Чтение онлайн

"Я вполн понимаю твой поступок, о мой герой! Я знаю, что ты не мот подписать противное тому, чему ты клялся на своей коронаціи". Зачм длать искусственное предположеніе, что здсь имется в виду "передать наслдство сыну"? Неужели, не ясно, что дло касается совсм другого — отказа от самодержавія, признанія и конституціи", вн которой должен стоять "Помазанник Божій". Еще Витте отмтил, что посл 1905 г. Николай II продолжал считать себя "неограниченным монархом". Теократическія представленія Царя создались отнюдь не под вліяніем только жены. В ранніе годы ее в придворных кругах считали даже проводительницей при Двор, конституціонных настроеній. Потом... ее захватили тенета мистики, и она, дйствительно, стала какой-то "политической Эгеріей" самодержавія. И в представленіи Царя, и в представленіи Царицы самодержец отвтственен перед Богом. "Я несу за вс власти, мною поставленныя, перед Богом страшную отвтственность и во всякое время готов дать в том отчет", писал Царь в том же письм Столыпину 10 декабря 1906 г. Переложить отвтственность за ошибки на "правительство", как предполагал, напримр, великокняжескій проект манифеста 1-го марта, морально было непріемлемо для Николая II.

Мистическія представленія о власти находились в рзкой коллизіи с реальной жизнью. В февральскіе дни положеніе сдлалось безвыходным. "Ты спас царство твоего сына и свою святую чистоту"... Царь не сдлался клятвопреступником. Наслдник не связан присягой, и его царствованіе может быть конституціонным. Так, мн кажется, слдует толковать "таинственныя слова". В экзальтаціи, быть может, А. Ф. и продолжала врить в чудо, которое должно совершиться и которое вознесет царя "снова" на престол. Бог должен вознаградить "мученика". Но больше всего и скоре всего это — слова утшенія.

В сгущенной атмосфер мистических упованій, как-то трудно предположить, что дло могло итти о тонко задуманном коварном план сознательной "поддлки" историческаго акта. "Нить Аріадны" не могла итти в т дни из Царскаго Села. Могла ли самостоятельно возникнуть иниціатива такой политической интриги в голов того, кто "наивно думал, что он может отказаться от престола и остаться простым обывателем"? Сам нсколько наивный придворный истріограф ген. Дубенскій, сказавшій процитированныя слова в Чр. Сл. Ком., не дооцнивал, допустим, врожденное "лукавство" внценоснаго "сфинкса". Перед нами пройдет еще яркое свидтельство лица из иной среды, совсм уже враждебной, которое разскажет о тон, как внценосец, скинув тяготвшія на нем историческія бармы мономаховой шапки, оживал и длался "человком". То будет свидтельство Керенскаго, непосредственно наблюдавшаго послдняго императора в заключеніи в Царскосельском дворц[259].

Закончив псковскую операцію, делегаты Временнаго Комитета в Я часа ночи выхали назад в Петербург. Приблизительно в то же время пошли сообщенія о принятых ршеніях главнокомандующим на фронт и в столицу. Только обостренно тревожной обстановкой и неувренностью можно объяснить непонятный инцидент, разыгравшійся в Петербург с арестом по ордеру новаго министра юстиціи полк. Шихева, производившаго в Штаб расшифровку манифеста. Окруженію Бубликова казалась подозрительной медлительность работы — ясно, умышленно затягивают; звонок в Гос. Думу и ршеніе, как выразился Ломоносов, "на всякій случай полковника с актом арестовать". Сказано и сдлано — из Думы послали не то грузовик, не то лимузин. Вроятно, этим объясняется "спшное" привлеченіе к длу считавшагося "спеціалистом по шифровальному длу" будущаго командующаго петербургскаго округа, полк. ген. штаба Половцова, котораго Гучков привлек к работ военной комиссіи. Он вмст с Родзянко отправился в главное управленіе Ген. Штаба и расшифровал ночную телеграмму Гучкова об отреченіи, адресованную на имя нач. гл. Штаба для передачи предсдателю Думы[260].

