Чтение онлайн

Разительное противорчіе, заключающееся между первой половиной записи и второй, может быть объяснено только тм, что вторая была сдлана в послднюю минуту истекшаго дня (в записи имется и прямое указаніе — около часа ночи), т. е. в обстоятельствах, совершенно изменивших конъюнктуру предшествовавшей ночи и, может быть, психологію нсколько примитивнаго исторіографа: впечатлнія дня слились, и послднее заслонило боле раннія переживанія. С этого момента члены ближайшей свиты Императора превращаются в "поклонников конституціи (выраженіе Дубенскаго) и создается легенда о готовности Императора пойти на коренныя уступки общественным требованіям... Мы знаем, что Дубенскій в воспоминаніях послал мифическое царское согласіе на "конституцію" еще 27-го в отвт на телеграмму Родзянко.

В своей обобщающей записи 1 марта исторіограф глухо говорит о бесдах среди приближенных Царя по поводу лвой "конституціи", которой не оспаривал и сам монарх. Получается впечатлніе, что эти разговоры должны были находиться в связи с ожидавшимся пріздом Предсдателя Думы на ст. Дно для переговоров с монархом от имени порожденной революціонным порывом временной исполнительной власти. Так создалась легенда, которую не только поддержал, но и развил в своем псевдо-историческом этюд Щеголев — легенда о проект "полуотвтственнаго" министерства, созданная в процесс переживаній монарха в день тяжкаго испытанія перваго марта. "Такую уступочку" общественному мннію, — говорит историк, — могло изобрсти присущее Николаю лукавство, опирающееся на поразительное невжество в конституціонных вопросах". Опирается легенда на воспоминанія Мордвинова, упоминающаго о том, что Царь "телеграфировал в позд Родзянко, назначая его вмсто кн. Голицына предсдателем Совта Министров, и предлагая ему выхать для доклада на одну из промежуточных станцій навстрчу императорскому позду". "Тогда же из разговоров выяснилось, — добавляет Мордвинов, — что предполагалось предоставить Родзянко выбор лишь нкоторых министров. а министры Двора, военный, морской и иностр. дл должны были назначаться по усмотрнію Государя Императора и все министерство должно было оставаться отвтственным не перед Гос. Думой, а перед его Величеством". О том, что Мордвинов путает, свидтельствует несуразная дата, которую он устанавливает для телеграммы Родзянко — это было будто бы еще до прибытія в Вязьму, т. е. в первую половину дня 28-го. Отнесем эти возможные, конечно, в придворной сред разговоры боле правдоподобно на сутки позже. Я говорю "возможные", потому что версія "полуотвтственнаго министерства", при всей своей конституціонной "безграмотности", была в то время одной из ходячих версій. Припомним, что в. кн. Михаил, дйствовавшій с согласія совщанія Совта Министров, на котором присутствовали Предсдатель Думы и такой испытанный правовд, как ст. сен. Крыжановскій, предлагал своему царствовавшему брату как раз подобный же проект "отвтственнаго" министерства. Но еще боле показательную иллюстрацію мы можем найти в дневник молодого морского офицера Рейнгартена — одного из тх, кто искренне мечтали о "конституціи" для Россіи и дятельно готовились к ней: 27 февраля Рейнгартен излагает ближайшую программу дйствія, выработанную в кружковых "дружеских бесдах" — это, слдовательно, коллективное мнніе: Гос. Совт и Гос. Дума составляют "законодательный корпус", который избирает "представителей отвтственной перед ними исполнительной власти. При этом вс министры, кром военнаго, морского и Двора (как стоящіе нын вн вднія премьера) должны быть смнены". Ходячая версія имла уже свою традицію — и не только в тх разговорах о "конституціи", которые велись в 15 г. в прогрессивном блок (запись Милюкова отмчает, напр., мнніе высказанное таким авторитетным государствовдом, как Максим Ковалевскій: "мы не занимаемся выборами военнаго и морского министров и, может быть, и иностр. дл"), а в прецедентах, значительно боле ранних; когда в 1905 г. Милюков вел переговоры с Треповым о реконструкціи правительства и введеніи в него общественных элементов, он заране согласился считать "царской прерогативой" назначеніе министров военнаго, морского и Двора...

