Мифы о смерти. От островов блаженных и знаков-предвестников до дьявольских рыцарей и дара бессмертия
Шрифт:
Примерно в 1321–1327 годах доминиканец Филиппо Феррарский написал свой труд Liber de introductione loquendi, пятая книга которого посвящена смерти. В ней упоминается, например, чистилище моряков: для тех, кто при жизни занимался этим ремеслом, чистилище будет выглядеть как морское плавание [174] .
Филиппо Феррарский знакомит нас и еще с одним, весьма оригинальным, чистилищем. Доминиканский монах непрестанно молился за умершего брата по ордену. Однажды тот явился ему и сообщил, что молитвы избавили его в чистилище от мук, заключавшихся в том, что он был заточен на Луне и боялся упасть с нее [175] .
174
Liber de introductione loquendi di Filippo da Ferrara (ed. Silvana Vecchio), V, 21, exemplum no. 305; цитируется в работе Polo de Beaulieu, Les Entre-mondes dans la litterature exemplaire, 81.
175
Liber de introductione loquendi di Filippo da Ferrara (ed. Silvana Vecchio), V, 16, exemplum no. 300; цитируется в работе Polo de Beaulieu, Jean Gobi, 82.
Другой доминиканец, Жан Гоби, рассказывает историю вернувшегося с того света мертвеца, которого настоятель расспрашивает о его судьбе. Отвечая на двадцать второй вопрос, покойный упоминает чистилище и приводит пример монаха, умершего недавно в Болонье:
После того как ангел сообщил душе этого брата, что ему предстоит провести в обычном чистилище три месяца, Дева Мария вступилась за него перед Сыном своим. Ее ходатайство было так успешно, что сегодня его душа лишь два часа пребывает в темном воздухе [176] .
176
Polo de Beaulieu, Jean Gobi, 99–100.
Итак, клирики иногда помещали чистилище на землю, иногда под землю, иногда в море, а иногда на небо. Небесное местоположение чистилища наводит на мысли о процессиях мертвых, которые проходят по земле в определенные даты, и самый известный пример такого поверья — Дикая охота [177] (Mesnie Hellequin во Франции). Эти процессии — странствующее чистилище, как ясно показывают фигуры, что в них участвуют, и слова, с которыми они обращаются к тем, кто их видит [178] .
177
Дикая охота (Дикое воинство, Неистовое воинство) — фольклорный мотив, согласно которому призрачное войско носится по свету, собирая души людей. Может быть предвестником чумы или войны, а также смерти того, кто его повстречал. Прим. ред.
178
См. Лекутё К. «Призрачные армии ночи»; Ueltschi, La Mesnie Hellequin en conte et en rime.
Как правило, путешествие визионера завершается возможностью на мгновение заглянуть в рай, для которого характерны свет, гармоничное пение и ароматы.
Главное, что отличает загробный мир от нашего, — это свет, об этом упоминается, например, в «Житии святого Ансгара» (801–865): «Чудесное сияние, недоступный свет невероятной ясности и редчайших цветов, лучившийся радостью… Они были такими яркими, что слепили глаза и наполняли их блаженством» (In ipso vero orientis loco erat splendor mirabilis, lux inaccessibilis, nimiae atque immense claritatis) [179] . В книге Отлоха Санкт-Эммерамского провидец оказывается у «стен ослепительной яркости, безмерной длины и высоты» [180] , и ангелы говорят ему: «Это святой и прославленный Небесный Иерусалим» [181] . Пересказывая видение монаха из Сито, Петр Достопочтенный (ум. 1156) описывает рай как здание, построенное из драгоценных камней, обрамленное башнями со шпилями, в его стене есть две двери: одна разрушенная, другая же украшена драгоценными камнями и красиво освещена [182] . В «Видении Гунтельма» [183] рай описывается как золотой город, врата которого также украшены драгоценными камнями. За вратами находится приятное место (locus amoenus) с зеленью, цветами, деревьями, птицами, плодами и текущими ручьями. Именно здесь берут свое начало четыре реки, орошающие четыре части рая.
179
Vita sancti Anscharii, in Migne, ed., Patrologia Latina, vol. CXVIII, col. 959–964.
180
Muros fulgentes clarissimi splendoris, stupende longitudinis et altitudinis immense (Liber visionum, гл. 20).
181
Hec est enim illa sancta et inclita celestis Hierusalem (Liber visionum, гл. 20).
182
Constable and Kritzeck, eds., Petrus Venerabilis, 95–98.
183
Constable, The Vision of Gunthelm and Other Visions attributed to Peter the Venerable.
Вход в рай. Фреска в храме Сен-Меар-де-Дрон, XII в.
