Чтение онлайн

Луций дождался, пока Орхо зальет в бурдюк новую порцию сидра, и повел его в сторону ям. Вокруг горели костры. Люди собирались вокруг музыкантов и шаманских палаток, гончаров и столяров, которые вырезали из дерева мелкие вещицы и дарили их детям. Воздух был пропитан весельем, жизнью и острым разудалым отчаянием. Жители Нижнего города насыщались Кал’даором так, чтобы хватило на год. Луций чувствовал их жадность и отчего-то проникался ей.

Дважды их едва не увлекли в танец, а взъерошенный мальчишка с лентой на голове некоторое время преследовал их, нахально что-то крича. Судя по всему, подзуживал поучаствовать в состязании пращников. Орхо проводил его удивленной улыбкой. Она ни на секунду не сходила с его лица. Он со странным любопытством вглядывался в лица людей и не возмущался, даже когда те путались под ногами или врезались прямо в него. Бросал насмешливые комментарии на зенийском и широкими движениями освобождал дорогу для Луция.

У ям собралась плотная толпа. Зрители висли на хрупком ограждении и едва ли не лезли друг другу на головы. Луций пробился к перилам. Представление было в самом разгаре.

Первый боец был огромным северянином с коротким ершиком седых волос. Под рыхлым жиром были спрятаны бычьи мышцы. Второй – судя по бронзовому поясу, гладиатор арены – на фоне своего гигантского противника казался подростком. Но здоровяк скандально проигрывал. Жилистый, бритый наголо мужчина с повязкой на глазу изводил его короткими тяжелыми ударами и двигался, не останавливаясь ни на мгновение. Это можно было бы назвать танцем, если бы в движениях бойца была видна хоть какая-то закономерность или гармония. По крайней мере, Луций не находил в них системы. Но бой завораживал. Он вперил взгляд в бойца, пытаясь запомнить его манеру, и его захватила восторженная детская зависть. Вот так нужно было кружить вокруг Марка Центо. Не разрывать дистанцию, если пропустил удар. Не махать руками, как гребаная птица, а бить коротко и точно.

Противник, не будь дураком, старался заходить со слепой стороны гладиатора, но толку в этом не было – тот просто был быстрее. Кружил и наносил хлесткие удары. Явно намеренно смягчал те, что должны были свалить противника, чтобы сделать бой зрелищнее.

– Хорош! – рассмеялся Луций и облокотился на ограждение, положив подбородок на ладони.

Орхо упер руки по обе стороны от Луция, нависнув над ним сзади.

– Думаешь?

Гладиатор тем временем добил здоровяка серией коротких ударов в печень. Тот скорчился на песке, а одноглазый боец победно оскалился, отсалютовал зрителям и двинулся к баракам.

– Знаю. – Луций обвел глазами трибуны. Немногие зрители ликовали, большинство злобно гудело. – Ставкой на такого аса можно поднять в три раза больше. Как минимум. Один из лучших бойцов, что я видел. Он моей комплекции, а этот бугай против него… да он больше Марка!

Яма выставила следующего бойца. Этот гладиатор с перечеркнутым клеймом на щеке, в отличие от прошлого, был огромным, медведеподобным детиной. Он вскинул подбородок и обвел взглядом трибуны, ожидая вызова.

– Поставь на меня, – прошептал Орхо на ухо Луцию, перекидывая ремень бурдюка через его шею. Тот едва успел схватить его за руку.

– Ты что удумал?

– Подраться.

Орхо одарил его задиристой улыбкой, от которой по ребрам Луция прокатилась волна паники.

– Не смей, – он дернул Орхо на себя, – тут толпа людей, ты свихнулся?

– Думаешь, я не смогу уложить его без магии? – Улыбка талорца стала только шире, а глаза злее. Он нагнулся к Луцию и проговорил на талорском: – Поставь на меня все, что у тебя осталось.

Он вырвал руку из пальцев Луция.

– Я запрещаю тебе… – зашипел ему вслед Луций, но Орхо только отмахнулся.

– Я не вижу здесь лица своего хозяина, – весело сказал он, – когда он явится, с ним и поговорю.

