Линда из Нэвидолла
Шрифт:
– - Адьё, неудачники. Если понадоблюсь, вы знаете, где меня искать.
– - Где?
– - хором спросили Люцерна и Николас.
Коза наклонила голову и презрительно прищурилась:
– - Снаружи.
И вышла, гордо задрав жёлтый хвост.
Некоторое время юный волшебник и ведьма молча смотрели друг на друга. Щёки у Николаса пылали огнём, ему казалось, что колдунья смеётся над ним. И ещё он понимал, что это полный провал, и у него больше нет никаких шансов.
Люцерна улыбнулась молодому волшебнику:
– - Получилось очень забавно. А ты не допускаешь, что я могу выполнить твою просьбу, без принуждения? Добровольно.
– - Тогда почему до сих пор этого не сделала?
– - Меня никто не просил. Попробуй, скажи волшебное слово. Тебя учили хорошим манерам? Вдруг окажется, что я не так уж плоха, как про меня говорят? Ну же! Смелее!
– - Я не верю тебе!
– - Очень жаль, глупый маленький волшебник...
Ведьма приложила тростниковую трубочку к губам и легко дунула. Николас закрылся рукой. но крохотная оперённая игла вонзилась в тыльную сторону ладони. Мальчик вынул иглу. На месте укола проступила капелька алой крови. Она блестела и переливалась в свете свечей и камина, как драгоценный рубин. Николас невольно залюбовался. Всё вдруг показалось ему таким пустяковым и неважным. Он улыбнулся своей недавней решимости сражаться с колдуньей. Стены зала поплыли, потолок взлетел к небесам, огонь в камине вырос, набрал силу и расплылся огромным оранжевым пятном. Молодой человек закрыл глаза и стал медленно падать.
– - Как жаль, что наш поединок так быстро закончился, -- прошептала Люцерна, подхватывая безвольное тело, -- но ты мне нужен живой.
Она уложила молодого волшебника на узкий стол и мановением руки создала вокруг хрустальный колпак.
– - Спи, храбрый рыцарь, -- улыбнулась ведьма.
– - глупенький влюблённый волшебник-недоучка.
Она ещё некоторое время любовалась своим творением и кружила в танце под медленную печальную музыку. Потом приблизилась к камину и села в любимое кресло с высокой спинкой. Прикрыла глаза, наслаждаясь жаром пылающих поленьев, и думала о старых временах, когда её сердце так же трепетало от переполнявших чувств, когда она ещё умела любить.
* * *
– - Браво!
– - Кукольник выступил из тени. Он беззвучно хлопал в ладоши.
– - Пожалуй тебя нужно пригласить в мою труппу. Такой изысканной игры я не видел давно.
– - Благодарю.
– - Позволь взглянуть на героя.
Не дожидаясь приглашения, Кукольник приблизился к хрустальному колпаку:
– - Забавно. Настоящий весельчак. А ведь он был в моих руках. Жаль, что тогда я не разглядел его хорошенько, -- он провёл рукой по стеклянной грани.
– - Конечно, в этом есть немного театральности. Зачем, позволь спросить, такие излишества?
Он взмахнул шпагой и хрустальный гроб рассыпался в мелкую крупу:
– - Только мешает, -- пояснил колдун.
– - Это была дань уважения. У каждого свои представления о чести.
Рианус не ответил. Он по-деловому обыскал мальчика и воскликнул:
– - Странно, у него нет оружия. Маленький негодник пытался тебя обмануть. Явился в логово к ведьме безоружным!
– - Я знала об этом. Ни на мгновение не поверила в его болтовню, -- проговорила Люцерна. Она, не отрываясь, смотрела на пляшущие языки огня.
– - Мудрая ведьма и начинающий волшебник, -- усмехнулся Кукольник.
– - Ваш поединок изначально был неравным. Менестрели песню не сложат. Но я тебя не порицаю. От молодёжи можно ожидать любых сюрпризов, а в серьёзном деле лучше действовать наверняка.
