Маска дракона
Шрифт:
Рейра не сдержала умилительного вздоха, глядя им в спину. Особенно в такую притягательную, широкую спину Гайна и его косы, в которые хотелось зарыться лицом и бесконечно вдыхать их аромат. Он обмолвился про физкультурный кружок, который вел, и девушка уже точно знала, куда будет подавать заявку.
От розово-романтических мечтаний Рейру оторвал громкий девичий выкрик из общежития. Пришла пора ей покорить еще одного монстра…
Глава 2: Общежитие
Подслеповатая старушка на входе бегло оглядела девушку, посадила на пропуск печать, махнула пером номер комнаты и вновь окунулась в бездну какого-то бульварного романчика.
На пропуске красовался номер триста двадцать. Путем нехитрых логических и физических изысканий Рейра поднялась на третий этаж и, с трудом пробиваясь через нагроможденные в коридоре чемоданы и сновавших повсюду девушек-студенток, направилась к своей цели
Голова кружилась от плотных густых запахов: где-то готовили южную еду, кто-то распаковывал вещи, явно давно путешествовавшие в чемоданах, откуда-то разлился клубничный парфюм. Рейра закрыла нос и рот рукой, увернулась от очередного сногсшибательного шлейфа духов и мельком заметила то, что заставило ее на секунду, а то и дольше, замереть.
В одной из комнат дверь была распахнута настежь, там, в хаосе вещей и чемоданов, две девушки, весело хихикая и болтая друг с другом вешали на стену огромное вышитое полотно. На нем позировала в своих ярко-голубых любимых доспехах огнегривая Вивиан Вейлеш…
Тоска и страх сдавили горло, снова навалился ворох воспоминаний. Тот последний вечер, когда мать держала Рейру за руку и улыбалась, говорила, что скоро вернется. А потом понеслись шепотки, крики и надрывный плач десятков женщин.
Тогда-то Рейра впервые увидела, как плакал Варнав. Кажется, он больше никогда себе этого не позволял. Но в тот вечер…
— Эй, все нормально? — девчонка, одна из тех, что вешала гобелен, высунулась из дверного проема. — Ты что-то хотела? Это триста десятая. Твой номер?
— Н-нет, — запинаясь промямлила Рейра и поспешила убраться от этой комнаты.
В спину прилетело недоуменно-возмущенное хмыкание. И пальцы зачесались, загорелись от обиды, волчьи когти и шерсть попытались вырваться, и содрать этот льняной образ, забрать с собой. Это девчонки же ничего не понимали. Совсем ничего!
Но к ее (их) счастью, взгляд упал на дверь с нужным номером. Ключ подошел идеально, и спустя мгновение Рейра уже бросила сумку на пол, вдохнув слегка пыльный воздух, пропитанный тонким запахом мыльной воды. В комнате царил полумрак: сероватые плотные шторы прикрывали окно, из-за чего на голубых стенах словно перекатывались слабые волны. Из всего убранства: две кровати, белый шкаф, два стола и две тумбочки, и неприметная дверь — наверное в ванную. По сравнению с ее комнатой в королевском дворе, это жилье больше напоминало монашескую келью.
Но это была келья Рейры. По крайней мере на то время, пока к ней никогда не подселят, ибо сейчас будущей соседки не замечалось, как и ее вещей. Хотя на кровати и лежало свернутое явно не местное покрывало. На нем смутно угадывались резкие геометрические орнаменты, похожие на вышивку западных племен.
Рейра скинула ботинки и ничком упала на вторую кровать, понимая, как же сильно она сегодня устала. Трястись в повозке целые сутки — то еще развлечение, а на мягком паровом самоходе, которые стали популярны в столице, в академию было не добраться. Комплекс располагался в центре высокого плато, путь к которому начинался с запутанного гравийного серпантина. С одной стороны обрыв, с другой почти вертикальный спуск, поросший редкими кривыми соснами, магически цепляющимися за камни и жизнь.
На высоте трех-пяти сотен метров плато постепенно выравнивалось, вокруг появлялись поля, сады и фермы, дающие пропитание учащимся и учителям. А в самом центре, в сердце плато раскинулась академия Стелент. Обнесенная необъятной стеной, из-за которой проглядывали крыши корпусов и красная башня…
Рейра с удовольствием бы преодолела весь этот путь в образе волка. Но полнолуние наступало только завтра, а маски — магического артефакта, позволяющего перекидываться в любой момент — у нее еще не было. Пока не было… Варнав говорил, что их выдадут в первую неделю учебы, когда проведут внутреннее тестирование. Рейра частенько представляла себе, как пройдет ее получение: торжественное таинство, сродни рождению. И ей очень хотелось показать родителям, какой узор будет сложен на ее маске.
Предчувствуя, что слезы вот-вот навернутся на глаза, Рейра вскочила на ноги, прошлась по комнате, меряя шагами небольшой клочок пустого пространства между столами. Снова схватила сумку, распахнула шкаф… И обнаружила там целую гору тренировочной одежды, аккуратно сложенной в стопки.
Белые рубашки и штаны из тонкого волокна, зачарованного магами-ткачами. Эта ткань легко рвалась во время полного превращения, исключая грусть по потерянным вещам. Необходимая одежда для длинного учебного года. Рейра насчитала там порядка пятидесяти комплектов на каждого.
В оставшийся уголок она выложила обычную одежду. Почти вся она была подобрана по одному единственному критерию: открытая спина. Единственный свитер пылился на самом дне сумки — Рейра надеялась что он не пригодится, по крайней мере до крепких морозов.
Как и любому другому молодому оборотню, ей иногда было сложно сдерживать гнев, ярость и тоску — самые сильные эмоции, пробуждавшие первичную форму, неполную, как ее чаще называли. Руки Рейры покрывались шерстью, когти удлинялись, уши превращались в волчьи. Но внимание всех приковывала другая ее часть: огромные белые драконьи крылья за спиной.
Проклятие Рейры и дар от ее матери, от которого никуда было не деться. Редчайшее событие, зафиксированное в восьмисотлетнем талмуде королевской династии лишь три раза. Ребенок дракона-оборотня перенимал часть дракона и в будущем становился на порядок сильнее обычного собрата.
Конечно до самого дракона им было далеко, но этой силы хватало на многое.
И Рейра должна была стать такой — все об этом знали, дети тыкали в нее пальцем и просили показать крылья раз за разом, взрослые перешептывались за спиной. Королевская же семья и знатные лорды излишне заботились, оберегали, запихнули в самую престижную академию, лишь бы драконий ребенок остался при знати и служил королевству верой и правдой. Это было бремя, становившееся все неподъемней с каждым годом — Рейра не хотела такой судьбы, но предназначение выпало ей с самого рождения.
Захотелось смыть с себя тяжесть мыслей о будущем и дорожную пыль заодно, но и прохладная вода не принесла успокоения.
От нее ждали чего-то подобного делами матери, но только Рейра была совсем иной. Ей не нравилась открытая толпа, не нравилось ловить на себе чужие взгляды, не хотелось бежать во главе отряда… Не хотелось отличаться от остальных. В теле волчицы становилось проще: дикость инстинктов брала верх над человеческими комплексами. Рейру печалил тот факт, что нельзя было остаться волчицей навсегда, спрятаться под ее маской и скрыться от людей.