Чтение онлайн

– Уже случилось, - вмешалась Клара, - Я жду ребёнка.

– Как раз в этом ничего особенного нет, - проскрипел её горе-любовник и удалился, мертвенно бледный.

***

Мы страдали. От рыданий Клары у Перси разболелась голова. И та, и другой требовали врача, а пригласить его можно было только из трёхэтажной виллы, где засел враг всякого спокойствия и благочестия. Наконец я отважилась пойти туда.

Стоял сухой, но хмурый полдень.

На крыльце бастиона мировой скорби резались в карты четверо дюжих, неопрятных лакеев, ещё трое наблюдали и комментировали игру не самыми лирическими фразами.

– Вы к кому, мэм?
– соизволил поинтересоваться самый седой и бакенбардистый, пока его сосед тасовал колоду между партиями.

– К тому, кто здесь живёт - к вашему хозяину.

– Наш хозяин уж давно не живёт, а только мается. Не велено никого пускать.

– Оставьте парня в покое!
– прибавил смуглый усач с такой страстью, словно имел в виду самого себя.

– Мне, собственно, нужен не сам лорд, а его доктор.

– Занят он. Своих заводите, - отрезал чёрствый старик.

– Но необходима немедленная медицинская помощь моему... гражданскому мужу, замечательному человеку и поэту!

Привратник возвёл глаза и руки к небу:

– Нет поэта кроме милорда...

– И мистер Х.- редактор его!
– вклинил самый молодой и рыжий.

– Подите себе с Богом, мэм... от греха подальше...

***

Можно ли было отступить? Мне несказанно повезло: обогнув неприступную виллу, я обнаружила отрытое окно на первом этаже и с ловкостью, которой даже не ожидала, влезла в него и очутилась в самом зачарованном, задымлённом и захламлённом месте на свете, служившем, однако, кому-то спальней. Кровать без полога - бесформенная куча обрывков самых разных тканей и мехов - находилась в трёх шагах от окна, и среди этой пестроты в глубоком сне лежал Джордж, красивый, как изваяние Челлини, и мокрый, как рыба. На нём не было ничего, кроме трёх амулетов, татуировок и клочка шоколадного бархата. Его рука покоилась на спине бладхаунда. Более чуткий в своей дрёме пёс приоткрыл красные, мутные, словно пьяные глаза и снова закрыл. Я осмелела, шагнула к постели и тут над животом сони поднялась драконья голова стаффордширца и грозно зарычала, окончательно пробуждая боле ленивого стража. Оба ринулись на меня, но хозяйские руки со змеиной скоростью перехватили их за ошейники.

– Кто здесь?!
– прокричал Джордж. Можно было подумать, что он ждёт убийц.

– Это я, Мэри.

– Какая Мэри!?
– упор на первое слово.

– Последняя!...

– Как вы угодили в этот вертеп?

– Мне нужна ваша помощь...

– Это уж точно. Вон там, в углу на стуле - мой халат. Серый с отливом, да-да.

– Сколько ему лет?

Я не без робости взяла непонятного происхождения дерюгу и приготовилась бросить ему.

– Нет, - поменял он мои планы, - Оботрите им свои руки, и хорошенько.

– Зачем?

– Выполняйте.

– Вы хоть когда-нибудь отдавали это в стирку?

– Нет, и скоро вы поймёте, почему. То же самое - с шеей.

– Это уж слишком!

– Не кричите.

Возмущаясь, я всё-таки делала, что он велел.

– Нет, этого мало. Наденьте его.

Я обрядилась в балахон, сердито закатала рукава.

– Ну, что теперь?

– Теперь - знакомьтесь, - и отпустил собак.

Я взвизгнула, прижалась к стене, не помня себя от испуга. Звери подбежали. Резвый осторухий вскинул мне на грудь тяжёлые когтистые лапы, его товарищ вертелся вокруг и вдруг лизнул мою руку. Первый тоже норовил скорее обнять и расцеловать меня, чем покалечить. Опасность миновала, и ничто не мешало мне громогласно оскорбиться:

– Вы - просто хам!

– Разумеется!
– Джордж соскочил с ложа, чуть не падая, шагнул ко мне и глянул в упор, - Ведь я непрошено проник в ваши покои и теперь с презрением созерцаю наготу вашего нелепого, ущербного тела!

Он держался как хороший трагический актёр и смотрел на меня так, будто и впрямь это я перед ним стояла голая. Я отвернулась и села на стул, машинально трепля по затылку собаку, а та, услышав голос хозяина, покинула меня, и другая тоже.

– Что там интересного? Сюда смотрите, - не унимался уязвлённый, - Любуйтесь!...

– Прекратите!
– бешено закричала я, топая ногой.

Как и следовало ожидать, явились слуги - втроём - и тупо разглядели меня в анахоретском рубище поверх модного прогулочного платья и своего хозяина в эзотерических символах на торсе и арабских письменах на руках и ногах. Он стоял, прислонившись плечом к дверце платяного шкафа (можно представить, что он там хранит!), подбоченившись и ожидая приветствия.

– С благополучным пробуждением, сэр!

– Спасибо.

– Что прикажете насчёт дамы?

– Принесите ей выпить и помогите раздеться.

– А вашей светлости?

– Мне, - изящный самодемонстрационный жест, - вроде дальше некуда...

– Я к тому, чтоб, - сакраментальная гримаса, - выпить.

– Нет, сегодня - без меня: пятница.

– Пятница была позавчера.

– А что тогда сегодня ?

– Воскресенье, сэр.

– Нда?... Ну, и что вы стоите?

– Сию минуту!

Один убежал, двое сделали некое движение в мою сторону. Я сорвалась с места, собрала во взгляде всё гневное высокомерие: