Чтение онлайн

– Все Свои.
– А именно:

– Осетрина второй свежести - редко.

Котлета де-Валяй - всегда. Но возбуждает страсти только в голодные годы. Курица с маслом сливочным внутри, да, но только на бизнес-ланч. Или.

– Или, для нас главное обсудить здесь, а не в табачном дыму курилки накопившиеся вопросы литературы, а не нажраться, как все - а точнее Некоторые - пива с воблой, пусть это будет и Зубрик, но в виде хотя бы Мартеля или Камю, если уж так настойчиво некоторые считают:

– Они не достойны, - нет не света, пока что, а только Хеннеси.

– Фляки Господарские будем заказывать?

– Конечно, - ответила СНС, - только пусть это будет не рубец долго варенный, а простой суп харчо и на выбор: из кремлевской диеты: суп с креветками или крем-суп из Едим Тока Дома.

– На последнее горячее?
– спросил Михаил Маленький. Так как был здесь, хотя:

– И не писатель, и не художник даже, но, оказывается можно:

– Он пел песню, и читал стихи, - так сказать:

– Из нашей художественной самодеятельности.

– А зачем здесь Германн?
– спросил Плинтус.
– В карты будем играть, я, между прочим, в Девятку не умею.

– Скорее всего, будет сверять со списками желающих получить шапки хотя бы не из кошки, что, между прочим, запрещено законом, ибо недавно, но уже было принято решение:

– Кошки - тоже живые существа разумного толка.

– Пелевин здесь?
– спросил СНС.

– Я!

– Ты стейк По-По-По будешь, как все?

Пеле был в костюме... нет, не как обычно, Василия Ивановича Чапаева, а Просто Петьки, а буквально:

– Немцова, - который сам в жизни играл роль Петьки Гайдара.

И погиб - правда, не на берегу, отстреливаясь, а на мосту, как спел Вадим Козин пророчески:

– Мы простимся на Мосту, - хотя никто тогда и не догадывался, что это будет:

– Почти в Кремле.

– Что значит, По-По, май диэ чайльд?
– спросил гангстерито. Ну, так поняла его вид СНС. И соответственно поправила:

– Не По-По, а По-По-По.

– Первым По я пренебрег, как...

– Ты еще не царь, чтобы пренебрегать словами.

– Кто царь, Сори, что ли?

– Вон, Плинтус претендует.

– Рожденный за Плинтусом, никогда не полетит на Альфу Центавра.Первое По - это действительно был только предлог позаимствовать рецепт у одного Форреста Гампа, любителя длинных пробежек и лютиков на своем семи гектарном участке. Второе По - его имя, зашифрованное по системе Эдгара По, что значит:

– Трудно найти, невооруженный взглядом не видно, так как находится на видном месте.

Третье По - тоже самое, только находится уже не на видном месте, а:

– На самом видном.
– Как те, кто каждый день достает нас ненужной почтой, как-то:

– Нью- Йорк - Сити приглашает вас на роль Роберта ДеНиро, или - если хотите - на роль Клинта Иствуда, если первая вам не нравится, или вы отлично видите себя в обеих ролях. А как говорится:

– Дают - беги.
– Точнее:

– Лети Туда очень быстро, как телеграмма со словами Владимира Высоцкого:

– Обязательно буду!

– В общем, - как сказала СНС, - чтобы все были в итальянских ботинках за четыреста баксов и каждый принес по двухкилограммовому стейку для приготовления Стейка по-Флорентийски.

В общем:

– Только не умрите, ребята, до моего приезда, ибо.
– Да, ибо:

– На поминках совсем не тот рецепт.

– Третье?

– Что третье? Ах, третье!
– обрадовалась СНС, что не ничего не забыла сказать по поводу процедуры банкета, - а третье, дорогие дамы и господа, это ретро.

– Я не люблю Ретро, - сказал, присаживаясь Сори.
– И знаете почему? Мне вся эта хренопасия с запятыми в виде людей, и людей в виде закорючек хозяйственных работников - вот уже где!
– он чиркнул себя по горлу, как Ковбой Мальборо, после того, как расстрелял свой ТТ по бывшему любовнику Харлею Дэвидсону.

– Почему?

– Надоел, старый черт, ездит, ездит, и никак не сломается.

– Ну, я так и запишу, что вы не хотите быть рабом призрачных надежд на когда-нибудь хоть, я имею в виду Нобеля, плюс устали поклоняться:

– Идолам обмана, - как-то:

– А кому?!
– если даже собой не всегда доволен.
– Так пишу, как немногие, как-то мистер Достоевски. Но другим-то ведь это всё равно по барабану, ибо:

– Кто только их учил читать, так только:

– Лёва Толстый, - так он это делал по двоичной системе:

– Она, слышь, там всё переделывает, а я только пишу.
– За что, да, бил, но редко, ибо поймать трудно:

– Чаю крепкого, бывало, - а это бывает каждые полчаса, - выпью за день ведра полтора, а она к вечеру, как Сервал - дикая, но прирученная кошка с приличным весом - скачет между дерев:

– Поймай, - да где там!
– А она еще кричит из-за дерева:

– Пить меньше надо!

Хорошо имение своё - опять отыграл в карты - никто не слышит, а то бы подумали:

– Опять пьет самогон, чтобы русским духом пахло, а этот домашний резидент букваря опять двадцать пять всё сделает по-своему, чтобы:

– Было чинно и благородно.

Тут поневоле начну пахать и сеять.

– А вообще, - продолжал Сори, - кстати вы записываете?

– А зачем?
– удивилась леди СНС, которая в принципе похожа чем-то на Софью, бывшую жену Лёвы.
– Я не знала, что вы придаете такое большое значение своим фантазиям.

– Фантазиям? Что значит, фантазиям? Если бы премию давали тому, что лучше пишет, практически, без слов, мне бы этих Нобелей складывать было некуда. А так надо специально не заниматься литературой, чтобы Её получить.

– Да?

– Именно, а вы хотите, чтобы я на Вы с Ней разговаривал?

И да, жаль, что Булгаков не написал всю правду, а именно:

– Не ждите ничего хорошего, пока сами всё и так не дадут.

– Вы имеете в виду, что он не написал точно:

– Когда же они ее дадут, пару запрещенных слов.
– СНС, кажется, произнесла их в уме, или это только ему показалось?

Войничу она разрешила принести свои картины:

– Пока пару-тройку, не больше, а Флорентийский можете не приносить, я сама за вас притащу.