Чтение онлайн

Мне нечего было стыдиться и нечего терять. Моя прямота была моим единственным оружием.

— Мишель, начал он, тщательно подбирая слова, словно боялся, что я наброшусь на него.

— Вы, возможно, не до конца понимаете наши правила, и я не виню вас за это. Но поймите, это судьбоносный совет. Такие вопросы не решаются за пару дней. Здесь на кону будущее целых земель.

Я одарила его ледяной, почти хищной улыбкой.

— По-моему, все здесь присутствующие против вашей идеи, Гас.

Мой взгляд, словно по какому-то невидимому притяжению, скользнул в сторону. В окружении других глав, стоял Вальтер. Даже на расстоянии его присутствие ощущалось как физическое давление.

Он был выше всех, мощнее, величественнее. На фоне остальных лордов и старейшин он казался воплощением первобытной стихии. Величественный и пугающий в своей силе.

— Да, Вальтер, он бывает излишне жесток по отношению к вам, в голосе Гаса послышались нотки фальшивого сочувствия.

— Но его можно понять, учитывая обстоятельства.

Я скривилась, чувствуя, как к горлу подступает тошнота от его слов.

— Я не хочу никого понимать. И уж тем более оправдывать, отрезала я.

— Союза с его кланом не будет. Никогда. Это моё последнее слово.

Гас подался вперед, его голос стал тише, приобретая наставительный тон.

— Не делайте поспешных выводов, Мишель. Я чувствую, что вы женщина мудрая. Примите решение, всё хорошенько обдумав. От этого зависит слишком многое.

Я посмотрела ему прямо в лицо, не скрывая своего презрения. Каждая клетка моего тела кричала о протесте.

— Я не нуждаюсь в ваших советах, Гас. Я вас услышала, и этот разговор продолжать не намерена.

Гас лишь усмехнулся, в его глазах блеснуло что-то пугающее — смесь азарта и превосходства. Он не верил мне. Он думал, что меня можно сломать или уговорить. Он не знал, что за этой внешней хрупкостью скрывается сталь, закаленная в огне предательства.

— Я учту это, Мишель. Жозефина, он отвесил моей наставнице поклон.

Я проводила его тяжелым взглядом, чувствуя, как липкий холодок после этого разговора оседает на коже.

— Смотри, Мишель, негромко произнесла Жозефина, её ладонь предостерегающе легла на мое плечо.

— Остальные старейшины пожаловали.

Я проследила за её кивком. Группа людей, чье появление мгновенно изменило атмосферу.

Они двигались единым, слаженным потоком, облаченные в идентичные тяжелые плащи, расшитые символами, значения которых я не знала. На их лицах застыли вежливые, едва уловимые улыбки.

— Почему они контролируют всех? — прошептала я, чувствуя себя неуютно под их всепроникающим взглядом.

Жозефина склонилась к моему уху.

— У них есть магия, Мишель. Но она не похожа на нашу, ведьминскую, дикую и живую. Их магия — это порядок и структура. Они называют это «балансом», они удерживают этот мир от развала.

Она сделала паузу, провожая взглядом одного из старейшин, который кивнул кому-то из лордов.

— Им выгодно, чтобы их защищали те, у кого есть мечи и когти, ведь сами они в открытом бою почти беззащитны.

— И сейчас, как ты знаешь, появилась угроза, продолжала Жозефина, её голос стал серьезнее.

— Общий враг объединяет всех, Мишель. Даже тех, кого, казалось бы, объединить невозможно.

Я посмотрела на неё, и в горле встал ком. Обхватила себя за плечи, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

— Эту проблему можно решить и без этих союзов, выдавила я из себя.

— Ты права, мягко ответила наставница, но в её глазах я увидела глубокую печаль.

— Но ты должна помнить: наш клан только-только начинает обретать истинную силу. Мы всё еще уязвимы, Мишель.

— Мы справимся сами, Жозефина! Нам не нужны чужаки, которые будут диктовать свои условия.

Она внимательно посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнула тень иронии.

— Тогда зачем ты согласилась на предложение Фреда?

Я нервно усмехнулась, отводя глаза. Мои пальцы впились в ткань платья.

— Он может быть полезным, только и всего, я небрежно отмахнулась.

— Может, ты и правильно поступила, она подошла ближе и взяла мои ладони в свои.

— Но всё равно, Мишель всё нужно хорошенько обдумать.

Я сглотнула, поджимая губы. Мысль о том, что мне придется работать бок о бок с Вальтером, заставляла меня задыхаться. Одно только воспоминание о его тяжелом взгляде, о его пугающей силе, о том, как он заполнил собой всё пространство, вызывало во мне почти физическую боль.

Находиться рядом с ним, чувствовать его запах, слышать его голос — это значило каждый миг балансировать на краю пропасти. Я чувствовала, как внутри меня всё сжимается в тугой, болезненный узел. Это был не просто страх, это было нечто более глубокое и разрушительное, что-то, что грозило сжечь меня дотла, если я позволю ему подойти слишком близко.

Вальтер

Ярость. Она не просто кипела во мне — она выжигала все внутренности. Стоило мне увидеть, как Фредерик коснулся её руки и увлек на танец, внутри меня словно сорвало.

Я не знал, как выдержал те несколько минут. Мои пальцы с силой впились в бокал, который я залпом осушил, чтобы охладить тот пыл, который вызывал внутри это вид.

Не сводил с неё глаз. Каждое её движение, каждый поворот головы — я фиксировал всё, как хищник, следящий за добычей, которую у него пытаются увести из-под носа.

Мой взгляд, вопреки воле, вопреки здравому смыслу, был прикован к ней.

Ее спина безупречно прямая, гордая. В каждом ее движении, в том, как она поворачивала голову или плавно скользила в танце, сквозила какая-то невыносимая грация.

Я судорожно сглотнул, чувствуя, как в горле пересохло. Перед глазами, прорываясь сквозь пелену настоящего, вспыхнуло воспоминание двухлетней давности.

Та захолустная деревушка. И мы. Танцующие под простую мелодию флейты.

Тогда она была другой. Обычной женщиной в простом платье, с растрепанными волосами. Она сводила меня с ума своим диким, непокорным нравом, своей искренностью, от которой у меня перехватывало дыхание.

А теперь?

Теперь передо мной стояла незнакомка. Властная, холодная, облеченная силой, которая пугала и притягивала одновременно. Она больше не была той девчонкой из деревни. Она стала женщиной, которая не дает мне покоя ни днем, ни ночью.