Неожиданное содержаніе акта отреченія произвело переполох в кругах Врем. Комитета — прежде всего в связи с тми антидинастическими требованіями, которыя так опредленно выявились в теченіе дня. Керенскій "без всяких обиняков заявил, — по словам Родзянко, что если воцареніе Мих. Ал. состоится, то рабочіе г. Петрограда и вся революціонная демократія этого не допустит". Смущал и вопрос о законности акта, поднимавшій "обоснованный юридическій спор" в смутное и тревожное время. Этот вопрос кратко разсматривает в воспоминаніях Набоков: "Наши основные законы, — говорит он. — не предусматривали возможности отреченія царствующаго императора и не устанавливали никаких правил, касающихся престолонаслдія в этом случа!.. При таком молчаніи основных законов престол в случа отреченія мог переходить только к "законному наслднику". "Престол россійскій — не частная собственность, не вотчина императора, которой он может распоряжаться по своему произволу... Поэтому передача престола Михаилу была актом незаконным. Никакого юридическаго титула для Михаила она не создавала". "Принятіе Михаилом престола", слдовательно, было "с самаго начала порочным". Не удовлетворял в. кн. Михаил с морганатической супругой и легитимистов, мннія которых находили извстный отзвук в думской сред. Мы видли, что "интригам" кн. Брасовой готовы были они приписать даже идею регентства, за которой таилась секретная мысль превратить временнаго регента в постояннаго императора. Столичная "яхт-клубская" молва давно уже приписывала кн. Брасовой подготовку в этих цлях чуть ли не заговора. (Запись Нарышкиной 21 авг.). Палеолог, с своей стороны, еще в феврал 16 г. записал ходячіе слухи и комментировал их. "Честолюбивая и ловкая" кн. Брасова "за послднее время поддерживает самыя либеральныя мннія. Ея салон... часто принимает лвых членов Гос. Думы. В придворных кругах ее обвиняют в измн монархическим принципам, она, впрочем, этим чрезвычайно довольна, так как это подчеркивает ея позицію и подготовляет популярность. Она все боле и боле разворачивается, она высказывает столь удивительно отважныя идеи, которыя, исходя из другого рта, могли бы повлечь за собой каторжныя работы (см. в моей книг "Легенда о сепаратном мир" еще сужденія, высказанныя на засданіи прогрессивнаго блока).

Так или иначе первым ршеніем в сред думскаго комитета и новаго правительства было — остановить распубликованіе манифеста. В 5 час. утра Родзянко и Львов[261] вызвали к прямому проводу Рузскаго и Алексева[262]. Предсдатель Думы довольно ярко, чрезмрно даже сгущая краски (может быть, в цлях боле сильнаго воздйствія на главнокомандующих, а, может быть, в состояніи собственной растерянности), изобразил то, что происходило в ндрах новой правительственной власти.

"С великим трудом — говорил Родзянко, — удалось удержать в боле или мене приличных рамках революціонное движеніе, но положеніе еще не пришло в себя и весьма возможна гражданская война. С регентством Великаго Князя и воцареніем Наслдника Цесаревича помирились бы, может быть, но воцареніе его, как императора, абсолютно неприемлемо". На сожалніе, выраженное Рузским, по поводу того, что "депутаты, присланные вчера, не были в достаточной степени освоены с ролью и вообще с тм, для чего пріхали". Родзянко пояснил: Опять дло в том, что депутатов винить нельзя. Вспыхнул неожиданно для всх нас такой солдатскій бунт» которому еще подобнаго я не видл, и которые (так в подлинник), конечно, не солдаты, а просто взятые от сохи мужики, которые вс свои мужицкая требованія нашли полезным теперь же заявить. Только и слышно было в толп: ''Земли и воли", "Долой династію", "Долой Романовых", "Долой офицеров". И началось во многих частях избіеніе офицеров, к этому присоединились рабочіе, и анархія дошла до своего апогеях[263]. В результат переговоров с депутатами от рабочих(?) удалось придти к ночи сегодня к нкоторому соглашенію[264], которое заключалось в том, чтобы было созвано через нкоторое время Учред. Собраніе для того, чтобы народ мог высказать свой взгляд на форму правленія, и только тогда Петроград вздохнул свободно, и ночь прошла сравнительно спокойно. Войска мало по малу в теченіе ночи приводятся в порядок, но провозглашеніе императором в. кн. Мих. Ал. подольет масла в огонь, и начнется безпощадное истребленіе всего, что можно истребить. Мы потеряем и упустим из рук всякую власть и усмирить народное волненіе будет некому; при предложенной форм возвращеніе династіи не исключено и желательно, чтобы примрно до окончанія войны продолжал дйствовать Верховный Совт и нын дйствующее с нами Временное Правительство[265]. Я вполн уврен, что при этих условіях возможно быстрое успокоеніе, и ршительная побда будет обезпечена, так как несомннно произойдет подъем патріотическаго чувства"...[266], — "Скажите, для врности, так ли я вас понял" — спросил Рузскій: "Значит, пока все остается по старому, как бы манифеста не было, а равно и о порученіи кн. Львову сформировать министерство. Что касается назначенія в. кн. Н. Н. главнокомандующим повелніем Е. В., отданным вчера... То об этом желал бы знать также ваше мнніе; об этих указах сообщено было вчера очень широко по просьб депутатов[267], даже в (Москву и, конечно, на Кавказ". — "Сегодня нами сформировано правительство с кн. Львовым во глав", — отвтил Родзянко: "Все остается в таком вид: " Верховный Совт, отвтственное министерство и дйствія законодательных палат до разршенія вопроса о конституціи Учр. Собраніем. Против распространенія указов о назначены в. кн. Н. Н. верховным главнокомандующим не возражаем". — "Кто во глав Верховнаго Совта", — интересуется Рузскій. — "Я ошибся: не Верховный Совт, а Временный Комитет Гос. Думы под моим предсдательством"[268].

