Чтение онлайн

— Я рад тебе, Неридэя, только… просто… выкладывай.

Недовольно нахмурившись и искривившись, Неридэя немного потеребила в руках букетик, что принесла с собой в палатку Дуностара. Она разминала между пальцами стебли багульника, и колкий аромат этих мелких белых цветов, собранных в пышные соцветия-зонтики, уже наполнил временное убежище седьмого ара. Сперва женщина не хотела откровенно объясняться с родственником, однако потом решила, что Дуностар никогда не поймёт её намёков, и сразу приступила к сути:

— Любезный братец, это правда, что дядя замыслил упрочить союз между нашим домом и Амуинами посредством очередного брака?

Дуностар всё ещё восседал за столом. Ему пришлось повернуться в полкорпуса и облокотиться на спинку стула, дабы иметь возможность смотреть на свежее и моложавое лицо старшей сестрицы, чьи малость рыжеватые, лоснящиеся брови устремлялись ввысь хвостами ласточки. Длинные волосы Неридэи сплетались между собой прядями и косами, и лоб её украшала подвеска в виде ромба, усыпанного рубинами и бриллиантами. Дуностар знал всегда, что его сестра была усладой для глаз любого, но сегодня Неридэя особенно поколдовала над нарядами и причёской.

Поскольку брат ей не отвечал, а лишь усердно пялился на её драгоценности, Неридэя настоятельным тоном прорычала:

— Это правда, что дядя хочет выдать нашу младшую сестрёнку за Его Высочество наследного принца? Ты должен расстроить этот брак!

Она была бесподобна: сурова, грациозна и непреклонна, словно львица, случайно забредшая в логово дворового пса.

— Нуре несказанно повезёт, коли Его Высочество станет её мужем.

— Зуностар! — возмущённо прокричала Неридэя, отбросив букетик на подушки. — Нельзя приносить в жертву чести и славы семейства нашу дражайшую маленькую девочку! Разве этому я учила тебя? Тем более, нынче Нура влюблена в среднего сына двенадцатого ара Аон.

— Нынче? — раздражённо хмыкнул Дуностар. — Когда я в прошлый раз посещал город, помнится, её избранником являлся главный конюший, а в предыдущую зиму — твой деверь! Она ещё слишком юна, но уже чересчур строптива и голодна. Кажется, эта её тяга к красивому досталась ей от дяди, — проворчал полководец сквозь зубы, и Неридэя едва сумела расслышать его речи. — Чует моё сердце, вскоре она опозорится и ославит наш род на целое королевство.

С этим доводом Неридэя не могла не согласиться, однако в последнее время сердце её чрезвычайно смягчилось, и молодая женщина была просто не в силах заставить себя проявлять строгость к своей младшей сестре, которую, после смерти матери, она лично воспитала и вырастила.

— А если уж Нуре настолько по душе красивое — на свете нет никого, прекрасней Его Высочества наследного принца. Ей несказанно повезёт, коли богам будет угодно обустроить этот брак. Его Высочество — добрый, честный и благородный человек, он никогда не обидит нашу малышку.

— Ох, Дуностар! Тебе откуда это известно? — раздражённо воскликнула гостья. — Не говори так, словно знаешь нрав Его Высочества, ему всего шестнадцать лет! Да, он свеж, но и зелен! Не созрел ещё, и неизвестно, что собою представляет изнутри. Как можно обручать двоих детей?

Неридэя рассерженно подскочила на ноги, и её драгоценные наряды вздрогнули. Она степенно прогулялась по периметру палатки, а затем возложила правую руку на свой живот.

— Думал, тебя это порадует. Подобный брак прославит наше семейство и приблизит к трону Его Величества ещё сильней.

— Не всё следует делать во имя власти и славы, братец, — печально промолвила Неридэя. — Я на многие вещи начала смотреть иначе с тех пор, как стала носить под сердцем собственное дитя. Ныне мне претит сама мысль о том, что придётся продать Нуру незнакомцу из-за долга, или ради больших почестей.

Дуностар сразу уловил смену преобладающих ветров в своей палатке — давненько он не наблюдал столь скорбного выражения на лице Неридэи. Молодой человек тоже поднялся на ноги, подошёл к сестре поближе и взял её холодные руки в свои могучие и горячие ладони.

— Ну, хорошо. Я попытаюсь что-то предпринять, эти планы всё равно пока кажутся несбыточными. Его Высочество по-прежнему помолвлен с Гилмирой из дома Кирн, и долгую договорённость нельзя расторгнуть так быстро. Наследный принц — человек слова, он не пожелает нарушать обет и заключать союз с другой женщиной.

— Не обманывайся, Дуностар, — покачала головой Неридэя, — ты ничего не знаешь о тех, кто стоит рядом. Обещай мне, что не будешь слепо верить чужому блеску, чистому и белому, как новый снег, лишь на поверхности. Клянись, что не поверишь сказкам.

— Да будет так, как ты велишь мне.

Дуностар покорно опустил подбородок и направил тяжёлый взор своих чернильных глаз на пушистые ковры, которые прикрывали настил в палатке. Его рост значительно превосходил сестринский, однако подвижный и пронзительный взгляд Неридэи устремлялся высоко вверх, минуя и плечи и макушку Дуностара, беспрепятственно преодолевая ткань убежища.

— Мне не по нраву, что муж твой позволил тебе явиться сюда, — тихо проворчал седьмой ар, отстраняясь от родственницы.

— Да что ты говоришь? — язвительно хихикнула гостья. — Я самолично изъявила желание помочь ему, он слишком занят, дабы исполнять нелепые распоряжения дяди. И… и я хотела собственными глазами увидеть то, о чём столько слышала.

— Что же это? Удовлетворились ли твои ненасытные глаза?

— Послушай, братец… — Неридэя снова уселась на постель и принялась ласкать пальцами меховые покрывала. — Все эти молящиеся возле Горы Тысяч… Они взывают к Кардрагону, но в итоге поклонятся Фахарис, это так?

— Да, так.

— И что за загадочная болезнь, которая якобы их поражает? Это — оспа предков? Толкуют, будто тела всех Служителей костей, этих мрачных сподвижников Отравляющей Фахарис, сплошь усыпаны отвратительными язвами и нарывами. Это какое-то древнее проклятье? Или хворь? Я переживаю за твоё здоровье.

— Это не проклятие и не хворь, — нехотя ответил Дуностар.

Вообще-то, ему не было позволено распространяться об экспериментах с магией, зиртаном и кровью оттаявшего дракона, которые проводил Зархель, однако, если старшая сестра спрашивает с него — то ей поведать можно.

— Это новые, особенные чары дяди. Они очень действенные, помогают таиться в тенях и оставаться незаметным, а ещё изгоняют из головы лишние мысли, правда на руках и ногах возникают нарывы.

— «Лишние мысли»? Это что значит?

Неридэя вновь встала и подошла к седьмому ару, после чего требовательным голосом проговорила:

— А тебя это колдовство не коснулось? Ну-ка, покажи мне руки.

Дуностар покорно закатал рукава своих богатых одежд, наглядно демонстрируя сестрице, что к подобному злодеянию он непричастен.