Чтение онлайн

— Думаю, на сегодня действительно хватит! — Пень-Колода приняла крепкую, однако, покрытую старческими пятнами руку Воеводы, и встала на ноги, игнорируя, что по штанам ручьем льется вода.

— Встречаемся с вами послезавтра! Не опаздываем! И возьмите уже свою силу воли в кулак, а то стыдно!

??

Одним утром Яромир лежал в своей постели “Каменного” блока под мягким одеялом, обнимая подушку, при этом утыкаясь в нее лицом. За последние недели он безумно устал: как физически, так и морально, и в выходной старался спать столько, сколько требовали изможденные мозг и организм. Однако сегодняшние планы не сбылись, поскольку в уравнение “отдых плюс сон равно хорошее настроение” вмешалась еще одна переменная. Переменная та попрыгала по его кровати, перескочила ему на голову и стояла так, проводя пушистым хвостом по лицу. Когда мелкие волоски защекотали губы, он застонал на всю комнату, выражая свое негодование.

— М-м-м!

Ответом ему была тишина, зато белка, скачущая по нему безо всякого стеснения, пыталась что-то найти в черных волнистых волосах парня. Яромир, приподнявшись, мотнул головой, и белка соскользнула вниз, ухватившись лапками за жемчужное ожерелье, заинтересовавшее ее золотой застежкой.

— Брысь!

Та идти куда-то не хотела и теперь лапой оттянула ему губу, чтобы, наверное, проверить много ли в его рту поместится орешков.

— Да чтоб тебя, Рыська!

Сев на кровати и отплевываясь, парень уставился на пустующую кровать друга. Он посмотрел на висевшие на стене часы, те показывали почти что полдень. Ну да, высыпавшийся за ночь богатырским сном Никита уже давно бодрствует и, наверное, даже успел слинять в библиотеку.

Белка, не привыкшая сдаваться, запрыгнула Яромиру на обнаженное плечо, корябая светлую бледную кожу коготками. Он скривился, обессиленно возмутившись:

— Ну чего ты пристала ко мне?!

— О! Ну наконец ты проснулся! Княже, день в разгаре! — в неосвещенную комнату, где, однако, постоянно горел камин, ворвался Никита. Он, розовощекий и лохматый, скинул на свою кровать игровую шубейку, варежки и шапку, а затем завалился на кровать друга. Он вернулся с тренировки по “шабашу”, которые не прекращались даже зимой в лютые морозы. Но аспиды впадали зимой в апатию, поэтому игры в это время сокращались до минимума, концентрируясь только в высшей лиги с более взрослыми змеиными особями. Парень поежился. — Фух! Ну там и мороз! Надоел уже!

— А ты мне надоел со своей белкой!

— У-у! А чего это мы без настроения? Рыська, иди ко мне!

— И вообще, Вершинин, иди к себе! Ты грязный, а постель только вчера перестелили!

— Как все серьезно… Что случилось-то? — все же Вершинин никуда не ушел, а так и продолжил лежать. Он выставил руки, и его подопечная прыгнула ему в ладонь. — Какая ты у меня умница! Все понимаешь!

— А ты не можешь ее закрывать? В клетке, может?! Если она меня разбудит еще раз — клянусь, за себя не ручаюсь!

Яромир встал, подтягивая на бедрах пижамные штаны. Он схватил со стула белоснежное полотенце и перекинул его через плечо, по которому тянулся тонкий шрам, полученный еще в детстве.

— В клетке?! Это тебе не сказки Пушкина! Рыське нужна свобода!

— А тебе не нужен выспавшийся друг?

— Это вопрос приоритетов?

— Угомони свою Брыську!

— Рыську!

— Иначе клетку куплю ей я! И ключ буду выдавать по графику!

— Да что она сделала?!

— Я хочу спать столько, сколько спится, а не тогда, когда твоя белка решает проверить мои зубы на их наличие!

Рыська тем временем притихла, сидя на груди у Никиты, которому стало смешно.

— Ну она же любопытная!

— А я скоро стану злым!

— А сейчас ты не такой?

— Я ушел. Надеюсь, в ванной я смогу побыть один?!

— Княже, да как же ты без меня там, а вдруг утопнешь?! — Вершинин рассмеялся в голос, увидев скривившееся лицо друга. — Иди, кому ты нужен!

Ничего не ответив, Яромир развернулся к двери, поправляя на груди оберег чертога волка, но замер, поскольку услышал:

— Считаешь, он встал не с той ноги? Это да… Стоп! Она… Она говорит!

Полоцкий медленно обернулся, встретившись взглядом с Никитой, глаза у которого округлились.

— Ты пьяный что ли?

— Чего?!

— У тебя белочка?!

— Ну да, не крокодил же! Это белка!

— Я вижу, что у тебя белка!

— Белка! Вот именно, белка!

— Белая горячка!

— Иди ты! — Никита вскочил ногами прямо на не заправленную постель друга, держа свою животинку в руке. — Ну, повтори? Что ты сказала?

— Трындец! — ошарашено произнес Яромир, глядя на эту картину и уже сомневаясь в психологическом здоровье друга. — Позволь спросить, Вершинин, что же она тебе глаголит?

— Прямо сейчас?! Что ты слишком хмурый! И что твои волосы ей нравятся!

— Очень смешно.

— И зубы!

— Ну хватит!

— И обереги!

— Прекрати уже!

— Я не вру! Боги, почему я ее понимаю, княже?! — Никита соскочил с кровати, посадил на нее свою белку и схватился за голову, вороша и без того спутанные светлые волосы.

— Ты так издеваешься, да?!

— Она го-во-рит!

— Да ёшкин мрак, Вершинин!

Два парня уставились на белку. Рыжий и лежащий на ее спине хвост слегка подрагивал, а она сама сложила передние лапки перед собой. Скривив губы, Яромир недоверчиво посмотрел на друга и осторожно поинтересовался:

— Может, сходить к медзнахарям?

— Я не псих!

— Успокойся! Давай я умоюсь, а потом мы все обсудим!

— Можно мне с тобой?

— В душ? Вершинин, мы с тобой не настолько близки!

— Но…

— Иди сядь! На свою кровать! И жди меня! Хорошо? — парень обращался к Никите, четко выговаривая каждый слог, будто разговаривал с умалишенным. Но Вершинин сейчас и, правда, был на него похож со своим очумелым взглядом, взлохмаченными светлыми волосами и нервными движениями. Кивнув, он медленно прошел к своей кровати, что стояла напротив кровати друга. Рыська наблюдала за парнями, уже что-то перебирая в своих ладошках. Кажется, отгрызла у кого-то пуговицу с тулупа.

Вернувшись с душа, где старался делать все побыстрее, Яромир прошел в комнату и не застал в ней кого-либо. Не было ни белки, ни самого Никиты. Ничего не понимая, куда делись эти двое, на ходу вытер полотенцем волосы, недавно нахваленные белкой, и не контролируемо улыбнулся. Вот ведь дурдом! Дурдом святого Перуна, как говорили в семье Морозовых.

Он сел на свою кровать, замечая, что постельное стало непригодным для дальнейшего использования: Вершинин, ведьмин сын, попрыгал на белом белье в валенках, оставив на нем сор! Аккуратно повесив полотенце, взмахнул рукой, направляя на него теплый воздух, чтобы высушить. Не давая себе шанса на то, чтобы разлениться, вручную подхватил одеяло и вытряхнул его из некогда белоснежного пододеяльника. Следом была сорвана простыня, а за ней освобождены от наволочек две подушки. Все это добро полетело в деревянную корзину для грязного белья.