Соединившись со Ставкой, Родзянко просил Алексева "не пускать в обращеніе никакого манифеста до полученія... соображеній, которыя одни могут сразу прекратить революцію" и, повторил ему с небольшими варіантами то, что сказал Рузскому. "Приму вс мры задержать... командующих войсками... сообщенный им манифест", — отвтил Алексев: "Сообщенное мн вами далеко не радостно. Неизвстность и Учр. Собраніе дв опасныя игрушки в примненіи к дйствующей арміи... Петроградскій гарнизон, вкусившій от плода измны, повторит его с легкостью и еще, и еще раз, для родины он теперь вреден, для арміи безполезен, для вас и всего дла опасен. Вот наше войсковое мнніе... Вс помыслы, вс стремленія начальствующих лиц дйствующей арміи направлены теперь к тому, чтобы дйствующая армія помнила об одной войн и не прикоснулась к 6олзненному состоянію внутреннему, переживанмому нын частью Россіи"... "Я солдат, — заканчивал Алексев, — и вс мои помыслы обращены на фронт, на запад, к сторон врага ".

Начальник штаба был, дйствительно, смущен и 6ольше всего оттяжкой освдомленія фронта, предвидя, как и вс главнокомандующіе, что это может имть трагическія послдствія, ибо "немыслимо удержать в секрет высокой важности акт, предназначенный для общаго свднія"[270]. У Алексева. явилась мысль оказать воздйствіе на "виляющее" правительство, как он выразился через нсколько часов в разговор с Брусиловым. Он обратился в промежуток между 1—4 часами ко всм главнокомандующим: "Из совокупности разговоров предсдателя Думы с главкосвом и мною, — телеграфировал Алексев, кратко излагая суть этих разговоров, — позволительно придти к выводу:

первое — в Гос. Дум и в ея Врем. Комитет нт единодушія — лвыя партіи, усиленныя Совтом Р. Д., пріобрли сильное вліяніе;

второе — на предсдателя Думы и Врем. Комитета Родзянко лвыя партіи и рабочіе депутаты оказывают мощное давленіе, и в сообщеніях Родзянко нт откровенности и искренности;

третье — цли господствующих над предсдателем партій ясно опредлились из вышеприведенных пожеланій Родзянко;

четвертое — войска петроградскаго гарнизона окончательно распропагандированы... очерченное положеніе создает полную опасность боле всего для дйствующей арміи, ибо неизвстность, колебанія, отмна уже объявленнаго манифеста, могут повлечь шатаніе умов в войсковых частях и тм разстроить способность борьбы с вншним врагом"... Сообщая, что он срочной телеграммой доносит "все это" верховному главнокомандующему. Алексев выдвигает план "суть настоящаго заключенія сообщить предсдателю Думы и потребовать осуществленіе манифеста" и "для установленія единства во всх случаях и всякой обстановк созвать совщаніе главнокомандующих в Могилев" (Если в. кн. Н. Н. "не сочтет возможным прибыть лично, то собраться 8-го или 9-го марта). "Такое совщаніе тм боле необходимо, — продолжал Алексев, — что только что получил полуофиціальный разговор по аппарату между чинами морского гл. штаба, суть его: обстановк в Петроград 2 марта значительно спокойне, постепенно все налаживается, слухи о рзн солдатами — сплошной вздор, авторитет Врем. Прав., повидимому, силен. Слдовательно, основные мотивы Родзянко могут оказаться неврными и направленными к тому, чтобы побудить представителей дйствующей арміи неминуемо присоединиться к ршенію крайних элементов, как к факту, совершившемуся и неизбжному. Коллективный голос высших чинов арміи и их условія должны, по моему мннію, стать извстными всм и оказать вліяніе на ход событій".

До полученія офиціальных отвтов на свой запрос Алексев в 1 ч. 80 м. был вызван к аппарату по иниціатив Брусилова, указавшаго, на основаніи донесеній командиров, на необходимость отдачи "какого-либо приказа" в виду преувеличенных слухов, проникших уже на фронт: Брусилов предлагал объявить, что Николай II отрекся, что в управленіе страной вступил Врем. Ком. Гос. Думы, что войска должны "охранять своею грудью матушку Россію" и не вмшиваться в политику. "Вполн понимаю все, вами высказанное", — отвтил Алексев. — "Мое положеніе: