Чтение онлайн

Он сделал паузу, наблюдая за реакцией Луция. Видимо, тот Младший маг, которого он решил сделать своим помощником, на этом моменте немного расстроился.

Луций же успел смириться с тем, что его ожидает нечто подобное, еще вчера. Он сухо кивнул.

– Это я знаю. А тебя это не тревожит?

Байби неопределенно пожал плечами.

– Да как сказать… Меня вроде и самого на корм пустить хотели. Благо консул вовремя выяснил, что проку с меня больше с живого будет. Тут ведь как… я не в восторге, но делать-то нечего. Лучше один маг, чем десяток деревень, паника и голод.

– И сколько югеров восстанавливает одна такая жертва?

– Югеров, размечтался, – фыркнул Байби, – в лучшем случае чуть больше квадратного акта, как средняя вилла. Метод и без того довольно мерзкий, так еще и магов не напасешься. На практике такими жертвами латали только язвы, которые появлялись вблизи городов, пока они были еще мелкими. Магов раньше собирали по провинциям, но там они как-то со временем перевелись. Да и поля тоже кому-то надо благословлять, поэтому в итоге стали брать из Эдеса. Квинт, конечно, искал замену. Пытался использовать талорцев, зениек, тиришарцев…

– Иверийцев? – осторожно подсказал Луций.

Байби недоуменно нахмурился.

– А они что, маги?

– Не знаю, – Луций быстро ретировался, – просто предположил.

– Короче, это все мертвечине невкусно, – продолжил Биола, – когда меня сюда направили, я стал думать, как бы экономнее использовать ресурс. От Арвины толку было ноль, все его идеи упирались в то, чтобы устроить какую-то ферму магов, где рабыни будут рожать их без продыху от магов-осеменителей.

– Мерзость. – Сдержать гримасу отвращения Луций не смог. Благо, Барбус активно закивал. – Он совсем больной?

– Нет, он просто тупой. А я – нет. Итак, мое первое изобретение!

Он отступил на шаг от границы Мертвой Земли и небрежно начертил в воздухе магический символ, словно начиная печать. Плесень пустоты взволнованно заколыхалась и расступилась, обнажая то, что скрывалось внутри.

Разумеется, это был человек. Он стоял на коленях с пустым лицом. Казался живым, но из него словно вынули все краски. На серой коже лба отчетливо виднелись рубцы тавро Тюрьмы Духа.

Луций ничего не сказал. Только вопросительно посмотрел на Байби. Тот, словно слегка разочарованный недогадливостью товарища, насупился.

– Это Тюрьма Духа.

– Это я понял, – мрачно кивнул Луций, – я не понял, зачем она здесь.

– Затем, что все гениальное просто. – Барбус посмотрел на него снисходительно, но, подумав, стер с лица самодовольство и объяснил: – Ладно, на самом деле, не очень. Тюрьма Духа – это очень мощное ограничивающее заклинание. Она запечатывает человека внутри тела вместе со всей его магией. Получается такой… кокос.

– Что?

– Фрукт такой, из Дан Майара. Твердый.

– Да знаю я, что такое кокос! – взвился Луций. – При чем здесь сраный кокос?

– При том, что Мертвая Земля его грызет, – терпеливо пояснил Биола, – она не сжирает всего мага за раз, а очень медленно разъедает его, и пока она занята этим, она не растет. Не реагирует на магию извне. Я научился фиксировать ее в существующих границах!

Луций заложил руки за спину. Он вглядывался в лицо стоящего на коленях человека. Оно казалось ему смутно знакомым. Может, он пересекался с ним в кабаке или просто видел в городе. А может, и не знал его вовсе.