Кипя от злости, Луций вцепился пальцами в ограждение. Идиот! Орхо идиот. И сам Луций идиот не меньший. Пьяный талорец не стал разговорчивее – он просто сошел с ума.

Орхо вышел на арену, лениво разминая шею.

– Как твое имя? – громко спросил грузный распорядитель.

– Айлан, – не задумываясь, отозвался талорец.

– Айлан против Вартония из ям. Ставки!

Толпа чумазых детей с горшочками для монет побежала по трибунам. Луций шумно втянул носом пахнущий потом и дешевым вином воздух и, нервно замахав руками, швырнул остатки монет – семь денариев – подошедшей к нему растрепанной девочке. Плевать ему было на деньги. Он вглядывался в лицо талорца и не мог понять, что творилось у него в голове. Орхо был на голову ниже его противника. Этот гигант весил едва ли не больше прошлого и, в отличие от того, был профессионалом. Луций ни на йоту не сомневался в том, что Орхо мог прикончить этого Вартония, даже руки не поднимая. Похоронить его в песке, выжечь глаза, утопить, и что там еще талорцы делают. Но без стихий…

Едва раздался дребезжащий звон медных дисков, гладиатор ринулся на талорца. Орхо не двигался с места. В последний момент Вартоний резко вильнул в сторону и ударил талорца в челюсть кулаком. Луций вжался в ограждение. Ему казалось, что он уже чувствовал запах горелого мяса и дрожь земли.

Орхо пошатнулся, отступая на шаг. А потом резко выбросил руку и вцепился пальцами в открытое горло Вартония. Он рывком сместил гортань, зажал ему одно ухо ладонью и со всей силы ударил по второму.

И все.

Луций ошалело смотрел на грузно завалившееся набок тело. Толпа неодобрительно загудела. Короткий бой пришелся не по нраву даже тем, кто сделал ставку на неизвестного Айлана. Орхо слизнул кровь со снова разбитой губы и насмешливо взглянул на Луция, одними губами произнося на талорском: «Я говорил».

Луций ринулся к лестнице. Орхо поднялся на трибуну расслабленно, барабаня пальцами по стене. Он взял плечи Луция в ладони, выдыхая ему в ухо.

– Ты поставил на меня?

– Да, – прошипел Луций, скидывая его локоть, – но ты…

– Хорош?

Луций злобно засопел. Орхо беззвучно рассмеялся и оперся на стену. Его слегка качало. Девочка с горшочком для ставок робко потянула Луция за рукав и отдала ему выигрыш – двадцать пять денариев. Орхо сказал ей что-то на зенийском, и она выгребла из горшка еще пять. Видимо, его личный выигрыш за бой.

– Зачем это было? – Луций сам перекинул его руку через свою шею, чтобы вывести Орхо прочь с трибун. Но талорец не стал опираться на него и лишь потрепал по волосам.

– Мне же нужно было вернуть все, что ты на меня потратил.

– Я бы не разорился, – проворчал Луций, – ты просто красуешься.

– Вовсе нет.

Паника неуверенно отступила. Луций воспроизвел весь короткий бой в памяти и укоризненно покачал головой, сжав губы. Не позволил ни единой искре восторга проявиться на лице.

Покинув ямы, они свернули в узкий проулок между двумя ветхими зданиями, заглушавшими шум музыки и голоса толпы. Луций повернул талорца к себе лицом и начал было чертить Печать Исцеления, но тот опустил его руку и сел на крыльцо одной из заброшенных инсул. Луций вздохнул. Шрамы Орхо, кажется, коллекционировал – новый встал аккурат в симметрию к тому, который оставил Марк Центо.

– Кто такой Айлан?

– А что? – усмехнулся Орхо.

– Это твое настоящее имя? – фыркнул Луций, отчего-то смутившись. – Ты не много о себе рассказываешь.

– Это мой сокол, – отмахнулся талорец, – он обожает такие развлечения.

Луций упер ладонь в стену над головой Орхо и навис над ним, прищурившись. Щеки талорца раскраснелись, он то и дело касался языком свежей раны. Орхо вытянул руку, пытаясь схватить бурдюк на груди Луция, но тот перекинул его за спину.

– Почему тебе не нравится, когда я меняю лицо?