Чтение онлайн

Луций обернулся к Терцию. Их безмолвный диалог занял несколько мгновений. Терций вопросительно повел подбородком в сторону Барбуса. Луций неопределенно пожал плечами и устало поморщился. Терций оценивающе вскинул бровь и, подумав, кивнул. Договорились.

– Я на твоем визите только что потерял пять унций, – Барбус кисло взглянул на Луция, когда тот приблизился, – от тебя ущерба как от Орды.

– Можешь направить претензии Публию, – Луций подхватил его за локоть и потащил вперед, – ах да, рабы на лесопилку вам тоже нужны новые. Наваждения твои просто чудо как полезны, эти олухи едва на дрова нас не пустили. Серьезно, «вам туда не нужно»? Это та печать, которую ты для скачек собирался делать?

– Ага, – Барбус зарделся, – я ее закончил. Работает неплохо, но простолюдины от нее тупеют, это правда, – поморщился он, – так что над орнаментом я еще поработаю. Идея-то отличная, сколько на одних колодках сэкономить можно. И никаких бунтов. Ой, а что ты создал для нашего спора?

– Печать Храбрости, – Луций поднял было руку, чтобы продемонстрировать, но Биола сердито хлопнул его по ладони, – ладно-ладно. Бесстрашие и вера в собственные силы творят с людьми чудеса. Но ты должен мне сотню, мой колесничий выиграл.

– Не считается, – запротестовал Байби, – меня там не было.

– И чья это проблема? Моя или твоя?

– Можешь направить претензии Арвине, – Байби язвительно вернул Луцию его же аргумент, – он меня не спрашивал, прежде чем забрать. Я же не из Старшей Ветви, чтобы со мной миндальничать. Три дня провалялся в мешке! Думал, что меня люди Сохраба схватили, чтобы долги выбивать. А потом явился консул. Отряхнули меня, почистили, напоили какой-то дрянью сладкой и посадили работать.

– Ты бы мать предупредил. – Луций укоризненно покачал головой.

– Нельзя, – буркнул Барбус, – разболтает. У нее язык без костей. Арвина уже задрал меня со своей конспирацией.

– Он здесь?

– Сейчас нет. Раз в пару дней появляется. Носится, словно его оса в задницу ужалила, сует везде свой нос, раздает бесполезные приказы, что-нибудь портит и отбывает назад в Эдес.

– А остальные? – Луций флегматично поводил рукой в воздухе. – Ну, Младшие, которых искали. Они тут?

– Да… – Барбус чуть скривился, – мозгов у них маловато, каши с ними не сваришь. Работаю только я. Нашел среди этих бездарей одного знакомого, не совсем дурачка, но он гундеть начал, когда увидел, что к чему. Пришлось его тоже в дело пустить.

Луций изобразил на лице понимающую улыбку и сочувственно покачал головой.

До высоких стен, ограждающих территорию виллы, они добрались быстро. Луций едва поспевал за широкими шагами Барбуса.

Старый добрый Байби. Он никогда не думал дважды ни о чем, что не касалось его работы. Увидев старого товарища, он принял его за обещанного, судя по всему, коллегу, и ни на мгновение не усомнился в этом. Луций – сильный маг с талантом к созданию печатей из семьи клиентов Корвинов. Все это выглядело логично и естественно. Почему Луций сам шел до виллы, а не переместился в сопровождении кого-то из патронов? Почему никто не предупредил Барбуса о его появлении? Почему одежда Луция в крови? Почему он не знает «главного правила»? Все эти «почему» непременно задал бы себе любой нормальный человек. А Барбус Биола не задал. Счастливый, одаренный человек, простой как башмак.

– Я здесь от скуки уже на стенку лезу, – тем временем возмущался он, толкая тяжелую дверь в окованных железом воротах, – хотя, ладно, работа отличная. Исследовать Мертвую Землю! Я об этом с детства мечтал, да все не знал, как подступиться. А теперь, – он буквально затолкал Луция в открывшийся проход, – я тебе покажу, что я сделал! Но сначала ты помоешься. От вас обоих воняет как от бойцовских ям.