Байби был прав – а что делать-то? Луций всем нутром сопротивлялся идее приносить магов в жертву небытию, словно хтоническим богам древности, но ничего лучше он предложить не мог – и от этого скребло в горле злобой и беспомощностью. Даже если раскрыть правду о Мертвой Земле, даже если вынудить Эдес отказаться от Искусства, существующие язвы придется уничтожать единственным доступным сейчас методом – скармливать им магов. Если дать Барбусу время, возможно, он придумает что получше.

– Ты молодец, – негромко признал Луций.

– Ты погоди! Это мое первое изобретение. – Байби победно улыбнулся. Он торжественно поднял левую руку. Продемонстрировал ее, как гордый кузнец показывает свой лучший клинок. – А вот второе! Я пока не показывал его Арвине. Ну его к праху, еще примажется к моим открытиям. Дождусь лично консула. Так вот, – он нарочито медленно, хоть и подрагивая от нетерпения, принялся разматывать бинты, закрывающие ладонь, – как мы знаем, Мертвая Земля – это своего рода ядовитое пепелище, которое остается после использования магии. Я подумал о том, как еще это можно использовать, например, как создать Мертвую Землю намеренно и контролируемо. Вот как ты думаешь?

Луций изумленно уставился на него.

На языке упорно не вертелось ничего, кроме «как насчет никак, больной ты ублюдок».

– Не знаю.

– А я знаю! – воскликнул Байби. – Осторожно, не трогай, это опасно.

Он скинул бинты и показал свою ладонь. На ней, чернея густой, неестественно темной кровью, зияли глубокие открытые раны с вывернутыми краями. Луций сглотнул подкативший к горлу ком, вглядываясь в узор.

– Это же…

– Первая Печать! – гордо объявил Байби.

Луций приложил ладонь к губам, чтобы сдержать то ли удивленный вздох, то ли тошноту. Первая Печать – детская печать, которая не делала ничего. Барбус Биола и правда был гением. Простой символ Первой Печати он изогнул кругом и превратил его в тавро. Вечное, статичное. Луций разгадал ход его рассуждений и ужаснулся.

– У Первой Печати нет задачи, – он поднял взгляд на сияющее лицо Байби, – она просто пожирает магию бесцельно. Ты закольцевал ее.

– Ага, – закивал тот, – она почему-то отказывалась ложиться обычным тавро, пришлось резать торбенитом. Она не заживает и открывается при использовании, но я над этим еще работаю.

– Но зачем?! – Луций растерянно переводил взгляд с Первой Печати на язву Мертвой Земли. – Ты же буквально занят тем, чтобы понять, как ее уничтожать, на кой ляд ее плодить?

– Затем! – Барбус остановил Луция. – Эй ты! Да-да, вон ты, дылда. – Он щелчком подозвал к себе одного из талорцев. Высокий, ростом почти с Барбуса, он обвел магов потухшим взглядом и равнодушно подошел, почесывая шею. Барбус с улыбкой взглянул на Луция. – Смотри.

Он приложил ладонь к груди талорца.

В детстве Луций хотел увидеть, как рождается Мертвая Земля. Как появляется сама язва. Мечты сбываются, когда этого не ждешь. И уже не очень-то хочешь. Усики черной плесени разбежались от руки Байби. Они словно росли из тела его жертвы, расползались и сливались в густую масляную жидкость. Быстро и жадно. Луций смотрел на это, чувствуя, как по телу распространяется липкое отвращение. Оно зудело в костях и холодило мышцы.

Когда масляная пустота докатилась до стоп талорца, Луций дернулся вперед. Но Мертвая Земля – если то, во что превратилось тело жертвы можно было так назвать, – окутав его тело целиком, всколыхнулась и… исчезла. Словно свернулась сама в себя. Она не оставила ни трупа, ни свежей язвы на плитке.

Байби встряхнул руку и подобрал повязку.

– Идеальное оружие, – он горделиво цокнул и принялся заматывать ладонь, – отдельно взятая язва, которая уничтожает сама себя. Так как это тавро, его можно класть на простых солдат, им смогут пользоваться не только маги.