Чтение онлайн

– Можешь заходить, - крикнула Оливия.

Дверь тихо скрипнула, оповещая о том, что Андерсон теперь тоже в помещении.

Дождь не прекращался. Капли продолжали бить по крыше и по стеклам. Стихия разгулялась не на шутку. Оливия услышала раскат грома, пока ещё не очень громкий, прозвучавший в отдалении. Но не сомневалась, что это только первая ласточка. И за одним раскатом грома последует и второй, а там и молнии засверкают. Создавалось впечатление, что природа нарочно загнала их в этот дом, а теперь устроила зрелищное представление со спецэффектами, какие ни один голливудский фильм не сможет превзойти. Потому что только настоящая стихия завораживает.

Оливия вспомнила детство. Раньше она очень любила грозы. В то время как другие дети боялись, она, не сомневаясь в правильности своего поступка, выбегала из дома на улицу, прыгала по лужам, подставляя лицо каплям. А однажды, когда ей исполнилось четырнадцать, отправилась в компании своих друзей купаться. И плавала в грозу, чувствуя сумасшедший адреналин в крови. Друзья потом сказали, что она - сумасшедшая. Гэйдж только смеялась в ответ. Она нисколько не боялась, ощущая уверенность в том, что всё с ней будет хорошо. И не ошиблась.

Вот и сейчас, разгуливая по мрачному дому, она чувствовала, что ничего плохого не случится.

– Ты нашёл что-нибудь интересное?
– спросила девушка, собирая с пола все листочки.

Не только альбомные, но и вырванные из блокнотов, как формата А5, так и крохотных. Практически на всех был запечатлен её образ, но иногда попадались изображения роз, указывая на то, что когда-то в этом доме проводил время человек, влюбленный в 'Роузтаун' и в Эдельвейс.

– Кроме твоих портретов - ничего.

– Не моих...

– Да, прости. Кроме портретов Эдельвейс.

– Тот, кто нарисовал их - определенно, талантливый художник. Смотри-ка, как он сумел передать каждый жест, каждое движение. Даже в набросках видна любовь художника к музе. Интересно, он тоже встречался с ней или просто видел этот образ? А, если видел, то как часто? Сколько картин нарисовал по памяти?

– Думаю, ты не ошиблась насчет любви художника к натурщице, - произнес Оливер.

Он подошел к столу, взял один из набросков. Обвел кончиками пальцев овал нарисованного лица. В наброске чувствовалось теплота, любовь, восхищение, а не попытка отточить мастерство, рисуя одного и того же человека.

– Почему?

– Уверен, что не попаду впросак, предположив, что эти рисунки принадлежат мистеру Брауну.

– Почему именно он?

– Пока вы готовили чай, я полюбопытствовал и сунул нос в его бумаги. Там среди исписанных листков лежали другие портреты Эдельвейс. Не наброски, а законченные работы. Их оказалось, конечно, на порядок меньше.

– Выходит, он не только талантливый садовник, но и отличный художник.

– Настоящий талант, - согласился Оливер.
– Я, например, совсем не умею рисовать.
– На время он отвлекся и посмотрел в окно.
– Интересно, дождь сегодня закончится или нет?

– Нам в любом случае, придется возвращаться в пансионат. Иначе там все забьют тревогу.

– Не думаю, что до завершения стихии нас начнут искать. А вечером мы и сами появимся.

Оливия подошла к подоконнику. Провела рукой по стеклу, смахивая паутинку.

Вода с неба лилась ровной стеной. Вряд ли кто-то отправится на их поиски в такую погоду. Предпочтут подождать до лучших времен.

– Если ты снова огорчилась из-за того, что тебе придется коротать время в моем присутствии, снова скажу, что всё не так уж и плохо, - донесся до нее голос Андерсона.
– Во всяком случае, здесь только я, а Стелла и её группа поддержки отсутствуют. Они на тебя во время завтрака так смотрели, словно желали подавиться и упасть замертво прямо в столовой. Я тебе такого не желал.

– Об этом я вообще не думала, - нахмурилась Гэйдж.
– А теперь думаю.

– И какие мысли возникают в твоей голове?

– Хочу домой.

Глава 7. Домик на окраине.

С каждым часом, проведенным в лесу, надежда на возвращение в пансионат угасала. Оливия тяжело вздохнула, понимая, что им предстоит провести здесь ночь. К вечеру похолодало основательно, и теперь даже толстовка Оливера не особо спасала от холода. Андерсон особого интереса к персоне своей подруги по несчастью не проявлял, сидел на стуле, покачиваясь, и старательно делал вид, что его здесь нет. А, если и есть, то он просто старательно исполняет роль мебели.

Оливия от молчания мучилась. Все песни в плеере были прослушаны и даже неоднократно, рисунки пересмотрены раза по три и благополучно отложены в сторону. Девушке хотелось поговорить о чем-нибудь, отвлечься от мыслей о бездарно потраченном времени. Но собеседник у нее был только один, и он всем своим видом давал понять, что общение ему не интересно.

Гэйдж посмотрела на экран мобильного. Было уже около половины восьмого. Надежда на возвращение в пансионат окончательно умерла. Нужно было обустраивать ночлег на новом месте.

– Оливер, - позвала девушка.

Ответа не последовало.

– Оливер!
– крикнула она, повысив голос.

– Что?
– откликнулся тот недовольно.

– Ты хочешь есть?
– спросила Гэйдж первое, что пришло ей в голову.

– А у тебя есть, что мне предложить?

– Есть, - Оливия загадочно улыбнулась.

– И?

– Не скажу, что это так уж полезно и питательно, но у тебя и того нет...

– Лив, не заговаривай мне зубы.

– У меня есть...
– девушка заглянула в сумку.
– У меня есть бутерброды. Целых три. Полтора из них я великодушно отдам тебе. Шоколадный батончик, но тут ты можешь рассчитывать только на половину, так как лакомство в одном экземпляре. Бутылка минеральной воды и жевательная резинка.

– Когда ты только успела набрать еды?

– Я думала, что буду гулять весь день, потому и запаслась заранее.

– Но ты же не дашь мне еду просто так?

– С чего ты взял?

– Улыбка была говорящая. Мне нужно что-то сделать в обмен на ужин?

Оливия кивнула. Да и смысл отпираться? Оливер все равно раскусил её сразу же. Дальше бессмысленно придумывать отговорки.

– Разожги огонь в камине.

– А вот тут начинается самое интересное, - протянул Андерсон.
– В общем, как я и думал, ужина мне не получить.

– Почему?

– Каким образом я должен его зажечь? Несмотря на то, что я общаюсь с призраками, высекать огонь из воздуха я пока не научился.

– Не надо думать, что я такая уж дрянь, - вздохнула Оливия, закатывая рукава толстовки.

Забравшись в потайной кармашек сумки, она достала зажигалку, полную, ещё ни разу не использованную. Положила её на стол и щелчком отправила на противоположный край стола, прямо Оливеру в руки.

– А это откуда? Что-то я не замечал тебя с сигаретой в руках...