Я не думаю, что подобный проект могла обсуждать царская свита, но допускаю возможность аналогичных безотвтственных разговоров, так как очевидно, прізд Родзянко неизбжно поднимал вопрос о "конституціи", поставленной в порядок дня еще в Ставк. Воейков в Чр. Сл. Ком. ршительно отрицал возможность того, чтобы сам Николай II принял участіе в политических разговорах со свитой. Этого "никогда не было" — "весь строй, вся атмосфера была — манекен ". " Вообще о событіях старались не говорить, потому что ото не особенно пріятно было". Вся "надежда была на то, что подем к Псков, и все выяснится". И только в Псков в дйствительности поднялся вопрос об "отвтственном министерств".

Существованіе проекта "полуотвтственнаго министерства", созданнаго в період относительнаго блужданія императорскаго позда, только тогда могло походить на "истину" (документальных доказательств нт — признает и Щеголев), если бы можно было установить факт сношенія Царя со Ставкой и давленія на него со стороны Алексева. Информація, полученная нач. штаба посл отъзда Императора из Ставки, окончательно убдила его в необходимости контакта с общественностью представленной Временным Комитетом Гос. Думы. Утром 1-го наштаверхом была заготовлена всеподданнйшая телеграмма — ршительная по содержанію и по тону, Алексев телеграфировал: "Революція в Россіи, а послдняя неминуемо, раз начнутся безпорядки в тылу, знаменует собой позорное окончаніе войны со всми тяжелыми для Россіи послдствіями: Армія слишком тсно связана с жизнью тыла, и с увренностью можно сказать, что волненія в тылу вызовут такія же в арміи. Требовать от арміи, чтобы она спокойно сражалась, когда в тылу идет революція, невозможно. Ныншній молодой состав арміи и офицерскій состав, среди котораго громадный процент призванных из запаса и произведенных в офицеры из высших учебных заведеній, не дает никаких основаній считать, что армія не будет реагировать на то, что будет происходить в Россіи...[196]. Мой врноподданническій долг и долг присяги обязывает меня все это доложить В. И. В. Пока не поздно, необходимо немедленно принять мры к успокоенію населенія и возстановить нормальную жизнь в стран. Подавленіе безпорядков силою при ныншних условіях опасно и приведет Россію и армію к гибели. Пока Гос. Дума старается водворить возможный порядок, но если от В. И. В. не послдует акта, способствующаго общему успокоенію, власть завтра же перейдет в руки крайних элементов, и Россія переживет вс ужасы революціи. Умоляю В. В. ради спасенія Россіи и династіи поставить вс глав правительства лицо, которому бы врила Россія, и поручить ему образовать кабинет. В настоящую минуту это единственное спасеніе. Медлить невозможно и необходимо это провести безотлагательно. Доказывающіе В. В. противное, безсознательно или преступно ведут Россію к гибели и позору и создают опасность для династіи В. И. В.".

Алексевская телеграмма, не говорившая еще об отвтственном министерств в настоящем смысл, в утренніе часы 1-го не была послана "за отсутствіем связи" с императорским поздом. Позже она была отправлена в Петербург "для передачи в Царское Седо" в надежд, что Царь туда прибыл, и повторена около 6 час. в штаб Рузскаго для врученія ея Царю, когда тот будет "прозжать через Псков". Свднія о том, что "позд лит. А." прослдует через Псков, в Ставк получили в 4 часа, когда поступил запрос гдавкосва с просьбой его "оріентировать" для "возможности соотвтствующаго доклада". Из сопоставленія этих документов как-будто бы ясно, что в царском позд до прибытія его и Псков никаких свдній и указаній из Ставки не получали. Такая поправка должна быть сдлана к воспоминаніям Пронина, утверждающаго, что телеграмма Алексева была передана "немедленно по установленію мстонахожденія Государя" — "около 3 час. дня... на ст. Дно". Аналогичный корректив необходимо внести и к показаніям дворцоваго коменданта, которыя ввели в заблужденіе Блока и Щеголева. В стенографическом отчет (не очень вразумительной записи") помщены слова Воейкова, что "на ст. Дно телеграмму о согласіи Государя принять Родзянко, Алексев доложил сам(?).

