Чтение онлайн

Я взглянул на него, но не искал оправданий в его глазах.

— Я прогнал её. Она пыталась что-то сказать, призналась, что ведьма, но я не дал ей произнести ни слова больше. Я раздавил её своим недоверием, ударил по самому больному — по её честности, которой она так дорожила.

— Она не сломалась. Она создала свой клан, собрала вокруг себя свободных ведьм, тех, кто не хочет быть пешками в играх Верховной. Она ведет их за собой, не боясь. И здесь мы встретились снова. И знаешь, что самое страшное? Я обернулся к отцу с болезненной полуулыбкой.

— Здесь я полюбил её еще сильнее. Не ту испуганную девчонку из деревни, а ведьму, ее настоящую суть.

Отец долго молчал, переваривая мою исповедь. Пламя камина отражалось в его глазах, делая их похожими на два раскаленных угля.

— Так вот почему ты был сам не свой эти два года, глухо произнес он.

— Ты не жил, Вальтер. Ты просто функционировал. Ходил, отдавал приказы, сражался, но внутри тебя была пустота. Ты тосковал по ней так, как волк тоскует по вырванному сердцу.

— Да, выдохнул я, и этот звук больше походил на рык.

— Я хотел вытравить её из себя. Пытался разлюбить, топил эту боль в драках. Но всё бесполезно. Она засела вот здесь, я с силой ударил себя кулаком в грудь, туда, где бешено колотилось сердце.

— И никакая магия, никакой здравый смысл этого не изменят.

— Она очень сильно обижена, констатировал отец, и это не был вопрос.

— Обижена? — выругался, расхаживая по комнате.

— Она меня ненавидит! Она не доверяет мне ни в чем, она лжет мне в лицо, говорит, что ничего не чувствует.

Я подошел к камину и уставился на танцующие языки пламени. Огонь казался мне холодным по сравнению с тем пожаром, что бушевал в моих жилах.

— Но даже это тебя не останавливает, отец тихо подошел и встал рядом, положив тяжелую ладонь мне на плечо.

Я почувствовал его поддержку — спокойную, вековую силу нашего рода.

— Не останавливает, подтвердил я, глядя на угли.

— Даже если мне придется выжечь весь мир, чтобы вернуть её доверие, я это сделаю. Она — моя, отец. Ведьма она, дочь врага или сама погибель — мне всё равно. На этот раз я её не отпущу. Даже если она сама будет умолять меня об этом.

Я замолчал. Каждое слово давалось с трудом, но приносило странное облегчение.

Отец подошел ближе, и я почувствовал его тяжелую, теплую ладонь на своем плече. В этом жесте было всё: и поддержка, и гордость, и признание меня как равного.

— Я рад, что ты идешь до конца, Вальтер, его голос звучал низко и торжественно.

— Рад, что ты готов на всё ради женщины, которую считаешь своей. Это по-настоящему ценно — то, что ты выбрал её сам, вопреки законам и обстоятельствам. Я горжусь тобой, сын. В твоих жилах течет кровь истинного вожака, который слушает свое сердце, а не только древние свитки.

Я вскинул голову, вглядываясь в его лицо, ища там хоть тень сомнения.

— Значит ты принимаешь мой выбор? — мой голос дрогнул, обнажая ту маленькую часть меня, которая всё еще нуждалась в одобрении отца.

Папа коротко усмехнулся, и в его глазах блеснула искра азарта.

— Принимаю. Увидев её там, на поле боя, я сразу понял — между вами не просто симпатия, там полыхает пожар. И она, я уверен, она тоже любит тебя. Но она ранена тобой, Вальтер. Она боится подпустить тебя близко, и её можно понять. Трудно снова открыть дверь тому, кто однажды выставил тебя за порог.

Я скривился, чувствуя, как внутри всё сжимается от стыда. Каждое напоминание о моем поступке двухлетней давности жгло.

— Но я видел её глаза, продолжал отец, его голос стал мягче.

— Глаза — это зеркало души, они не лгут, как бы сильно она ни старалась скрыть правду за ледяной маской. Она смотрела на тебя с таким волнением, с такой затаенной болью и нежностью. Дай ей время, сын. Ей нужно всё обдумать, залечить раны. Я уверен, вы сможете быть вместе. Такой союз, он на мгновение замолчал, — он сделает наш клан непобедимым.

— Тебя даже не волнует, что она ведьма? — я прищурился, пытаясь уловить хоть каплю фальши.

Отец вдруг расхохотался — громко, искренне, запрокинув голову.

— Зато какие внуки будут у меня! — он мечтательно вздохнул, и я невольно улыбнулся.

— Представь только: сила оборотня и магия воды в одном флаконе. Это же будет стихийное бедствие! Завоюй её, Вальтер. Я не просто одобряю твой выбор — я благословляю ваш союз.

Я сглотнул вставший в горле ком и крепко пожал его руку. Уважение к этому человеку, к его мудрости и широте души, переполнило меня.

— В твоей жизни должна была появиться женщина, которая станет тебе ровней, добавил отец, глядя мне прямо в душу.

— Которая не будет прятаться за твоей спиной, а встанет плечом к плечу в любой битве. Она волевая, я это сразу приметил. Статная, уверенная, сильная — такая же, как ты. Другая бы просто не выдержала твоего напора.

Я улыбнулся, чувствуя, как внутри расправляются крылья. Теперь меня ничто не остановит. Я был готов горы свернуть, чтобы доказать ей свою преданность.

В этот момент тишину гостиной разорвал резкий стук. Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Майк. Его вид не предвещал ничего хорошего: бледный, сбитое дыхание, взволнованный взгляд.

— Что случилось? — я мгновенно подобрался, чувствуя, как внутри зашевелился зверь, почуявший неладное.

— Мишель и Жозефина, Майк едва выговаривал слова от быстрой ходьбы.

— Они отбыли к себе, Вальтер. Уехали час назад, в сторону своих земель.

Сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой, прогоняя по венам чистую ярость. Она сбежала. Даже не взглянув на меня напоследок, не дав шанса объясниться. Она просто исчезла в ночи, оставив меня наедине с этой невыносимой тишиной.

Руки сами собой сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Я почувствовал, как мои глаза застилает тьма, а зрачки вытягиваются в хищные щели. Рычание, низкое и утробное, вырвалось из моей груди, заставляя воздух в комнате завибрировать от моей ауры.

— Решила сбежать, прорычал я, едва узнавая собственный голос. Зверь внутри меня бесновался, требуя немедленной погони.

— Даже не поговорив!

Я резко развернулся к выходу, но голос отца, спокойный и властный, заставил меня замереть на пороге.