Чтение онлайн

25 апреля 1990 г.

Рассказ о еврейском мыле «был нацистской выдумкой»

Израильский Музей Холокоста заявил вчера, что вопреки общему мнению, нацисты никогда не делали мыла из жира убитых евреев во время Второй мировой войны. Однако они использовали человеческую кожу для абажуров и волосы для набивки матрасов.

Историк Иегуда Бауэр сказал, что многие евреи думали, будто их убитые семьи и друзья превращались в мыло, так как сами нацисты распространяли эту историю. «Нацисты говорили евреям, что они делают из них мыло. Это было садистское орудие для психологической пытки» // Reuter

С: Может быть, Яд Вашем знает историю происхождения и распространения этих выдумок во всех деталях?

Р: Нет, ответ на это может заключаться в том, что исследователи из Яд Вашема не такие уж и дураки. Они прекрасно знают свидетельские показания, представленные в качестве доказательства «мыльной оперы», так же как и их [не] правдоподобие. Сегодня таких показаний значительно больше, но я сомневаюсь, чтобы их качество сильно улучшилось по мере роста давности тех событий.

На Нюрнбергском процессе главный советский обвинитель Смирнов предъявил суду письменные показания некоего Зигмунда Мазура, в которых говорится следующее:

«Рядом с анатомическим институтом [в Данциге] в глубине двора летом 1943 года было построено каменное одноэтажное здание из трех комнат. Здание это было построено для обработки трупов и вываривания костей. Так было объявлено официально профессором Шпаннером. Именовалась эта лаборатория лабораторией для изготовления человеческих скелетов и сжигания мяса и ненужных костей. Но уже зимой 1943/44 года профессор Шпаннер приказал собирать человеческий жир и не выбрасывать его. [...]

В феврале 1944 года профессор Шпаннер дал мне рецепт приготовления мыла из человеческого жира. В этом рецепте предписывалось брать человеческий жир в количестве 5 килограммов и варить 2-3 часа в 10 литрах воды с 500 граммами или одним килограммом каустической соды, затем дать остыть. Мыло всплывает наверх, а остатки и вода остаются на дне в ведрах. К смеси прибавлялась еще и поваренная соль (пригоршня) и сода. Затем добавлялась свежая вода, и смесь снова варилась 2-3 часа. После остывания готовое мыло выливалось в формы»[178].

Мазур ни разу не появился на Нюрнбергском процессе и, таким образом, не был подвергнут перекрёстному допросу.

Филип Мюллер — это типичный свидетель, давший отчёт о том, как из убитых евреев якобы получался жир. В своих показаниях он утверждает, что в Освенциме тысячи трупов были кремированы в ямах под открытым небом. Вот пара выдержек из его рассказа: «Две ямы, вырытые нами, имели 40-50 метров в длину, около 8 метров в ширину и были глубиной 2 метра. [...] Выкопав канал, имевший лёгкий наклон от центра к каждой стороне, можно будет собирать жир, выделяющийся из трупов во время их горения в ямах, в два коллекторных сборника, расположенных на концах канала»[179].

Мюллер продолжает: «К рассвету в двух ямах, в которых друг на друге лежало около двух с половиной тысячи мёртвых тел, был разведён огонь. [...] мы, истопники, должны были постоянно поливать горящие тела маслом, древесным спиртом, а также человеческим жиром, который в крупных количествах стекался в два коллектора на концах ямы и кипел там. Шипящий жир черпался ковшами с длинной кривой ручкой и разливался по всей яме, в результате чего с большим треском и шипением вспыхивал огонь»[180].

Согласно Мюллеру, жир якобы использовался в качестве горючего. Согласно другим свидетелям, он перерабатывался в мыло[182].

С: А как доказать, что подобного рода показания — ложные?

