Чтение онлайн

– Но мы уже здесь!

– Я об этом не думал, но скажу:

– Поедем на Клязьму в номера, - сказал напоровшийся на постмодернизм Цыпленкаф, и страдавший с тех пор как минимум теоретическим марксизмом, - там к счастью уже не живет никто из нас, и поэтому можно считать - это то место, где хотел больше всего выпить и закусить Бродский, а именно:

Можно выпить на природе

Где не встретить бюст...

Где нет вообще никаких бюстов,

Кроме Горгулий.

А вот, кого они представляют - это:

– Еще вопрос.

И хорошо, что не поплыли туда сразу, иначе многие бы ужаснулись.

И многие думали, что:

– Мы наконец пошли навстречу Голливуду, - так как, как сказал поэт:

– Там и так сплошь все наши люди из бывшей Одессы, - правда, с американскими Браузерами.

– Но по-своему, разумеется, - как предположил Войнич, ибо СНС решила устроить конкурс на новый костюм Адидас с личной подписью Штеффи Граф или Мартины Хингис - пока еще не решено точно, кто даст:

– Кто не то, что прямо вот так изображен, можно сказать:

– Так и лезет из этих Горгулий, а просто сходство:

– Есть, есть!

И значит, Войнич так и выразился:

– Все члены политбюро, начиная с самого начала.

– Да вы что, рехнулись?!
– чуть не ляпнул Плинтус, - ибо это будет уже не корпус для отдыхающий писателей, и даже не:

– В том числе писателей, - а Сиднейский многоарочный оперный театр, а как говорится:

– Кто здесь петь-то умеет?

Никто не ответил положительно, только Кот прокашлял:

– Не буду я читать тебе морили, юнец, - но:

Стихи читать я умею, - и выдал кстати:

Должно быть, ты одно из тех существ,

мелькавших на полях метемпсихоза.

Смотри ж, не попади под колесо

и птиц минуй движением обманным.

И нарисуй пред ней мое лицо

В пустом кафе. И в воздухе туманном.

– Точно, - сказал Сори, - это коты.

– Но в Незнаю, говорят, решили за них взяться, - ответила на возможный выпад СНС. А генетики:

– ЗЧБНТИН и ЕЕЗ, - как назвал их в частном - с Войничем - разговоре Кот Штрассе, - ее поддержали.

– Думаю, эти Горгульи сторожат только нашу группу зданий в виде небольших шалашей, хотя и двухэтажных, разумеется, как у приезжих в Силиконовую Долину новых русских ученых, но, что всех радостно шокировало:

– Не только с вешалкой при входе и паровым отоплением, а:

– Со всей мебелью и другими холодильниками, стиральными машинами и телевизорами.

– И здесь все также, только плюс горгулья или две-три на крыше.

– Но зачем нам горгульи, я не понимаю?!
– рявкнул Пли, - мы, что, стараемся принести читателям зло, по крайней мере, простой бред, - прошу прощенья:

– Вред, - чтобы приковать их цепями рабства к Вавилонской Башне, в виде огромного желания не иметь ничего, кроме своих цепей.
– Я забыл: знак вопроса здесь ставить надо?

Медиум:

– На пути им встречается Редисон Славянская:

– Ты нам не нужна, - сразу сказал Плинтус.

– Если я не нужна тебе - это не значит, что тебе я не нужна.
– И.

И Пли, уже готовый дальше кусаться, потому что из баб терпеть мог только СНС - а и чтобы никто не слышал:

– Только по праздникам, - ибо:

– Трудовые будни в праздники для нас: надо получать подарки и премии, а это - если вы не в курсе - тоже работа.
– И самое главное: волнение, как у Корнея Чуковского, ибо мысль стучит яснее и яснее в висок:

– Издадут к этому празднику Чукоккалу, или опять будет известно, что если не протекла крыша у издательства - так:

– Он занят - бреется, - имеется в виду иво куратор в главлите. Даже более, того:

– Сам Главлит - всё еще в массажном салоне.

– Не пришел?

– Так и не пришел.
– Остался в прошлом годе.

Пришлось задуматься:

– Из Голливуда?

– Есс.

– И более того, я уже написала один сценарий, и скоро, возможно, начнутся съемки Квентиной, если я смогу доказать ему, что это не я написала великолепный сценарий, а он сам, а я только утром, уходя, так сказать:

– З работы, - поставила для смеха свою подпись под его личным легендарным сценарием:

– Пришельцы с того света, оказывается, жили у нас за Плинтусом.

– К-как вы сказали, называет этот сериал?
– заикаясь от волнения спросил легендарный, как его дед, сплавщик леса под песню:

– Волга плюс еще Волга, следовательно:

– Две Волги.

– А у нас была только одна, - задумался Плинтус, - ибо действительно:

– Почему?

Парень, - ну где-то это слово поставить надо.

– Так эта-а, ну, он там... щас вспомню.

– Расскажете по дороге.

– Я в обойме?

– Разумеется, почти. Расскажите начало, и я сделаю окончательное резюме для вашего реноме.

– Он... дело в том, что бабушка не сама упала в окно, а...

– А он ее выбросил?
– удивился Плинтус, - но он же ж маленький, как сумел?

– Не он, не сам Один Дома, а плюс дед актер и бабка туда же полезла:

– Балаболит и балаболит, - а не знает: ей бы так и петь песни под гитару. Да и дед: за что получил-купил Волжару? Воровал бы спокойно и дальше электромоторы с завода - смотришь остался бы жив, а так...

– А так?

– Бабку, как я уже говорила, он выбросил в окно, когда она хотела сделать тоже самое с его любимой игрой: лично собирать часовые механизмы для СИ-4, а деду подарил во время плаванья в ванне, его японскую автомагнитолу, в рабочем состоянии, чтобы насладился и вполне:

– Первое - это большое удивление, как автомагнитола из Волжары оказалась вдруг прямо дома? И второе:

– Почему не подал прямо в руки, а нагло бросил в ванну, где было полно воды - почти полная - и главное, тоже почти: