Чтение онлайн

— Спроси этого уважаемого господина, кого он там внизу охранял, раз люди на этот уровень никогда не спускаются, — сказал мастер, приподнимаясь на локте. Чтобы быстрее вернутся в строй он ещё раз использовал ингалятор.

Страж, услышав вопрос от Сергея Ивановича, ответил не сразу, видно было что говорить на эту тему он не хотел, а, может, ему не позволял устав или что-то вроде того.

— На нижнем уровне обитает несколько видов существ, которые опасны для жителей надоблачного мира, одним из таких монстров является Вердант. Лаату следит за ним и кровожадной расой Лируэнов, что обитает в подоблачном мире. Именно из-за этого монстра люди вынуждены кочевать каждые шесть-восемь месяцев.

— Почему династия, обладая таким разрушительным оружием, вынуждена играть в поддавки? — спросил стража Сергей Иванович.

Лаату ответил, что не имеет права раскрывать эту информацию без дозволения династии, точно так же, как и мы не можем в двух словах раскрыть цель своего визита. Поэтому он предлагает устроить аудиенцию с его начальством, где мы сможем выяснить всё необходимое. На время ожидания транспортной колонны, которая доставит нас в чертоги тайного ордена, страж думает разместить нас для отдыха в доходном доме.

Мичил дослушав перевод Гадрун, повернулся к профессору и сказал:

— Похоже, тайное проникновение накрылось медным тазом. Что же ладно, попробуем тогда пока что разрешить ситуацию в пассивном режиме.

— Мастер, — вступила в разговор Гадрун, — может всё-таки разберёмся с этим Лаату? Связываться с силовыми структурами неподвластными высшим, да ещё из закрытого мира, опасно для нашей миссии!

Мичил отрицательно покачал головой и сказал:

— Эта династия обладает нехилыми технологиями, поэтому скорее всего сигнал об опасности уже поступил куда нужно. Сама посуди, страж вряд ли покинул бы свой пост не вызвав подкрепления. Так что мы создадим себе кучу проблем, если попробуем сейчас бежать. Я отправил сообщение Демпферу, о том, что мы вышли на контакт с местными, в случае если ситуация выйдет из-под контроля, он будет знать. Так что пока всё в порядке, воспользуемся гостеприимством.

С этими словами мастер кивнул Сергею Ивановичу, лицо которого изрядно помолодело, и даже можно сказать похорошело. Гриша перевёл удивлённый взгляд на Гадрун, которая как оказалось тоже изменилась, у девушки появился второй подбородок, само лицо стало одутловатым, а соломенные волосы обрели рыжеватый оттенок. И только взглянув на Габриэла, чьё молодое лицо сморщилось как у великовозрастного карлика и побагровело, Гриша понял, что кто-то из их отряда накинул на всех маскировку, как делал это недавно его дед. Следом за этим пришла новая догадка, тонкое зрение расфокусировалось, именно поэтому он видел иллюзию. Как ни странно страж изменений во внешности пришельцев не заметил, видимо маскировку накинули перед тем как все сняли шлемы.

Предприняв пару неудачных попыток восстановить тонкое зрение, молодой человек расписался в своём бессилии. «Бог дал, бог взял», грустно усмехнулся про себя юноша. Самым смешным оказался Мичил, в своём новом иллюзорном обличие, он превратился из пожилого представительного восточного мужчины, в неказистого беззубого китайца, жителя сельской провинции. Курьёзность этого образа подчёркивал шипастый панцирь скарабея, на фоне которого голова беззубого китайца казалась сплошным фотошопом.

— Ну, пущай тогда ведёт нас окаянный, — прошамкал китаец.

Профессор передал Лаату согласие компании следовать его сценарию. Страж учтиво поклонился и развернувшись на носках, зашагал в посёлок.

— Ну что, пошли в мотель красотка, — обратилась к Грише, раздобревшая Гадрун.

Парень растерянно уставился на мясистую шею удаляющейся спутницы, намёк однозначно указывал на зачинщика сего «безобразия».

Тем временем Лаату, окликнул дозорный из дирижабля, страж что-то коротко ему ответил и деловито зашагал по мостику, плетёному из воздушных корней, на другой лист.

— Охрану предлагал к нам приставить, — комментировал шедший впереди профессор.

— Эскорт, — поправила Гадрун.

