Чтение онлайн

– Спинку потереть? – хохотнул Терций.

Луций швырнул в него обмылком и усмехнулся.

– На хер бы тебе не пойти?

Он отмыл кожу и прочесал волосы, выбрав из них мелкий лесной сор. Стоило бы все-таки постричься, когда будет время. В отличие от гладкой талорской гривы Орхо, его собственные мягкие локоны, стоило оставить их без внимания, сбивались в колтуны. Раскрасневшийся, с горящей кожей, Луций выбрался из бассейна и облился остывшей водой из ведра. Он протер запотевшее обшарпанное зеркало в углу и взглянул на свое отражение.

Ему вспомнилось, как раб, имя которого уже стерлось из памяти, плел ему косы на виске в начале осени. Луций тогда примерял горловую броню и думал, как бы выглядеть достаточно небрежно и аккуратно одновременно во время первого визита в курию. Сейчас из зеркала на Луция смотрел кто-то совершенно другой. Небрежность явно победила. Оливковая кожа огрубела. Отросшие мокрые волосы разметались по плечам. Лицо неуловимо изменилось, стало резче и словно бы злее. Лед собственных глаз пугал. Тело из просто худощавого сделалось жилистым и крепким, с характерным пружинистым напряжением в шее, какое бывает у военных, наемников и бойцов. Это были странные месяцы.

– Да хорош, Нарцисс, что ты там разглядываешь. – Терций уже натянул тунику и подошел к Луцию. Его кожа блестела от масла и капель влаги. Он поймал взгляд Луция через отражение и понизил голос. – Надеюсь, у тебя есть план.

– Зря надеешься.

– Жаль. Люблю планы.

Луций наскоро сбрил слегка отросшую щетину и принялся одеваться.

– Если Байби думает, что я в курсе происходящего, пусть продолжает так думать. С остальным разберемся.

Терций кивнул.

– Но сначала жрать.

– Первым делом.

Свежий воздух стянул распаренную кожу и прояснил мысли. Луций застал Барбуса за разговором с пчельниками. Те процеживали мед с помощью чистой ветоши и тут же сплавляли воск в большом котелке над углями. Рядом мальчишка следил за греющимися на паровой бане вскрытыми сотами и расставлял их стекать в широкие корыта. На лице Барбуса читался неподдельный интерес.

– Никогда не видел, как это делается, – сказал он, когда Луций тронул его за плечо, – я почти уверен, что это тоже какая-то форма магии. Вообще, все это ужасно интересно. Ты вот знал, что пчел окуривают дымом?

– Зачем?

– Чтобы не кусались, – Терций снял с ветоши кусочек соты и отправил в рот, – вы, маги, как дети малые, честное слово.

– А где, по-твоему, рождаются пчелы? – с любопытством спросил у него Байби.

– У богов, где же еще, – пожал плечами гладиатор, – есть-то будем? Ты обещал ужин.

– Он готов, – Байби улыбнулся и облизнул палец, – сразу предупреждаю, вино здесь премерзкое, а тиришарских специй, которые могли бы его спасти, у меня нет. Добавляю собственно мед.

– Переживу, – с деланой скорбью вздохнул Терций, – но за этого золотого мальчика не ручаюсь. У патрициев вкусы тонкие.

Байби заржал. Луций сжал губы, скрывая улыбку.

Он был рад, что Байби не заботило, что общего у патриция с гладиатором из ям. В сущности, сам Барбус был странной компанией для патриция. В социальной иерархии маг Младшей Ветви болтался как раз где-то между ними – высокородным Старшим с некоторыми пятнами на репутации и бывшим рабом с гремящим на весь Нижний город именем. В прошлом они с Байби не раз приходили на Нижние улицы поглазеть на бои. Накал страстей там был выше, чем в рафинированных представлениях для богачей, которые навевали на Луция тоску. Да и ставки были пониже, а Байби всегда был на мели. Именно там, в ямах, на Кал’даор, Луций впервые увидел Терция. Там же, позже, услышал сплетни о беде его сестры, которыми впоследствии и воспользовался, предложив ему сделку.

