Чтение онлайн

Химию. Близость. Сильное притяжение к нему.

— Мисс Хант? — жар поднимается по шее, когда выхожу из своего транса.

— О! Простите за это. Я... я немного вымотана этим утром.

— Не нужно краснеть или стесняться, — говорит он хрипловатым голосом и улыбается шире, обнажая идеально ровные, блестящие белые зубы. — Мне нравятся женщины, которые не боятся пялиться. Это очень привлекательно, — добавляет с чувственным, теплым шелком в голосе, который посылает волны жара прямо к моему сердцу.

— Я стесняюсь? Вы, должно быть, меня с кем-то путаете. Моя скромность, если она и была, исчезла давным-давно. Итак, могу я вам чем-нибудь помочь?

— Что ж, очень жаль, — говорит он с одной из своих знаменитых ослепительных улыбок, смешанных с эгоистичным изгибом брови. — Но да, вы можете мне помочь. Я здесь, чтобы поговорить с Клейтоном. Кстати, как вам эта спортивная Altima? Бедняга Джексон, конечно, надеется, что она работает исправно.

К черту беднягу Джексона.

— Ну, она не сломалась... пока, — отвечаю с намеренной насмешкой.

В его взгляде мелькает юмор, и я мысленно ругаю себя за остроумный ответ.

— Туше, мисс Хант. И хотя вы явно не из благодарных, даже после того, как уехали со стоянки на сверкающей новенькой машине, при этом не потратив ни цента, я считаю, что из вас получился бы выдающийся продавец автомобилей, — его взгляд обжигает, когда останавливается на моих губах. — Могу только представить, как ваш парень управляется с вашим ртом.

Насыщенная бархатистость его слов эхом отдается в костях, вибрируя от силы, власти и необычайной провокационности. Но опять-таки мама вырастила не дуру. У нее был брак, пусть и недолгий, с брокером по недвижимости. По мнению мамы, он был не лучше мошенника. «Они как снайперы. Затаиваются и ждут, когда смогут одурачить кого-то особенного своим мечтательным тоном».

Еле сдерживаюсь, чтобы не сказать ему, что из него вышел бы отличный политик. Сексуальный, самодовольный ублюдок, возможно, и предложил мне исключительно выгодную сделку по обмену машины, но он все равно меня не узнает.

Мудак.

— Во-первых, у меня нет парня, но будьте уверены, если бы он у меня был, он бы оценил мой ротик.

Вот дерьмо! Снова краснею от смущения, когда понимаю, что только что произнесла, но не осмеливаюсь показать, как мне неловко.

— И чтобы вы знали, — добавляю, выпрямляя плечи, — меня мало что пугает, и я просто говорю то, что у меня на уме, мистер Киннард. Я всегда была такой. И всегда буду.

Он снова вздергивает эту проклятую бровь, и на лице появляется одна из этих киннардовских ухмылок, от которых невозможно отвести взгляд.

— Очаровательно, — произносит с хрипотцой, заставляющей меня думать о первобытном, варварском, необузданном трахе.

Прежде чем кто-то из нас успевает продолжить диалог, ставший игривым подшучиванием, Клейтон влетает в офис, открывает дверь в зону ожидания и провожает Дерека внутрь, чтобы представиться. Вцепившись кончиками пальцев в подлокотники кресла, наблюдаю, как он исчезает в кабинете Клейтона, и задаюсь двумя вопросами: как этот человек из прошлого вдруг так повлиял на мой разум? Как человек, которого считала несносным, самовлюбленным и жадным до денег, превратил мое тело в море огня?

Следующие несколько минут проходят как в тумане. Из-за закрытой двери Клейтона доносятся голоса. Телефон звонит дважды. Служба доставки привезла посылку. А я все это время сижу как глупая школьница, чувствуя жар, струящийся по шее, груди, животу и всему, что находится ниже, и смотрю в экран компьютера, читая страницу Дерека Киннарда в Википедии. У этого придурка есть своя страница в Википедии.

Тридцать семь лет. Предприниматель. Жены нет. Детей нет. Два брата, один из которых умер.

Умер? Ну, черт.

Пролистываю личную информацию и открываю один из многочисленных рекламных роликов на YouTube. Покупайте нас сегодня. Покупайте нас завтра. Покупайте Kinnard Nissan, и вам больше не придется тратиться.

— Он определенно знает, как играть на публику, — шепотом произношу я. Сшитый на заказ костюм. Дорогие туфли. Безупречно уложенные волосы. Улыбка, от которой плавятся трусики и которая может заставить даже монашку передумать. Он объявляет о грандиозном мероприятии в огромном шатре с пятью моделями стоимостью до 20 000 долларов и отсутствием процентов на срок до шести лет.

Какой игрок! Как и говорила мама, еще один мошенник.

Выключаю видео и открываю упаковку с канцелярскими принадлежностями, я вся на нервах. Боже мой, как давно я не испытывала такого влечения и любопытства к мужчине. Это нелогично. Дерьмо, да это просто абсурд. Красивые адвокаты в сшитых на заказ костюмах и итальянских кожаных лоферах приходят и уходят почти ежедневно. Мускулистые полицейские с выпирающими грудными мышцами из-под рубашек, а также элегантно одетые следователи и богатые ювелиры проходят здесь не реже раза в месяц. От большинства из них, как я убедилась на собственном горьком опыте, меня тошнит.

Знаем. Проходили.

Взять хотя бы Кевина Миллера, известного адвоката по уголовным делам, который работает двумя этажами выше. Я почувствовала влечение к нему, как только увидела его дорогой, приталенный костюм и темные волосы длиной до плеч, собранные в хвост. К сожалению, этот мужчина воплощение всего, чего я не выношу. Нечестный. Опьяненный властью. Еще один сторонник того, что женщины пришли на эту землю, чтобы служить мужчинам. Однажды он сказал мне, что гарантирует, что моя карьера взлетит до небес, если я буду вести себя так, как ему нравится.

Вот. Еще. Блядь.

Громкие обещания, внешность кинозвезды и солидный банковский счет Кевина даже близко не в моем вкусе. Даже впечатляющей выпуклости между его ног было недостаточно, чтобы заставить меня вернуться за добавкой.

До сих пор Кери называет меня сумасшедшей за то, что я порвала те недолгие отношения.

Но я в ответ по-прежнему говорю ей, что живу в сумасшедшем доме с десяти лет.

Выйдя из системы, включаю переадресацию на телефонах, собираю сумочку и ухожу. Вместо того чтобы ждать, пока древний лифт поднимется наверх, выбираю лестницу. Шесть часов, а занятия по кикбоксингу в клубном доме еще не скоро.