Чтение онлайн

часто и доныне держится почтение к властям. Властелина можно не любить, не

обязательно уважать, но невозможно и опасно ему перечить — так строится

культура отношений человека с государством на Востоке. Характерно и то, что на

Востоке почти никогда не было в прошлом демократии.

2. С сильной государственностью прочно связано иерархическое устройство

общества. Оно может выступать в виде узаконенной традиции, как в Индии, в виде

четко обусловленных отношений между слоями общества и в регламентированных

правилах поведения, одежды, общественных отношений, как в Китае, или любым

другим образом. Оно существует во всех странах Востока, учитывается в общении,

требует почтительного отношения к вышестоящим и достаточно

пренебрежительного — к нижестоящим, причем последнее не считается чем-то

предосудительным или неприемлемым, оно просто принимается как данность. И в

Китае, и в Японии “потерять свое лицо” — это значит вести себя не так, как

предписывает твое положение в этом мире. Может быть, поэтому для Востока чаще

всего важно выглядеть так, как предписано. Человек на Востоке — пленник

многочисленных норм, диктуемых ему государством, религиями, традициями.

3. Еще одна общая для восточной культуры черта — ее традиционность.

Попытки сохранить и продолжить в настоящем традиции, складывавшиеся на

протяжении истории, присущи всем восточным цивилизациям и в прошлом, и в

настоящем. В этом стремлении восточные культуры могли стать закрытыми для

влияния со стороны, как это имело место в Японии. Они могли стремиться к

неизменности и понимать все новое, как хорошо забытое старое, и в этом своем

248

стремлении искать в прошлом любые связи, чтобы соединить его с настоящим

неразрывными отношениями, как это было в Китае. В качестве охраняющего начала

может выступать религия, представляющая своих сторонников “правоверными”, а

противников — “неверными”, как в исламском мире. Но при всем разнообразии

методов главная цель — уберечь традиции и буквально им следовать — сохраняется

на Востоке. В сознании людей Востока традиция может восприниматься как некая

святыня, может выступать на обыденном уровне как привычное поведение, как

уклад жизни, но здесь крайне редко заметно заимствование иного, внешнего. Это

внешнее по отношению к данной культуре может так и оставаться внешним: японец,

например, достаточно легко применяется к европейской культуре, но внутренне

остается приверженцем традиций своей культуры. Исламское же враждебное

отношение сохранило в себе еще родовое недоверие к чужим и родовую гордыню.

“Бедуинское племя рассматривало себя единственным носителем и хранителем

традиционных добродетелей. Все, кто не принадлежал к данному племени, были для

него людьми “второго сорта”, племенными законами не охраняемыми. После

создания мусульманской общины эта черта племенной психологии легко

оформилась в уничижительное отношение к “иноверцам” [105, с. 60].

4. Общие моменты можно выделить и в религиях Востока. Они чаще всего не

имеют персонифицированного божества, обладают космическим характером,

связывая каждого человека со всем мирозданием. Отметим некоторое противоречие,

заложенное в характерах восточных религий. С одной стороны, они не несут в себе

страстности, экстаза, жертвенной аффектации, слишком сильной эмоциональности,

как это характерно для христианства, и в этом смысле обращены скорее к

рациональной сфере человека. И в буддизме, и в даосизме, и в конфуцианстве нужно

познать карму, дао и др. В этих религиях понимание ведет к совершенству и

последующему блаженству. Самоуглубление, самосовершенствование, самопознание

связаны с сознательным, логическим отношением к основам религии.

С другой стороны, поклонение обожествленным правителям, почитание

мифических героев, поклонение природе (Япония) полны самых сильных эмоций,

достаточно явно и ярко проявленных в исламском мире и скрытых под маской

предписаний в дальневосточных культурах. Эта эмоциональность проявляется в

оформлении религиозных ритуалов, несущих в себе сильное эстетическое начало во

всем, что сопутствует религии в сфере повседневного существования людей.

Именно здесь могут вырваться сильные страсти, реализуемые в восстаниях (всегда

на Востоке жестоких, кровопролитных и так же жестоко подавляемых), в

религиозных войнах, как бы опровергающих всю ту мудрость, познание и

разумность, которые постулируются самой сутью религии, за утверждение основ

которой ведется война.

5. Из особенностей культуры Востока необходимо отметить, что

интегрирующим началом в ней, независимо от того, о какой конкретной культуре

идет речь, является мораль. Мораль становится основой государственности

практически любой восточной религии, морализированием наполнено искусство.

Мораль Востока опирается на осознание человеком самого себя, на поиск в себе

249

сторон, которые свяжут его с обществом, миром, космосом, вечностью. Часто

бывает трудно выделить, что было исходным моментом: традиции сформировали те

или иные правила морали или мораль предписала людям традиции. Рациональность

западных цивилизаций может рассматривать свою мораль как нечто,

подвергающееся анализу, Восток же принимает мораль и ее нормы как данность,

которая не анализируется, не обсуждается, а выполняется. В этом смысле для

Востока мораль — это тот абсолют, который должен править миром или правит им.

6. Особое место во всей культуре Востока занимает образ мудреца, гуру,