Он получил отвт, что Родзянко дет на ст. Дно". Этим как бы устанавливалась непосредственная связь между "поздом лит. А." и Ставкой, чего в дйствительности не было.

Государь прибыл в Псков, не имя дополнительных данных, поступивших в Ставку за два дня его отсутствія и рисовавших обстановку в боле грозном свт, нежели это представлялось в момент отъзда "Случайный эпизод", вызвавшій необходимость измнить намченный маршрут в Царское Село, не мог произвести радикальной перемны в психологіи "самодержца", упорно отказывавшагося от необходимых уступок общественным требованіям в смысл установленія "отвтственнаго министерства" под вліяніем такого же, по его мннію, случайнаго бунта в столиц. То, что произошло в Псков в ночь на 2-ое марта, цликом подтверждает такое заключеніе.

Как ни умл вншне владть собой Николай II, как ни внушал он себ, что все совершающееся большого значеніе не может имть, впечатлнія, полученныя им во время тревожнаго "рейса", не могли не оказать на него воздйствія. Едва ли "послдній самодержец" принадлежал к числу боевых натур, которых опасность возбуждает и заставляет итти на риск. Скоре ему присуща была нкоторая пассивность перед роком — мистическая покорность судьб, как охарактеризовал Сазонов Палеологу натуру Николая II в 14 г. посл возвращенія из Москвы[197]. И, может быть, не так уже сознательно преувеличивал ген. Рузскій, сказав в интервью, которое он дал сотруднику "Русской Воли" через нсколько дней посл отреченія, что, когда Николай II пріхал в Псков, он ни о каких "репрессивных мрах против ревюлюціи не мечтал".

В Псков Николай II должен был попасть в атмосферу, отнюдь не благопріятствовавшую подогрванію тх иллюзій, которыми убаюкивал свое сознаніе "самодержец". Дневник ген. Болдырева, ген. кварт. у Рузскаго. довольно отчетливо рисует настроеніе в штаб Свернаго Фронта. 27-го у него записано: ..."Событія приняли крайне серьезный оборот... Д(анилов) говорит, что выход один — выбор 30 довренных лиц, которыя в свою очередь выбрали бы кандитата, которому и вручить судьбу Россіи... Но "сам" уврен, что все это бредни, что Россія благоденствует. Это мнніе, по словам Д., раздляет и в. кн. Георг. Мих., бывшій сегодня у главнокомандующаго. Врно, что нт большей слпоты у людей, которые ничего не хотят видть"... 1 марта запись продолжает: "Ршается судьба Россіи... Пскову и Рузскому, видимо, суждено сыграть великую историческую роль... Здсъ, в Псков, окутанному темными силами монарху придется вынужденно объявить то, что могло быть сдлано вовремя... Я сказал Данилову, что сегодня вопрос надо кончить, что завтра уже будет поздно. Видимо, они с Рузским ршили, что другого выхода нт"... Вроятно, эта обстановка и побудила полк. Пронина в Ставк написать в своих воспоминаніях, что Царь в Псков был изолирован — его окружали "холодные люди Свернаго фронта".

