Чтение онлайн

Желая удовлетворить свое любопытство, наконец-то смогла добраться до него, с трудом обойдя стол и огромный глобус на пьедестале. Тихонечко отодвинув кружевную тюль, выглянула в окно. И… о чудеса! На улице и впрямь разъезжали кареты, запряженные лошадьми, и люди шли в необычных одеяниях: мужчины в костюмах и в шляпах-цилиндрах, а женщины в пышных платьях и с ажурными зонтами, что прятали их лица от полуденного солнца.

Вид из окна представлял собой центральную площадь города, в середине которого была установлен памятник какому-то полководцу на коне, а слева виднелся кусочек леса, видимо парка. Сам дом, в котором я очнулась, был окружен двух и даже трехэтажными домами-соседями, со свойственными для того времени архитектурными деталями, доселе виданными мной лишь в фильмах, либо на картинках в учебниках по истории.

Прикрыв глаза, медленно выдохнула, словно смирившись с происходящим. Возможно, я сошла с ума и мне это все лишь видится, а если вспомнить о том, что произошло в часовне, то скорее всего я головой и умерла. А этот мир – все лишь своеобразная форма рая, которую Господь создал лично для таких как я, ну или что там ждет каждого после ухода из той жизни?

Неожиданно закружилась голова. Мне пришлось сесть на софу цвета слоновой кости и прикрыть глаза, чтобы восстановить дыхание и вернуть ясность ума. Минут пять пришлось потратить на внутренний релакс, прежде чем я осмелилась вновь открыть глаза и обвести комнату взглядом. Что не говори, а увиденное мне очень нравилось. К тому же я уже считала эту комнату своей, видно где-то в глубине сознания смиряясь с мыслью о своем попаданстве.

– Итак, что мы имеем на сегодняшний момент? – пробормотала я, уткнувшись взглядом на свои голые ступни.
– Я в теле молодой красивой девушки, которой уже исполнилось двадцать пять лет. По мне так прекрасный возраст, чтобы создать семью. Хотя, кто его знает. О потенциальных женихах информации не пока поступало. А вдруг в этот момент Франческа (или как мне ее теперь называть – мама?), как раз договаривается о моей помолвке с каким-нибудь офицером? Господи. Что за бред? Ну, да ладно. Если на то пошло, все, что сейчас со мной творится, и есть самый настоящий бред. Так что смело можно продолжать… Что ж, сейчас я нахожусь в Испании эпохи девятнадцатого века. А что я о ней помню из уроков истории? Хм, признаюсь честно - абсолютно ничего! Полный провал. И вообще, история никогда не была моим коньком, что уж тут скрывать, да и сколько лет прошло с того момента, когда я сидела за школьной партой?! Так, ладно, а что у нас происходило в России в это время? Не могла же я все забыть! Хотя, нет. Знания об истории Отечества у меня какие-то сохранились. Итак, девятнадцатый век. Царская империя была – это однозначно, ведь большевики еще не пришли ко власти. Но это знание мало что мне сейчас даст. А жаль. Придется идти медленными шажками к добыче информации. Вот только с кого начать? Я бы могла поискать подход к Лусие. Она же кухарка. Может за приготовлением какого-нибудь блюда, мне и удаться из нее вытащить хоть что-то. Решено! По крайней мере узнаю, может у Виктории есть хорошая подруга или кузина, с которой бывшая хозяйка оного тела делилась с ней своим тайнами и переживаниями.

Наметив для себя планы на ближайшие два часа, я почувствовала позывы своего организма к опустошению, благо хоть с этим у меня проблем не было. Подойдя к неприметной двери, я пораженно уставилась на разместившуюся за ней королевского вида ванную комнату. После моей однокомнатной квартиры в хрущевке, которая своими габаритами была меньше оной умывальни, в не менее помпезном декоре, чем жилая комната, в которой я очнулась.

В середине разместилась королевского вида ванная, а вдоль стены каменная раковина и, хвала небесам, обычный кран с водой. Туалет я нашла за ширмой, что притаилась в углу и практически сливалась с интерьером. А вот сам унитаз меня не впечатлил. Он был близок своим строением к обычному деревянному унитазу, который часто ставят в деревнях. Ну что ж, лучше так, чем ничего. Не так ли?

Умывшись и справившись с насущными потребностями, решительно подошла к шкафу и начала перебирать висевшие в нем наряды. Но выудив из его недр всего лишь пару вещей, пришла к выводу, что я не понимаю, что с чем носят и не слишком ли это все вычурно для данного времени суток.