А в посёлке уже было заметно движение, кто-то выглядывал из окон зажиточных усадьб. Детишки высовывались из-за плетней палисадников, старики ковыляли к лавкам словно, куры к кормушке, мужики-ремесленники выходили из сараев, да амбаров, женщины волокли на улицу кувшины, словно бы собирались идти за водой, лавочники подбоченясь выходили на крыльцо своей богадельни. Все эти люди, а это были именно люди, внешне походили одновременно на цыган и индейцев, и единственным отличием в их облике были синюшные узоры вен, покрывавшие их тело с ног до головы. И в отличие от Лаату нательные рисунки на фоне золотистого загара выглядели ужасными шрамами, порой обезображивающими вполне симпатичные лица местных жителей.

Одеты все были простенько, можно сказать по-деревенски. Некоторые женщины и девушки носили цветастые, словно настенный ковёр, мешковатые комбинезоны. На головах у них были вислоухие, словно шапка ушанка, прорезиненные чепцы. Пожилые барышни носили длинные и одновременно узкие, словно коридорные коврики, пончо, скрывавшие под собой сорочки. Дети по большей части ходили в подобии болотных костюмов, покрытых розоватым воском. За столиком какой-то открытой харчевни в уютном закутке под навесом сидели двое синеволосых, чистоликих подростка, они единственные носили в этом посёлке аккуратные хоть и слегка потрёпанные пепельные камзолы с серебристой оторочкой. Ремесленники в лавочках по соседству были одеты в короткие широкие пончо, закрывавшие только руки, ноги их облачали свободные шаровары, которые доставали им практически до груди. Большинство из работяг подпоясывались длинными чешуйчатыми поясами. Некоторые из них носили очелье, другие носили странное сочетание панамы и капора. Охотники и воины были одеты в резиновое подобие кожаного доспеха, усиленного чёрным металлом или в бюджетном варианте чешуйками огромных насекомых. Из оружия носили чёрные короткие клинки, духовые трубки, самострельные гарпуны, и связки склянок с красной жидкостью непонятного назначения.

Из всех местных жителей, пожалуй, единственные, кого явно не интересовали прибывшие в посёлок гости, была бригада мужчин занятых загрузкой и обвязкой длинных, коричневых, ворсистых, рулонов на летающую баржу, зависшую между двумя островками кувшинок. Они шумно переговаривались, вытаскивая рулоны из-под длинного крытого навеса и надрывно кряхтя спешили передать эстафету фасовщикам на борту грузового челнока. Одновременно с загрузкой рулонов, другая бригада закрепляла рядом с основной сеткой воздушных шаров, дополнительные связки призванные компенсировать вес рулонов. Чуть в сторонке с важным видом стояли два краснолицых собрата Лаату, одетых в бордовые прототипы католической рясы. Они-то, как раз, с интересом наблюдали за странными пришельцами, слух о которых разнёсся по посёлку в считанные секунды.

Страж не удостоил никого из местных чести быть представленным диковинным иностранцам. Лёгкой уверенной походкой большого начальника он шёл прямиком к трёхэтажному зданию, стоявшему на окраине посёлка.

Особняк располагался на самом высоком островке, словно намекая, что здесь находится резиденция состоятельных особ. К перилам площадки, на которой стоял дом, было пришвартовано с десяток мелких гондол и винтовых маневренных дирижабликов. Само здание напоминало ларец, цвета миндаля, окованный золотой оправой. Ряды аккуратных овальных окошек, в витиеватой золотистой раме, аккуратный словно кукольный дворик и не менее утончённое в затейливости украшений крыльцо парадного входа, отдалённо напоминали роскошь средневекового архитектурного стиля барокко. Над домом реяли, словно огромный зонт, два дирижабля. На обшивке ближнего красовался овальный герб в стиле советских постеров. Красная гора, на белом фоне, внутри горы чёрный шар, а в том шаре белый завиток.

Страж сопроводил компанию в роскошную беседку, сплетённую в виде бутона цветка. Она расположилась на площадке подле апартаментов принадлежащих, как пояснил Лаату, наместнику и начальнику гарнизона. Краснокожий воин попросил подождать его здесь, пока он договорится об аудиенции и передаст распоряжение управляющему доходным домом, соседствующим с резиденцией наместника, подготовить покои для гостей.

Григорий, в отличие от своих спутников, заходить в беседку не стал, сложившаяся ситуация казалась ему подозрительной и шаткой, поэтому он замер у входа, облокотившись на дверной косяк и наблюдал за стражниками, несущими караул у входа в поместье. Ему казалось, что вот-вот на улицу высыплет целый гарнизон чёрных мечников и порубят их в капусту.