что он негромко охнул.

— Без тебя нет никакой воли, — выговорила она. — И мне ничего не нужно одной. Лишь бы ты не разочаровался. И не пожалел…

Эйнард замотал головой.

— Не в этой жизни, — сказал он и улыбнулся. — Я люблю тебя, Беанна! И доверяю тебе.

— И даже отпустишь танцевать с другим? — не удержалась она от лукавства. Была у Беанны одна идея, но ее осуществление зависело от мужа. Обижать его теперь ей не приснилось бы и в самом страшном сне.

Эйнард пожал плечом.

— Конечно, если тебе этого хочется.

Беанна улыбнулась.

— Ты знаешь, как меня образумить, — прошептала она и прижалась губами к его щеке. — Всю жизнь провела бы в твоих объятиях. Но нужно вытянуть в круг Лила. Иначе они с Арианой так и простоят весь праздник в стороне, как неродные.

Эйнард кивнул и спустил жену на землю.

— Отличная идея. В таком случае мне стоит, наверное, пригласить Ариану?

Беанна усмехнулась, вспомнив недавнюю свою ревность. Надо же было убедить себя в том, что Эйнард неравнодушен к ее младшей сестре, и обращаться с ним с такой резкостью и ненавистью. Вряд ли он догадывался о причине ее прежнего поведения. Быть может, когда-нибудь Беанна и расскажет ему эту забавную историю. Но не раньше, чем Лил и Ариана разберутся со своими жизнями.

— Пригласи, — милостиво согласилась Беанна, — но имей в виду, что я буду за тобой следить. Я, знаешь ли, в южных странах не бывала и делить тебя с кем-либо не намерена.

— Я тебя тоже, — вдруг пробормотал Эйнард и обжег ее таким взглядом, что у Беанны заколотилось сердце и внутри все замерло от сладкого предчувствия. Впереди ее первая брачная ночь. Неужели у Эйнарда и на этот раз припасены для нее чудеса?

Лил ошарашенно смотрел на подошедшую к нему Беанну, не в силах поверить в искренность ее приглашения. Когда Эйнард всеми правдами и неправдами уговорил Ариану составить ему пару в танцевальном круге, Лил был уверен, что ему ближайшие четверть часа предстоит провести в одиночестве, бросая тайные взгляды на смущенную, но в то же время довольную Ариану и заходясь от ревности всякий раз, когда руки Эйнарда будут касаться ее талии, плеч, шеи…

Лил все понимал, видя, каким счастьем загораются глаза друга рядом с Беанной, но невозможность самому быть когда-либо на месте Эйнарда сводила с ума. Что танец: он пройдет, Ариана вернется — все такая же ласковая и желанная и невозможно далекая. Лил жизнь бы отдал за одну ночь с ней — чтобы только снова увидеть глубокий завораживающий взгляд, услышать свое имя между нежными вздохами, понять, что Ариане приятны его ласки. Как уже было однажды, когда только Айлин прервала эту сладкую пытку и вернула Лилу разум. И разве имел он право снова потерять самообладание? Даже если способ Эйнарда на самом деле может подарить женщине блаженство…

Ариана не откажет. Не оттолкнет, не образумит. Сколь бы ни был неопытен Лил в этом вопросе, а ее отзывчивость не почувствовать не мог. Она любила его и нуждалась в нем. И понимала все последствия их отношений. Кроме одного. Того самого, что делало их продолжение невозможным. И о котором Лилу предстояло рассказать Ариане, разрушив все, что составляло его счастье. И без чего жить уже было попросту невозможно.

— Пошли научу, — рассмеялась Беанна его растерянности. — Должна же я хоть как-то отблагодарить тебя за свое счастье. А танцы — это единственное, что я умею лучше тебя.

— Ты танцуешь просто волшебно, Беанна, — не поскупился Лил на комплимент. — Но зачем?..

— Чтобы не стоял здесь как в воду опущенный и не портил мне праздник! — сердито ответила она, злясь на себя и за этот тон, и за то, что приходится объяснять прописные истины. — Сделай Ариане приятное, пригласи ее на танец. Она никогда в жизни просто не веселилась. А с тобой и вовсе со скуки помрет, пока будешь с драконом своим валандаться!

Лил хотел было возразить, но вдруг понял, что Беанна права. Он слишком привык смотреть на мир с точки зрения изгоя и укрываться этим щитом. А ведь сегодня за весь день на него даже взгляда косого никто не кинул. И не выдвинул требования выгнать дракона из-за общего стола. И сам не ушел, рассмотрев цвет волос Лила и услышав вызывающее имя. Конечно, можно было списать это на уважение к Эйнарду и его семье, да только страх и ненависть не спрячешь глубоко. А Лил их сегодня не чувствовал. Молодые ребята общались с ним как с равным; люди постарше просто с интересом разглядывали, а потом кивали в знак приветствия, но не отводили взгляд и не пытались поскорее откланяться. А там, у костра, и вовсе никому не было дела, человек в круге или не совсем. Музыка звала, и Лилу неожиданно захотелось поддаться этому зову. Встать на место Эйнарда и закружить Ариану в вихре танца. И увидеть на ее губах радостную улыбку. Которая сегодня там почти не появлялась.

Быть может, это его последняя возможность сделать ее хоть чуточку счастливей.

Лил кивнул и направился за Беанной. Встав спиной к костру, она наскоро показала основные движения и предложила заняться практикой. Лил затолкал поглубже не вовремя нагрянувшее смущение и осторожно обхватил Беанну за талию. Интересно, а она знала, что Эйнард ревновал ее к нынешнему партнеру по танцам? И знал ли Эйнард, что задумала Беанна?

— Отлично! — улыбнулась она и положила руки ему на плечи. — А теперь — не отставай!

И Беанна увлекла Лила в круг — туда, где царило всеобщее веселье, где раздавались громкие голоса и где танцевала его Ариана. Лил ничего не мог с собой поделать. Как ни старался он следовать указаниям Беанны, а вновь и вновь сбивался с такта, потому что взгляд так и норовил оторваться от ног и отыскать в толпе любимое лицо.

Беанна мужественно дотерпела до конца мелодии, потом рассмеялась и потянула его к остановившимся по другую сторону костра Эйнарду и Ариане. Лил сам не понял, отчего вдруг оробел. Неожиданно представилось, что Беанна сейчас посочувствует сестре, заявив, что ее дракона невозможно чему-либо научить, а Ариана понимающе вздохнет и старательно ему улыбнется: мол, не переживай, я и без этого обойдусь. Как будто она недостаточно еще жертв ради него принесла.