Чтение онлайн

— Так вот откуда вы узнали о нас, — догадался он. — О том, чем мы занимались в Сафроне.

— Правильно. Лаверн прислала мне очень подробное письмо. Я полагаю, оно прибыло тем же кораблем, что и вы.

— Надеюсь, она отозвалась обо мне хорошо?

— Вы, конечно, не ожидали добрых слов от женщины, чей дом сгорел вскоре после того, как она дала вам ключи?

— Кровь Леди, это был несчастный случай.

— Короче говоря, Лаверн сказала мне, что вы ненадежный человек, что слишком много пьете и слишком уверены в своих способностях.

— Справедливо, — сказала Блоха.

— Не начинай, — пробормотал Лукан.

— Излишне говорить, — продолжила леди Рецки, — что я следила за вами с тех пор, как вы приехали. По большей части я была довольна тем, что вы бродили по округе в поисках своего ключа, который так глупо потеряли. Грач уже некоторое время является для нас занозой в заднице, поэтому мне было любопытно, узнаете ли вы что-нибудь полезное. Когда вы оказались в тюремной камере, я подумала, что на этом ваша история закончится.

— Вам не пришло в голову вмешаться?

— С чего бы мне это делать? Я не была уверена в вашей невиновности. По правде говоря, я до сих пор не уверена.

— Мы не убивали Виктора Зеленко.

— Меня это не очень волнует, — ответила леди Рецки. — И вы меня не особенно волновали. — Она затянулась сигариллой. — Пока Марни не спасла вас от виселицы. Мое внимание привлекло ее требование, чтобы вы добыли формулу. И не только мое. С сожалением должна сказать, что после этого вы стали моим делом. Фактически, моим приоритетом.

— Я польщен.

— Не стоит. Продолжительность жизни моих приоритетов, как правило, небольшая. И вы уже давно перешагнули свою. — Она стряхнула пепел с сигариллы в блюдечко. — Сначала я не беспокоилась. Вы были не первыми, кто отправился на поиски того мертвого алхимика в Пепельной Могиле. Никто из других дураков не вернулся, так почему же вы? Представьте мое удивление, когда вы это сделали — и с формулой, не меньше. Должна признаться, я была впечатлена. Тем не менее, я подумала, что, если я просто возьму у вас формулу, — она изобразила, как протягивает руку и забирает ее, — то на этом все закончится. — Она поджала губы. — Признаю, это было глупо с моей стороны. Мне следовало бы внимательнее отнестись к словам Лаверн.

— Мне показалось, она сказала, что я обуза.

— Да. Но она также сказала, что вы храбрый, находчивый и, похоже, у вас больше жизней, чем у самого хитрого уличного кота. — Она посмотрела на него поверх очков. — Это правда, что вы заключили сделку с Безликими? Что вы предложили им какой-то клинок в обмен на их помощь в раскрытии заговора лорда Маркетты?

Лукан нахмурился.

— Я никогда не говорил об этом Писцу.

— Это правда?

— Да.

— А какими они были?

— Не такими пугающими, как вы.

Рецки тонко улыбнулась.

— Лестью вы ничего не добьетесь. — Ее улыбка исчезла. — Когда вы вернулись из Пепельной Могилы, у вас была одна копия формулы — оригинал, который я у вас забрала. И все же каким-то образом у вас оказались еще две, которые вы по глупости отдали леди Марни и лорду Ариме. — Ее сигара пылала. — Как это вам удалось? Как вы запомнили дюжину строк сложной алхимической формулы?

— Мне немного помогли.

— Кто?

— Безликие.

— Не шутите.

— Я не шучу.

Рецки подождала, пока он уточнит, обрушив на него полную силу своего взгляда.

— Не склонен к сотрудничеству, — сказала она после продолжительной паузы, когда он не стал вдаваться в подробности. — Похоже, Лаверн и в этом была права. Отлично. Не имеет значения. Важно то, что вы, возможно, только что обрекли нас всех на гибель. Та формула, которой вы так небрежно поделились, — алхимический ключ.

— К Багровой Двери, — ответила Ашра.

— Да. — Взгляд Рецки метался между ними. — Вы сказали мне, что не знаете, для чего она нужна. Вы солгали. — Она прищелкнула языком. — Полагаю, мне следовало ожидать этого от опозоренного аристократа, не говоря уже о Леди Полночь. — Она улыбнулась, увидев, как напряглась Ашра. — Да, моя дорогая, Лаверн тоже мне о тебе все рассказала. Должна добавить, в гораздо более восторженных выражениях.

— Ты меня не знаешь, — ответила Ашра.

— Возможно, и нет. — Рецки в последний раз затянулась сигариллой и бросила окурок в тарелку. — Но я точно знаю, — добавила она, выпуская дым, — что вы вдвоем подвергли смертельной опасности весь город.

— Вот и мы! — объявил генерал Разин, входя в комнату с подносом, на котором стояли две дымящиеся кружки. — Горячий чай. Я даже нашел немного печенья… — Он замолчал, увидев фигуры в капюшонах и с арбалетами в руках. — О…

— Надо было заварить побольше чая, генерал, — сказал Лукан.

— Все в порядке, Леопольд, — сказала леди Рецки, приглашая мужчину войти в комнату. — Это мои люди.

— Прости меня, Ольга, — ответил Разин, оставаясь в дверях, — но я не могу не заметить, что на моих гостей направлены арбалеты.

— Все в порядке, генерал, — сказал Лукан, — если бы она хотела нашей смерти, мы бы уже оба превратились в подушечки для булавок. — Он посмотрел на леди Рецки. — Не так ли? Вам что-то от нас нужно. Отсюда и этот волнующий разговор, который мы ведем.

— Ах, какая наглость, — сказала женщина, скривив губы в подобии улыбки. — Думаю, теперь у меня есть полный набор. — Она махнула рукой в сторону Разина, который все еще стоял в дверях. — Проходи, Леопольд, — сказала она с оттенком нетерпения, — ты стоишь здесь, как юноша, впервые попавший в бордель. Мой чай, пожалуйста. — Генерал неохотно вошел в комнату. — Спасибо, — поблагодарила леди Рецки, беря кружку чая с подноса генерала. Затем Разин отошел к другому креслу, где сел, потягивая свою кружку, и обвел взглядом молчаливые фигуры в капюшонах.

Лукан почувствовал укол вины за то, что принес неприятности в дом этого человека. И досаду на Рецки за то, что она нарушила то, что должно было стать праздничным моментом.

— Теперь, когда мы все устроились, — сказал он с изрядной долей ехидства, — может быть, вы окажете нам любезность и расскажете, какого черта вы вообще здесь делаете?

Леди Рецки подула на свой чай, не обращая внимания на его наглость.

— Что вы знаете об Багровой Двери, лорд Гардова?

— Только то, что рассказала мне Марни. Что фаэронцы встроили ее в склон горы, и что ее никогда не открывали.

— Совершенно верно. У Багровой Двери уникальный замок, который не открыть никаким физическим ключом. Считается, что это возможно только с помощью очень специфического алхимического раствора. Вот почему Корслаков увлекся алхимией. На протяжении веков правящий класс соревновался, кто сможет претендовать на славу, открыв дверь и завладев тем, что находится за ней. Это привело к основанию Башни и ордена алхимиков. Полагаю, в этом смысле мы должны быть благодарны. Игра дыма и теней, как ее называли, непреднамеренно привела ко многим алхимическим открытиям.