Луций не был азартным игроком – на бои и скачки ходил просто за компанию. А вот Барбус все это обожал. Поэтому, пока они шли ужинать, он присел на уши Терцию и, кажется, собрался пересказать ему все бои, которые видел в жизни. Гладиатор слушал, вставляя время от времени презрительные комментарии о бойцах. Луций не вмешивался. Пусть дружатся.

Дом Биолы оказался довольно приличным двухэтажным зданием, которое раньше, скорее всего, было зданием управляющего виллы. Пускать его в господские покои Гней Арвина не пожелал. Жилище Байби оказалось простым, но чистым – по крайней мере, если судить по комнате на первом этаже. На широком столе, окруженном обычными скамьями, их уже ждало угощение, от которого желудок Луция нетерпеливо заурчал. Луций и Терций набросились на еду с жадностью оголодавших псов. Они едва не подрались за запеченных в меду цыплят с айвой и растащили их по тарелкам еще до того, как Барбус успел разлить по чашам вино. Луций подтянул к себе блюдо с зажаренным до хрустящей корочки козьим сыром с виноградным вареньем. Терций узурпировал горшочек с чечевицей на шкварках в густой мясной подливе. Байби с недоумением наблюдал, как гости уплетали еду с нечеловеческой скоростью, и едва успел ухватить горшочек с куриным рагу.

– В Эдесе что, голод наступил?

– Пока нет, – проговорил Луций с набитым ртом и, изловчившись, окунул кусок хлеба в тарелку Байби, чтобы собрать соус, – скоро будет.

– Это еще что за новости? – Терций обильно полил гарумом запеченную с медом луковицу и нахмурился.

Луций, дожевав, коротко обрисовал ситуацию с Мертвыми Землями и плодородными территориями. Терций мрачно поглядывал на еду, словно она могла исчезнуть прямо на его глазах.

– Голода не будет, – авторитетно заявил Байби, – просто из-за того, что приходится удерживать Рубеж, темпы роста Мертвой Земли ускорились. Магия стимулирует Мор земли, больше магии – больше мертвечины. Но я уже почти разобрался, как ее остановить.

Луций закашлялся. Едва отпитое вино пошло носом. Он оторопел и застыл, согнувшись, не в силах вдохнуть.

За него заговорил Терций.

– Ты что сейчас сказал? – вкрадчиво и обманчиво мягко он заглянул в лицо Байби.

Пожав плечами, тот заботливо протянул Луцию салфетку.

– А ты ему не говорил?

– А это не должно быть, ну, не знаю, тайной? – просипел Луций, вытираясь.

Барбус виновато скривился.

– Ай… ну да, – он почесал голову и как-то опасливо оглянулся, – ну, Терций все равно отсюда не выйдет.

Вино и правда было премерзким. Чтобы выиграть время, Луций обильно разбавил его водой и осушил целую чашу. Он благодарил богов за то, что сумел выдать свой шок за негодование болтливостью Барбуса.

Луций украдкой покосился на Терция. Тот невозмутимо выгребал остатки чечевицы куском хлеба, но, поймав взгляд Луция, болезненно пнул его под столом.

От пинка стало полегче.

– Я завтра покажу, что успел сделать, – Байби снова разлил вино по чашам и воодушевленно улыбнулся, – мне достались наработки какого-то из Корвинов, не помню которого…

– Квинта, – подсказал Луций.

– Точно, – Байби щелкнул пальцами, – ты их читал?

– Просматривал, – уклончиво солгал Луций, – там было что-то про талорцев, да?

– Да, он пытался их использовать, но это не сработало, – закивал Биола, – их магия Мертвой Земле неинтересна. Вообще, непонятно, почему Мор земли случился в самом Старом Тале. Но не в этом суть, – он на мгновение замер, нащупывая верную мысль, – суть в том, что Квинт додумался, как с помощью эдесских магов немного сдерживать Мор, а я придумал, как сделать это эффективнее!