В Псков должна была встртить Царя не ложная информація о том, что войска, посланныя на усмиреніе бунта, переходят на сторону революціи, а процитированная выше телеграмма начальника штаба, в дополненіе к которой помощник Алексева ген. Клембовскій сообщал, что в. кн. Сергй Мих. просит доложить Государю о "безусловной необходимости принятія тх же мр, которыя указаны в телеграмм ген. Алексева" — Вел. Князь считал, что наиболе подходящим лицом в качеств премьера является предсдатель Гос. Думы. Была еще повторная телеграмма Брусилова, направленная в 7 ч. веч. на ст. Дно на имя министра Двора и говорившая о гибельности в дни грозной войны для "отечества и царскаго дома" междоусобной брани. Грозные симптомы наступающей катастрофы выступали в сообщеніях об "анархіи" в Кронштадт, об убійств главнаго командира порта адм. Вирена и об арест офицеров. Командующій флотом Балтійскаго моря адм. Непенин телеграфировал о необходимости пойти навстрчу Гос. Дум, причем сообщал, что приказал объявить командам телеграмму Родзянко о созданіи Временнаго Комитета: "считаю, что только таким прямым и правдивым путем я могу сохранить в повиновеніи и боевой готовности ввренныя мн части". Дале шла отправленная в 2 часа 30 мин. депеша командующаго войсками в Москв Мрозовскаго: "В Москв полная революція. Воинскія части переходят на сторону революціонеров". Вроятно, только в Псков Царя достигла и та телеграмма брата, которую воспроизвел в воспоминаніях полк. Никитин по копіи, снятой секретарем в кн. Джонсоном и сохраненной в семейном архив кн. Брасовой. Вот она: "Забыв все прошлое, прошу тебя пойти по новому пути, указанному народом. В эти тяжелые дни, когда мы вс русскіе так страдаем, я шлю теб всего сердца этот совт, диктуемый жизнью и моментом времени, как любящій брат и преданный русскій человк". Надо драть, что Царь получил и письмо начальника англійской военной миссіи ген. Вильямса, помченное 1-м марта. Он, как человк "безпредльной и искренней преданности", писал, что во время всх волненій, которыя он видл "в разных государствах", всегда лучшим средством было — имть "отдушину" — во всх государствах бывают времена, когда необходимо имть "бархатную перчатку на желзной рук". "Не подлежит сомннію, — говорил "не политик и не дипломат, а старый солдат",—что в основ настоящих волненій имются нмецкія козни, но козни эти могут быть уничтожены... Мн кажется, что настало время призвать народ Ваш помочь Вам нести ту громадную тяжесть, которая лежит на ваших плечах". Вильямс говорил о "свобод слова в парламент", о правительств, избранном народными представителями.

Так как от Родзянко была получена телеграмма, что он не прідет, то функціи посредника должен был взять на себя Рузскій. "Я стал доказывать Государю, — разсказывал Рузскій в. кн. Андрею Вл. — необходимость даровать отвтственное министерство, что уже по слухам, собственный Е. В. конвой перешел на сторону революціонеров, что самодержавіе есть фикція при существованіи Гос. Совта и Думы и что лучше этой фикціей пожертвовать для общаго блага. Государь отвтил, что "не знает, как ршить, что скажет юг Россіи, казачество". По записи разсказа Рузскаго, сдланной Вильчковским также в Кисловодск, основная мысль Николая II заключалась в том, что он "отвтственен перед Богом и Россіей за все, что случилось и случится". Рузскій старался доказать, что слдует принять формулу: "Государь царствует, а правительство управляет"» Государь возражал, что "эта формула ему не понятна, что надо было иначе быть воспитанным, переродиться и опять оттнил, что лично не держится за власть, но только не может принять ршеніе против своей совсти и, сложив с себя отвтственность за теченіе дл перед людьми, не может считать, что он сам не отвтственен перед Богом".