Глаза Люцерны на мгновение блеснули огнём, то ли всполох камина, то ли внутренний огонь.
– - А вот эта вещица занятная и несомненно волшебная, -- пробормотал Кукольник, снимая с запястья Николаса жёлтую ленту, -- так и лучится магией... Не припоминаю, но я такое уже где-то видел.
Не успел маг спрятать ленту во внутренний карман сюртука, как тело мальчика на столе засияло золотым светом, подёрнулось рябью и стало таять, как шарик пломбира в чашке с горячим кофе.
Лицо Риануса перекосилось. Ярость и растерянность сменяли друг друга. Он отскочил от стола и выкрикнул заклинание. Десять молний ударили из кончиков пальцев, проворными щупальцами обернулись вокруг стола и спеленали лежащего на нём мальчика. Невесомое тело приподнялось и стало полупрозрачным. Голубой огонь боролся с золотым сиянием, стараясь разрезать золотой кокон и вырвать добычу, но было слишком поздно. Сияние померкло, схлопнулось и вместе с ним исчез Николас. Змеи-молнии с шипением сомкнулись и погасли, оставив в воздухе печальный дымок.
Кукольник страшно закричал. Он ударил кулаками, раскрошив в щепы деревянную столешницу. Хрустальные брызги разлетелись во все стороны. Ножки стола подломились. Колдун пнул обломки ногой и повернулся к Люцерне.
– - Итак, дорогуша, -- прошипел Кукольник, -- ты великолепно справилась со своим заданием.
Люцерна приподнялась в кресле, вцепившись побелевшими пальцами в подлокотники:
– - Я сделала всё как договаривались.
– - О да, в этом нет никаких сомнений. Вопрос только, кто додумался нацепить мальчишке на руку вот это?
Кукольник вытащил из кармана сюртука желтую шёлковую ленту. Она по-змеиному извивалась в руке и пыталась укусить колдуна за палец.
– - Не знаю, -- сказала Люцерна.
– - Ты следил за нами от начала до самого конца. У меня не было времени вязать банты. К тому же, понятия не имею, что это такое.
Кукольник закрыл глаза и медленно выдохнул, беря себя в руки:
– - Да, наверное, ты не знаешь. Эта магия настолько стара, что даже я не сразу вспомнил и не обратил внимания. Детская шалость, ловушка для простаков. Так мы разыгрывали друг друга на праздники... Мы?
Брови Кукольника поползли вверх:
– - Конечно, это она! Ах, я глупец! Болван! Она же была Мастерица на такие шутки.
– - О ком ты говоришь?
Рианус посмотрел на Люцерну. Но взгляд его был далеко отсюда. Он опустил руки и произнёс бесцветным голосом, словно припоминая давным--давно забытое прошлое:
– - Каждое лето мы получали подарки. Милые вещицы, не представляющие особой ценности. Но тогда мы были юные и доверчивые, безделушки казались нам настоящим сокровищем. Каждый презент точно подходил своему адресату, поэтому никто не зарился на чужую коробочку, но мало-помалу вошла в моду глупая забава: сюрприз подвязывали красивым бантом, на который накладывали заклятие. Стоило беспечному простаку развязать узелок, как подарок под хохот товарищей отправлялся в дальнее место.
– - Ты хочешь сказать, что мальчишка отправился куда-то как подарок из детства.
– - Несомненно! Разницы совершенно никакой.
Рианус передёрнул плечами, сбрасывая наваждение, снова достал жёлтую ленту и прочитал, написанное на ней:
– - Кодрат Эррет!
Ведьма вздрогнула. Рианус Бонки нахмурился:
– - Ты серьёзно всё усложнила, и я не оставлю этого так просто.
– - Я не при чём!
– - Не люблю, когда в мои дела вмешиваются
– - Клянусь, я ничего не знала.