Р: Прежде всего, не надо забывать, что это обвинителю нужно доказать своё обвинение, т.е. вину обвиняемого, а не обвиняемому — свою невиновность. Заявление само по себе ещё не является доказательством, даже если оно исходит от человека, пережившего холокост. Но в данном случае мы весьма легко можем опровергнуть это заявление, при помощи твёрдых научных аргументов. Как известно, точка воспламенения животного жира (который весьма идентичен с человеческим) равна 184 °С[183]. Это значит, что данные жиры при наличии огня или раскалённых углей горят, начиная с температуры в 184 °С. Горящее дерево, таким образом, непременно воспламенит жир, вытекающий из человеческих тел. Этот эффект хорошо известен любому, кто когда-либо видел, как с куска мяса на угли гриля стекает жир: когда на раскалённые угли стекает слишком много жира, весь гриль резко вспыхивает пламенем. Таким образом, схема, описанная Филипом Мюллером и множеством других «свидетелей», просто смехотворна; как-либо черпать человеческий жир было бы физически невозможное! 84].

С: Что ж, мыло из жира евреев не делалось. Но у нас ещё остаются абажуры из человеческой кожи и матрасы, набитые человеческими волосами.

Р: Вопрос о том, если матрасы действительно набивались человеческими волосами, остаётся открытым. Никто не отрицает то, что у всех лиц, отправляемых в лагеря, стриглись волосы — из гигиенических соображений. В те времена так поступали со всеми заключёнными во всех странах, и так поступают до сих пор. Волосы солдат также должны быть короткими из тех же соображений гигиены. Использование таких волос ровным счётом ничего не говорит о судьбе их бывших обладателей, и я также не вижу ничего аморального в этом использовании.

С: Но с человеческой кожей дело обстоит совсем по-другому.

Р: Разумеется. Это заявление впервые появилось на послевоенном Нюрнбергском процессе, параллельно с «мыльными» заявлениями[185]. В ту же категорию, как правило, входят некие сморщенные головы, якобы изготовленные из убитых заключённых. Для обеих вещей имеется достаточное количество фотоматериала времён Нюрнбергского процесса. Впоследствии эти снимки служили в качестве доказательства на судебных процессах против Ильзы Кох, жены бывшего коменданта концлагеря Бухенвальд. Она якобы отбирала в лагере живых узников с татуировкой и отправляла их на смерть, для того чтобы в конечном счёте получить предметы бытового назначения, изготовленные из их кожи. В своём подробном исследовании американец Артур Л. Смит установил, что предметы, определённые американской комиссией как сделанные из человеческой кожи после того, как их отправили в Международный Военный Трибунал в Нюрнберге, бесследно исчезли[186]. Согласно показаниям американского генерала Клея, абажуры из человеческой кожи на самом деле будто бы состояли из козлиной кожи[187]. Все найденные впоследствии предметы были сделаны из синтетической кожи, шкуры животных, текстиля или картона[188]. Обвинения, выдвинутые впоследствии против фрау Кох на немецком суде, основывались лишь на свидетельских показаниях, которые суд некритично принял на веру. Фрау Кох, которая ранее была приговорена к пожизненному заключению американцами в Дахау и затем оправдана, была снова приговорена к пожизненному сроку немецким судом в Аугсбурге, в царившей тогда атмосфере истерии, «пропаганды и массового гипноза»[189]. Впоследствии Ильза Кох покончила с собой в тюремной камере.

Смит утверждает, что во время войны некий аспирант с медицинского факультета Иенского университета писал диссертацию о взаимосвязи между татуировкой кожи и преступностью, для которой он использовал досье узников Бухенвальда. В этой связи татуированная кожа могла иметь возможное применение, вот только принадлежала она уже умершим узникам^ 90].

С: Но ведь чтобы изучать татуировку на теле, не нужно срезать кожу с умерших людей. Простой фотографии было бы вполне достаточно.

Р: Разумеется. Если они действительно снимали кожу с узника (что ещё нужно доказать), то тогда это было бы оправданно только в том случае, если этот человек перед смертью или

его родственники дали соответствующее согласие.

С: Значит, во всей этой легенде всё же содержится доля истины.

Р: Можно исходить из этого предположения. Что касается вопроса о том, есть ли здесь что-либо аморальное, то я хотел бы до поры до времени оставить его открытым для обсуждения.

Что же касается сморщенных голов, то положение дел здесь примерно такое же. Немецкий политолог и ревизионист Удо Валенди утверждает— не приводя доказательств, — что две представленные тогда сморщенные головы (рис. 12) были южноамериканского происхождения и имели инвентарный номер одного немецкого антропологического музея[192].