– Пусти мальца, – проворчал Терций и мягко отпихнул Барбуса, который от перевозбуждения тряс Луция как цыпленка, – вели баню подготовить. И жрать. Договор?

Терций переходил из состояния «драка» в состояние «дружба» почти мгновенно. Стоило ему понять, что Барбус не является источником угрозы, как его плечи расслабились, из голоса исчезли грозные интонации. Он выглядел как драный кот, победивший в уличной драке и мгновенно разомлевший, едва его коснулись лучи ласкового солнышка. Луций пока вяло сопротивлялся накатившему ощущению неуместного уюта, но тоже уже готов был капитулировать.

Во внешнем дворе виллы на него обрушились сотни запахов – горячего хлеба и кипящего на огне наваристого супа, мыльного корня и свежей браги, маринадов и сладких уваренных фруктов. Десятка два рабов сновали туда-сюда, занимаясь делами. Здесь, на территории хозяйской виллы, словно бы развернулась небольшая деревня. Двор тихо гудел, как улей. Из бараков слышался стук ткацких станков и негромкое женское пение. Чуть поодаль, в загонах, кудахтали куры и блеяли козы. Тут и там трещали костры в аккуратных, выложенных камнями очагах. Коптильни источали пряный дух мяса и рыбы. В крытых верандах солили овощи и мясо, готовили домашнее вино, очищали мед от воска и тут же варили с ним мармелад из айвы. Вилла готовилась к скорой зиме. И от этих простых ритуалов веяло детством и покоем.

Луций не смог подавить зевок. Его тело попросту отказывалось сохранять бдительность. Радостный щебет Биолы над ухом, запахи еды и накопившееся тепло двора, укрытого от ранних холодных ветров высокими стенами, делали свое дело. Луция охватила усталость, сладкая и томная, с какой человек ложится в постель после тяжелого дня, предвкушая глубокий спокойный сон. Он отчетливо ощутил, как безбожно смердит его дорожная одежда, как желудок сводит от голода и как наливается свинцом каждая мышца в теле. Пожалуй, он пережил бы еще одну атаку дезертиров, одуревших рабов, да хоть клехтов – но не вероломное нападение куриного супа и горячей бани.

Луций повернулся к Байби и закивал, поддерживая Терция.

– Баня, еда, – проговорил он, безуспешно борясь с очередным сводящим челюсть зевком, – и, молю, чистая одежда.

* * *

Луций медленно погрузился в бассейн и заурчал от удовольствия.

– О боги, до чего хорошо, – выдохнул он, – за такое и помереть не жалко.

Мышцы загудели и словно растаяли. Луций разогнал руками небольшую волну. Купальня была простой, по типу солдатских. С одним бассейном и нагретой вручную водой. Луций словно заново обрел чувство собственного тела. Всего, целиком. Вода вымыла из головы все мысли и оставила только ощущения.

– Недурно, – Терций погрузился в бассейн у соседнего бортика с головой, вынырнул и встряхнулся как пес, – но помирать за лохань горячей воды я пока не готов. Объясни мне, какого ляда тут…

Луций устало приложил палец ко рту и качнул головой в сторону входа. Он не знал и даже не мог предположить, что именно происходит на вилле и для каких таких секретных дел Арвина поместил сюда Барбуса. Пока его волновали только грязноватые круги, расходившиеся от него в воде. Он прикрыл глаза, собираясь с силами, чтобы потянуться за губкой. Пахло влажным деревом, мылом и сладким орехом. Шрамы на груди и животе приятно зудели. Хотелось продлить эти ощущения на бесконечное долго.

Волевое решение приняться наконец за мытье родилось не из желания раскрыть тайны виллы и даже не из фантазий о будущем, а из банального голода.

Терций приводил себя в порядок по бойцовской традиции – скребком и маслом. Он вылил на себя едва ли не весь бутылек, и помещение заполнилось тяжелым сладким ароматом виноградных косточек. Луций укоризненно покосился на Терция, но тот лишь довольно улыбнулся. Луций предпочел мыло. Ему нравилось ощущение скрипящей от чистоты кожи. После двух кошмарных дней в поту и пыли оно казалось божественным.