Чтение онлайн

– Что такое? – Его голос напряжённый, настороженный. Он сканирует зеркала, вероятно, проверяя, не вернулся ли наш полицейский друг или нет ли других угроз. – Ты ранена? Что–то случилось во время остановки, что я упустил?

Я поворачиваюсь к нему лицом, осознавая, насколько нелепо прозвучит то, что я сейчас скажу.

– Со мной что–то не так, – шепчу я, и мой голос сдавлен. Мои щёки пылают, в то время как всё ниже пояса сжимается и пульсирует. – Мне не следует… это так неправильно, но… – я сжимаю бёдра, не в силах встретиться с ним глазами. – Я хочу тебя. Прямо сейчас. Так, как никогда ничего не хотела. – Это признание обжигает мне горло. – Это делает меня ужасной, да? Мы только что… в багажнике тело, а я… Боже, я сломана. Я попаду в ад.

– Вероятно. Но не потому, что возбуждена.

– Зандер!

– Просто говорю. – Его выражение лица меняется с озабоченного на удивлённое, а затем на что–то более тёмное. Свет приборной панели отбрасывает тени на его лицо, делая его опасным таким образом, который только усиливает жар, разгорающийся во мне.

– Я так сильно хочу, чтобы ты меня трахнул прямо сейчас, – добавляю я низким, настойчивым голосом.

Его взгляд сталкивается с моим, в нём отражается тот же голод.

– Я не буду возражать, – говорит он. – Держи эту мысль.

Зандер съезжает с главной дороги, прокладывая путь между тёмными деревьями, пока мы не скрываемся от взглядов с трассы. Фары гаснут, погружая нас в темноту, если не считать слабого свечения приборной панели.

– Здесь? – спрашиваю я, оглядывая окрестности – тесное переднее сиденье, знание о том, что лежит в багажнике в паре метров.

Зандер следует за моим взглядом в сторону задней части машины.

– Он не будет подглядывать. Мёртвые не выдают секретов.

– Это не смешно, – говорю я, но всё равно смеюсь, и в смехе звучит истерика.

Его глаза серьёзны, почти хищны в тусклом свете.

– Иди сюда.

Он дёргает рычаг, чтобы отодвинуть своё сиденье, создавая ровно столько места. Я переползаю через центральную консоль, мои движения неуклюжи от нетерпения, колени ударяются о рычаг коробки передач, прежде чем я оседлала его. Его руки находят мои бёдра, сжимая их с силой, обещающей синяки.

– Это так извращённо, – шепчу я, касаясь его губ своими.

– Ты хочешь остановиться?

– Боже, нет.

Я лихорадочно расстёгиваю его ремень, руки дрожат от потребности, а не от страха. Его хладнокровное самообладание рушится, сменяясь чем–то первобытным и голодным, что соответствует нарастающему во мне безумию. Стёкла запотевают от нашего дыхания, пока я освобождаю его от брюк.

Нет времени на изыски. Я отодвигаю трусики в сторону и опускаюсь на него одним быстрым движением, вырывающим вздох у нас обоих. Ощущение оглушительное – одновременно слишком много и недостаточно. Я хватаюсь за подголовник за ним для опоры и начинаю двигаться, находя отчаянный ритм.

Самообладание Зандера рассыпается в прах. Он стаскивает бретельку моего платья, обнажая грудь прохладному воздуху. Его рот приникает к одному соску, зубы скользят по чувствительному бугорку, прежде чем впиться больнее, чем когда–либо. Острая грань боли лишь усиливает всё остальное, и я вскрикиваю, выгибаясь навстречу ему.

– Сильнее, – требую я, с нарастающей силой опускаясь на него. Машина раскачивается в такт нашим движениям, подвеска скрипит в знак протеста.

Он переключается на другую грудь, и его укус оставляет следы, которые я увижу завтра, – свидетельства этого момента безумия. Его руки направляют мои бёдра, задавая суровый темп, которому я жадно следую.

Угол совершенно неправильный, но идеальный. Руль впивается мне в спину, пока я скачу на нём всё яростнее. Поза заставляет меня принимать его глубже, чем прежде, дискомфорт сливается с наслаждением, пока они не становятся неразличимы.

– Боже, какое же наслаждение, – стонет Зандер, самообладание уничтожено. – Твоя киска такая чертовски тугая вокруг меня.

Его слова посылают через меня электрический разряд.

– Тебе нравится трахать меня вот так? – продолжает он, его голос груб у моего уха. – В машине, в глуши, с мёртвым телом в десяти футах?

– Заткнись, – задыхаюсь я, но моё тело выдаёт меня, сжимаясь вокруг него от его слов.

– Твоя киска сжимается сильнее каждый раз, когда я это упоминаю, – замечает он, встречая мои движения. – Какая же ебанутая хрень – возбуждаться от этого.

Может, он прав. Может, во мне и впрямь есть что–то сломанное, что находит это возбуждающим, а не ужасающим. Но мне уже всё равно.

– Дай мне почувствовать, как эта киска сжимает мой член.

Напряжение нарастает, закручиваясь всё туже и туже, пока не обрывается. Я вскрикиваю, когда оргазм прокатывается по мне, моё тело сжимается вокруг него волнами. Зандер следует за мной, его хватка оставляет синяки на моих бёдрах, пока он прижимает меня и наполняет меня короткими, отчаянными толчками.

Несколько мгновений мы не двигаемся. Лишь наше прерывистое дыхание и периодические скрипы машины нарушают тишину. Реальность снова вторгается – тесное пространство, просачивающийся внутрь холод, ситуация, что бросила нас в это безумие.

Я сползаю с него обратно на пассажирское сиденье, морщась от новой болезненности и липкости между бёдер.

– Боже мой. Я ужасна. – Я натягиваю платье. Нелепость ситуации обрушивается на меня вся разом. Мы только что занимались сексом в машине с мёртвым телом в багажнике. Мужчиной, которого я убила. Декоративным ключом–рыбой.

– Ты на верном пути, – смеётся Зандер, снова заводя машину. Двигатель заводится с мягким рокотом, фары прорезают темноту, пока мы возвращаемся на пустое шоссе. Его профиль в тусклом свете приборной панели выглядит расслабленным, почти довольным.

Оставшаяся часть пути проходит в тишине. Каждая миля добавляет тяжести реальности в нашем багажнике.

Моя жизнь определённо сделала крутой поворот.

Когда Зандер сворачивает на узкую гравийную дорожку, скрытую между высокими деревьями, я выдыхаю, словно впервые за несколько часов. Домик появляется за следующим поворотом. Рустикальный А–образный сруб с верандой по периметру, который смотрелся бы идеально на обложке журнала о аренде для отпуска, если бы не зловещий контекст нашего прибытия.

Зандер паркуется рядом с домиком и глушит двигатель.

– Милый дом. По крайней мере, на следующие несколько дней.

Он хватает наши сумки с заднего сиденья, избегая любых упоминаний о нашем пассажире в багажнике. Я следую за ним по ступенькам на крыльцо, вздрагивая от скрипа каждой деревянной доски под ногами. Внутри домик удивляет меня – открытая планировка, современная кухня, комфортно выглядящая мебель.

– Итак, – говорю я, стоя посреди гостиной. – Что мы будем делать с… ну, ты знаешь? – Я киваю в сторону припаркованной снаружи машины.