The Pagan Book of the Dead: Ancestral Visions of the Afterlife and Other Worlds
В истории Тнугдала в определенной степени повторяются описательные элементы, уже встречавшиеся нам прежде. Рыцарь подходит к двери, которая сама собой открывается в прекрасный мир, полный цветов и восхитительных ароматов. Там пребывает в блаженстве столько душ, что нет им числа. Там никогда не заходит солнце, не наступает ночь и есть источник живой воды. «Я забыл обо всех своих страданиях, потому что здесь царили блаженство и счастье», — рассказывал Тнугдал. Сам не зная как, он оказался на серебряной стене и увидел «хор святых и ангелов, мужчин и женщин в белых одеждах, славящих Бога… Голоса их были удивительно приятными и сплетались с мелодичными звуками струнных инструментов, и от них исходил аромат святости, более восхитительный, чем запах самых изысканных трав». Чуть дальше стояла еще одна стена, тоже высокая, но теперь уже золотая, а за ней замок и шатры, откуда доносились звуки органов, арф и множества струнных инструментов. Следующая стена была выше и прекраснее предыдущих и сложена из драгоценных камней всех цветов; здесь можно узнать мотивы описания Небесного Иерусалима. Когда Тнугдал перебирается через эту стену, он слышит хоры ангелов и невыразимо прекрасные слова.
Мы видим, что рай состоит из нескольких пространств, что отражает слова Иисуса: «В доме Отца Моего обителей много» (Ин. 14: 2). В большинстве видений нам описывают город и сад, похожий на Эдемский. Жаклин Амат считает, что моделью для него послужил восточный viridarium (парк, сад), и отмечает, что среди плодов, растущих там, чаще всего упоминаются яблоки, виноград и инжир [184] . В процитированных здесь мной видениях пространство рая наполнено также музыкой и песнопениями.
184
Amat, Songes et Visions, 399, n. 137; о дворце и садах, 397–401.
Средневековая космография помещала рай земной в разных точках: на горе на Востоке, на острове в Атлантическом океане. В «Путешествии Александра Македонского в рай» [185] анонимный автор использует географический вымысел о четырех реках, берущих начало в раю: Гихоне, Фисоне, Тигре и Евфрате, а также идею того, что в рай можно попасть, проследовав вверх по течению этих рек к их истокам. По легенде, Александр Македонский двигался по Фисону:
И вот, на тридцать четвертый день, они [Александр и его спутники] увидели вдали что-то похожее на город, обнесенный удивительно высокой и протяженной стеной. С большим трудом они смогли приблизиться к нему. У берега течение реки не было столь бурным, и шум волн слегка утих; но сам берег оказался слишком узким и илистым, чтобы могли они высадиться и подойти к стене. Потому почти три дня продолжали они с большим трудом плыть вдоль этой стены, тянувшейся с севера на юг, пытаясь найти в ней проход.
Она была очень гладкой, без башен и бастионов. Вся поверхность ее покрывалась старым мхом, так что не было видно ни камней, ни стыков между ними. На третий день они заметили маленькое окно, закрытое ставнями изнутри, и это придало бодрости и сил усталым путникам.
Александр тут же отправил своих людей на лодке к берегу, чтобы узнать, не откликнется ли кто на их стук, и передал с ними послание для жителей города. Добравшись до стены, они громко постучали и стали кричать, чтобы им открыли. Через некоторое время засов отодвинули и мягкий голос спросил, кто они и откуда пришли, и попросил объяснить их столь необычное, неслыханное требование [186] .
185
Zacher, ed., Alexandri Magni iter ad paradisum.
186
Пер. с англ. из книги Stoneman, Legends of Alexander the Great, 68.
Когда они ответили, голос велел им ждать, а через два часа им передали драгоценный камень для Александра и приказ покинуть это место. Следующая часть истории повествует о возвращении греков в Сузы и о том, как македонец узнал секрет полученного камня.
В португальском тексте XIV века приводится легенда о святом Амаро (Conto de Amaro) [187] , представляющая собой любопытную смесь кельтских, португальских и испанских элементов. Она сильно схожа с «Плаванием святого Брендана». Текст повествует о путешествии Амаро, который отправляется на поиски земного рая и проходит через разные миры, прежде чем достигает цели:
187
Отредактированный оригинал из Klob, A vida de Sancto Amaro.
Амаро отправился в плавание и спустя одиннадцать недель достиг острова, где встретил отшельника, который привел его к монастырю. Перед монастырем увидел он множество мертвых львов и других зверей, собравшихся там на ежегодные состязания. Теперь же они лежали так уже восемь дней. Отшельник дал Амаро хлеба и воды и отправил его с острова, поскольку герою не разрешалось оставаться там надолго. В полночь Амаро поднял якорь.
Затем он прибыл на второй остров, где стояло пять замков. Люди на этом острове были большими и красивыми, и путник пробыл там семь недель, пока однажды ночью не услышал голос, приказавший ему продолжить путешествие. После того Амаро пересек Красное море и прибыл на большой остров под названием Чистый Источник (Fonte Clara), где было все, что только можно пожелать, и высадился там. Жители острова были красивы и обходительны, а край тот был настолько здоровым, что там никто не болел. Люди умирали только от старости, прожив в среднем по триста лет. Амаро пробыл там семь недель, а после одна старуха посоветовала ему продолжить путь, иначе спутники его никогда уже не захотят покинуть это место.