В момент бесды, которая происходила "глаз на глаз", пришла из Ставки новая телеграмма Алексева, переданная около 10 час. веч. Неутомимый нач. штаба, повторяя аргументацію предшествовавшаго своего сообщенія, предоставлял на усмотрніе Царя проект манифеста, умоляя немедленно его опубликовать. Ново в постановк вопроса было то, что в манифеств у нее опредленно говорилось об " отвтственном перед представителями народа министерств", составить которое поручалось предсдателю Гос. Думы. Рузскій говорил Андр. Вл., что телеграмма Алексева ршила дло: "Не знаю, удалось ли бы мн уговорить Государя, не будь телеграммы Алексева—сомнваюсь". Царь дал согласіе и сказал, что напишет сейчас телеграмму. Рузскій ушел, и через нкоторое время ему была доставлена телеграмма на имя Родзянко, в которой отвтственное министерство формулировано было как раз в соотвтствіи с одной из указанных выше модуляцій примнительно к войн. По словам Рузскаго, там было сказана: "поручаю вам сформировать новый кабинет и выбрать министров, за исключеніем военнаго, морского и ин. дл". "Тогда я обратился к Воейкову, — продолжает Рузскій по записи Андр. Вл., — с просьбой доложить Государю, что мн он говорил о дарованіи отвтственнаго министерства, а в телеграмм сказано лишь о сформированіи новаго кабинета без указанія, перед км он отвтствен, Воейков вытаращил на меня глаза, заерзал на диван и очень неохотно пошел к Государю. Я остался ждать. Ждал час, потом второй и ничего[198]. Тогда я попросил одного из адъютантов сходить и доложить Государю, ждать ли мн или можно ухать в штаб. Я чувствовал себя не совсм хорошо, да еще безумно устал и еле держался на ногах. Пока адъютант ходил и докладывал, остальныя лица свиты стали обсуждать положеніе и, когда узнали, что Государь согласен даровать отвтственное министерство, вс обрадовались, увряя, что давно говорили, что это необходимо было сдлать. Кому они об этом говорили, я так и не узнал". Вроятно, в теченіе этой бесды и были произнесены горькія и рзкія слова стараго главнокомандующаго, отмченныя мемуаристами из свиты и занесенныя в дневник Дубенскаго[199]. На вопрос: "что же длать?" Рузскій между прочим, сказал: "Ну, господа, поздно, ничего нельзя теперь — теперь нужно сдаваться на милость побдителя и согласиться на т условія, которыя предложены"... Дубенскій в воспоминаніях, написанных в эмиграціи, отнеся бесду с Рузским на первый момент прізда в Псков, изобразил характер бесды в дух ином, чм Рузскій. По его словам, Фредерикс, сказав Рузскому, что ршено дать отвтственное министерство, просил его помочь Царю. "Теперь уже поздно", — сказал Рузскій: "Я много раз говорил, что необходимо итти в согласіи с Гос. Думой и давать т реформы, которыя требует страна. Меня не слушали. Голос хлыста Распутина имл большее значеніе. Им управлялась Россія"... — "с яростью и злобой говорил ген.-ад. Рузскій". "Посл разговора с Рузским мы стояли вс потрясенные и как в воду опущенные. Послдняя наша надежда, что ближайшій главнокомандующій Сверньм фронтом поддержит своего Императора, очевидно, не осуществится. С цинизмом и грубою опредленностью сказанная Рузским фраза: "надо сдаваться на милость побдителя", все уясняла и с несомннностью указывала, что не только Дума, Петроград, но и лица высшаго командованія на фронт дйствуют в полном согласіи и ршили произвести переворот... Ген.-ад. К. Д. Нилов был особенно возбужден и, когда я вошел к нему в купэ, он, задыхаясь, говорил, что этого предателя Рузскаго надо арестовать и убить, что погибает Государь и вся Россія"... "Только самыя ршительныя мры по отношенію к Рузскому, может быть, улучшили бы нашу участь, но на ршительныя дйствія Государь не пойдет", — сказал Нилов. К. Д. весь вечер не выходил из купэ и сидл мрачный, не желая никого видть"...