Чтение онлайн

– Почему же? Ведь Викто… то есть я, - исправилась быстро, надеясь, что мою оплошность служанка не заметила, - весьма красива собой.

Я припомнила отражение в зеркале и для пущей убежденности повернула голову к портрету. Не могу сказать точно, с кого писали портрет, но даже если это не Виктория, то очень похожая на нее девушка.

– Но вам уже двадцать пять, - словно объясняя очевидное ребенку, возмутилась женщина.

– Ах, вот оно что, - устало потерла переносицу.

Действительно, как я могла забыть сей факт истории. Раньше же выходили замуж очень рано. И в двадцать пять можно было остаться «старой девой».

В комнате воцарилось молчание. Если я была занята тем, что пыталась понять сложившуюся ситуацию и собрать воедино рассыпавшиеся кусочки пазла, то Лусия прям горела желанием уйти по своим делам. Она то и дело теребила свой передник, поглядывая на прикрытую дверь.

Так, ладно. информации у меня крайне мало, чтобы пока пытаться ее обобщить в единое целое. С сожалением посмотрела на нервничающую женщину и решила продолжить допрос. Мне нужно было понять, к какому сословию относилась Виктория, чтобы понять куда двигаться дальше. Надеюсь, что все же к привилегированному. Надоело тянуть на себе лямку батрачки.

– А кем работает мой отец?

– Он главный редактор в типографии Хуана Переса, - как нечто обыденное произнесла женщина.

– И это известный издательский дом? – не задумываясь над ответом, последовал следующий вопрос.

– Бесспорно. Один из лучших. В неделю они выпускают тираж в несколько сотен газет, два вида журналов и буклеты с представлениями.

Теперь стали понятны слова родителей Виктории и злость мужа на свою супругу.

– Ясно. А я учусь где-либо или работаю?
– вспоминая себя в двадцать пять лет, задала свой следующий вопрос.

– Нет, - покачала головой Лусия.

– Так чем же я занимаюсь целыми днями? – удивилась я.

«Только не говори, что девушка в двадцать пять лет из богатой семьи живет в пустую!» - мысленно прокричала я, скрестив пальцы.

– Ну, - замялась служанка, - чаще всего запираетесь у себя в комнате, читаете книги, ходите гулять. Госпожа периодически вытаскивает вас на балы.

– О, балы, - хоть что-то приятное услышала об этом времени.
– И я здорова? – резко спросила, вспоминая свои проблемы из прошлой реальности.

– Конечно, - уверенно кивнула женщина. – По крайней мере были до сегодняшнего дня.

Было заметно как Лусия хочет побыстрее покинуть покои Виктории, но ей по этикету не позволительно это было делать без на то прямых распоряжений господ. В связи с чем женщина мялась на месте, слегка подергиваясь.

Но вот что еще я успела заметить, так это то, что из служанки вытекало что-то странное. И нет, дело было не в физических метаморфозах или иных подобных экскрециях, а что-то на уровне энергетическом, словно кровь внутри нее была осязаемой.

Необычное явление, но пока я решила на нем не зацикливаться и не придавать значение, свалив все на перемену тела и вообще реальности. Мало ли кем на самом деле являлась эта самая Виктория и какими возможностями она обладала.

– Замечательно, - и поняв, что и так уже слишком много времени заняла у Лусии, отпустила прислугу.

Разговор со служанкой дал мне пищу для размышлений. К тому же к концу разговора я не только согрелась, но немного окрепла физически. Слабость в теле, которую я до этого времени ощущала, по крайне мере бесследно прошла, оставляя после себя лишь усталость.

Я вновь решила пройтись по комнате, периодически дотрагиваясь до тех или иных предметов интерьера. Старинная мебель ручной работы с гравировками и всевозможными вставками из самоцветов, ткани и лепнины напомнили ей походы в музей. Они внушали трепет и благоговение пред прекрасным.

К тому же меня обуревали различные мысли, такие как: неужели я и впрямь попаданка? Только куда? В прошлое моего мира или это совершенно иной, незнакомый мне мир? Возможно ли что это всего лишь сон? Так кто такая все же эта Виктория? И куда делась на самом деле душа незнакомки? Надолго ли я застряла в ее теле? И как мне быть дальше?

Я была разбита и совершенно не представляет ни образа жизни сей особы, ни манер поведения. И вообще, если это Испания, то откуда мне знать этот язык? Неужели с переменой тела, я автоматически приобрела способность понимать местные языки? Если это действительно так, то это просто великолепно! Надеюсь, с чтением и письмом тоже проблем не будет…

Желая убедиться в последнем, я подошла в закрытому шкафу. Что там говорила Флоренция? Что-то о скрытых ею вещах от глаз людских. Возможно, эти вещи и дадут мне разгадку о Виктории.

Шкаф представлял собой массивную мебель закрытого вида, с вырезанными на дверцах восточными узорами, что навело на мысль, что данный шкаф скорее всего был привезен издалека. Внутри него оказалось несколько полок, вешалок с изумительными платьями и сундучок. Откуда-то пришло понимание, что в нем должно было храниться самое важное!

Ящик был железным и до того старым, что местами гвозди и небольшой, но увесистый замок, который сейчас просто болтался на душке открытым, проржавели. Стоило мне только снять замок и приоткрыть крышку, как механизм, удерживающий крышку, неприятно скрипнул, заставив меня передернуть плечами.

Внутри, казалось бы, небольшого сундучка, к моему удивлению, оказалось куда большее пространство, да такое, что аж уместило несколько книг в черном кожаном переплете, множество свеч, склянок, амулетов и кристаллов… прям атрибуты ведьм из лавок на Хэллоуин.

– Кто ты, черт возьми, Виктория? – задала сама себе вопрос, поочерёдно доставая и рассматривая каждую вещь.

Мне казалось, что эти вещи мне смутно знакомы. Будто какое-то дежавю, честное слово! Словно где-то давным-давно мне уже приходилось разливать все это, читать и записывать. Но как обычно бывает по утрам, едва ты пытаешься вспомнить детали сна, понимаешь, что все бесполезно. Сон скрывается за вуалью подсознания.

Странно было и то, что я похоже начала привыкать к этому новому для меня телу. Ноги перестали мерзнуть, руки более уверенно слушались команд мозга, да и шатать меня перестало. Не желая углубляться мыслями еще и в это, благополучно смахнула все изменения на привыкание к новому месту. Оглянувшись по сторонам, заметила, что в комнате стало гораздо уютнее что ли, да и в целом воздух приобрел некую осязаемость. Глупости, конечно, как он мог стать плотнее?

Было еще одно, на что мне стоило пока обратить свое внимание – на идущий в комнату шум улицы из приоткрытого окна. Ведь за все время моего попаданства я уже не в первый раз слышала стук колес и конское ржание.