Ночью Амаро и его команда отправились в море и шли, не зная, где они находятся, пока однажды утром не увидели семь больших кораблей без парусов, попавших в сгустившееся море (mar quoalhado) и оказавшихся там в ловушке. Морские чудища утаскивали с кораблей тела умерших от голода моряков и пожирали их. Амаро и его спутники взмолились о помощи, и во сне герою явилась старуха и показала, как привязать свой корабль к чудищам и спастись из сгустившегося моря.
Три дня спустя они увидели еще один остров, полный свирепых зверей, которые пожрали всех его жителей. Назывался он Пустынный остров (Insso deserta). Амаро сошел на берег, чтобы добыть пищу и воду. Там он встретил еще одного отшельника, который снабдил его провизией и указал путь на восток, где находилась прекрасная страна. Амаро отправился туда и обнаружил большие реки, многочисленные родники, монастырь и монаха, которого звали Леомитес, «потому что львы и другие животные приходили просить у него благословения» (E o frade avya nome Leomites porque os leooes e as outras alimaryas vinha demadar que os benzese). Отшельник знал о прибытии Амаро, так как видел его во сне, и тот оставался в монастыре Вале-дас-Флорес сорок дней, прежде чем отправиться дальше. Проплыв вдоль побережья, Амаро добрался до долины, где встретил двух отшельников. Он спросил их, где находится рай земной (vos rrogo senhores que me digades se sabedes hu he aquel parayso terreal), и они ответили: «Рай, о котором ты говоришь, действительно существует на земле, но никто, кроме Валидес (в другой версии Бралидес), не знает, где он, а она откроет его местоположение только самым святым людям». Амаро продолжил путешествие и пришел в женский монастырь Flor das Donas (Цветок дам). Там после долгого покаяния его посетила леди Валидес, и он вновь надел монашескую рясу, принадлежавшую племяннице отшельника. Затем Валидес привела его к подножию горы, на которой находился рай земной, откуда текла река, несущая плоды и цветы.
Поднявшись высоко в горы, Амаро пришел к мраморному замку, из пяти башен которого текли реки. Привратник не пустил его внутрь, но открыл дверь, чтобы тот мог увидеть чудеса этого замка. Одно мгновение Амаро созерцал их, и мгновение это длилось на самом деле двести шестьдесят семь лет. Затем он вернулся в наш мир с горсткой земли, ушел в монастырь и умер.
Эта история является аллегорией человеческой жизни, которой рассказчик придает форму путешествия, что вполне соответствует средневековым представлениям. На миниатюрах в рукописях она часто изображается в виде морского путешествия: море символизирует мир, а его искушения или опасности предстают в виде различных чудовищ, например сирен. Отшельники — это паромщики, которые подталкивают Амаро продолжать поиски и нигде не задерживаться.
Моряки и кит. Иллюстрация в средневековом бестиарии, ок. 1270 г.
The J. Paul Getty Museum, Los Angeles, Ms. Ludwig XV 3 (83. R.173), fol. 89v
Концепция путешествия в рай была известна и в Японии. Японцы верили, что рай находится за морем. Монахи отправлялись туда из Кумано в заколоченных снаружи лодках-гробах.
Однако такие истории имеют скрытую под религиозными элементами мифологическую основу. Для сравнения упомяну малоизвестный текст Herzog Ernst («Герцог Эрнст») [188] — приключенческий и воспитательный роман, написанный в Германии около 1190 года. Изгнанный кайзером Отто, Эрнст отправляется в Святую землю, но в бурю сбивается с курса и оказывается втянутым в целый ряд приключений, каждое из которых знаменует очередной этап эволюции его личности: от эгоизма к альтруизму, от страстей к разуму. Эрнст путешествует по другим мирам: миру людей-журавлей, миру аримаспов (циклопов) и миру пигмеев и великанов. Как и в легенде об Амаро, его корабль оказывается в застывшем море (мифическое изображение моря, скованного льдами!), только здесь оно находится у подножия Магнитной горы. Интересны в этой истории переходы из одного места или мира в другой. Здесь есть и классическая история о буре, и рассказ о том, как героя и его верного вассала Ветцеля, спрятанных в зашитые шкуры, перенесли по воздуху грифоны, и преодоление горы по подземной реке.
188
«Герцог Эрнст» пользовался огромной популярностью и даже несколько раз был переведен на латынь; среди известных его изданий: Ehlen, ed., Hystoria ducis Bauarie Ernesti; Flood, ed., Die Historie von Herzog Ernst; Jacobsen and Orth, eds., Gesta Ernesti Ducis; Gansweidt, ed., Der «Ernestus» des Odo von Magdeburg; и Weber, ed., Untersuchung und uberlieferungskritische Edition des Herzog Ernst B mit einem Abdruck der Fragmente von Fassung A.