Если сопоставить увиденные платья с нарядами двадцать первого века, то эти одеяния впору надевать лишь по балам, ну или для свадеб. В любом случае, мне еще ни разу не приходилось облачаться во что-то подобное.

С грустью вспомнила свою свадьбу и то, как мне пришлось перекроить мамино свадебное платье, так как живот уже было сложно скрыть, а на новое платье денег не было, а если бы были –найти его во времена дефицита и развал девяностых годов было нереально сложно.

Нет, я не скажу, что восьмидесятые и девяностые годы остались в моей памяти прям ужаснейшим временем, там тоже были счастливые воспоминания, радость в мелочах, но все же мне ближе были спокойствие и возможности миллениума.

Еще с минуту простояв напротив шкафа, плюнула и остановила свой выбор на бежевом платье с закрытым ажурным воротом и с рукавами в три четверти. Кое как просунув руки в узкие рукава, застегнулась на все пуговички.

Так, ладно. А что делать с подолом, который так и путался в ногах? Судя по его длине, подразумевалось поддевать под него кринолин или же не одну пару нижних юбок. Но тогда возникает вопрос иного рода: «А как мне готовить в бальном платье?»

Увы, но ничего путного я так и не придумала, но и поддевать под подол ничего не стала. Надо будет – присборю на талии, а на счет кринолина – нет уж, увольте! В последний раз окинув себя придирчивым взглядом, осталась довольна увиденным.

Хотела было уже покинуть комнату, как глаза остановились напротив портрета Виктории. Там она позировала именно в том одеянии, которое я решилась на себя надеть.

«Будем думать, что это хороший знак», - подумала я, собирая волосы, как на картине. Благо шпильки нашлись сразу.

Туфли отыскались чуть ли не сами собой в нише другого шкафа, убедив меня в том, что ориентируется я в помещении так, словно жила тут всю жизнь. И вуаля, я собрана, хоть платье и волочится по полу, но это лучше, чем тяжелые юбки.

Предлог дойти до кухни долго искать не пришлось. Поднос с чаем и печеньем, что принесла Лусия все еще стоял на прикроватном столике. Я понимала, что как ни крути, но в глазах простых людей, работающих в доме, я буду выглядеть странно, ведь господа не убирают за собой посуду, для этого есть слуги, но подходящего повода, чтобы наведаться на кухню у меня просто не было.

– Ну что ж, с Богом, - произнесла я, перекрестившись, и открыла дверь.

Первый шаг был сделан мной с большим опасением, но в коридоре, в котором я оказалась, не было ни души. К тому же моя комната находилась в самом его конце, поэтому передо мной не возник вопрос куда же идти.

Пол коридора был устлан ковром, ворс которого заглушал мои шаги. Лишь звон пустой посуды нет-нет, да нарушал тишину пустого дома. Пройдя метров шесть-семь, наткнулась на извилистую широкую лестницу, внизу которой виднелась часть холла.

Медленно, с осторожностью, чтоб не спотыкнуться об подол платья принялась спускаться по лестнице вниз. Убранство сего жилища было столь изощренно, что можно было с уверенностью сказать, что у хозяев есть вкус. А учитывая, в каком плачевном состоянии была моя собственная квартира, это место манило взор каждой деталью, невольно заставляя почувствовать себя королевой.

Спустившись с последней ступеньки, я в нерешительности замерла. А куда идти дальше? Если судить, что холл плавно переходил в гостиную, значит дом не такой большой, как кажется на первый взгляд. По бокам была расставлена мягкая мебель, представляющая собой диван и два кресла, секретер и сервант, ну и, конечно же, не обошлось без мелкой утвари, например, как канделябр или напольные часы вытянутой формы.

От холла вели несколько дверей, поэтому, не придумав ничего другого, я наугад начала открывать каждую из них. Первая оказалась небольшим кабинетом, заваленным бумагами. Видимо, отец Виктории любил приносить домой работу. Другая дверь привела меня в библиотеку, где я сразу растворилась в атмосфере уюта и тишины. И, дабы не поддаться искушению остаться здесь на веки вечные, решила поскорее закрыть «вход в Нарнию».

Наконец-то за следующей дверью после библиотеки оказалась приличных размеров кухня. Хотя правильнее будет назвать ее столовой. Моя кухня на шесть квадратов в ее хрущевке – вот это кухня, а здесь же только закуток слева был местом готовки, остальное же пространство занимал огромных размеров стол, рассчитанный как минимум на двенадцать человек.