Чтение онлайн

“Капричос” — сатирическую картину человеческих

пороков. Реализм этого времени создает и образ нового

героя, человека-борца, способного противостоять

невзгодам, защищать истину и справедливость. Таковы

Робинзон Крузо, Фигаро или Фауст. Реализм оказал

огромное влияние на развитие романа, в котором стало

возможным через множество героев и ситуаций полнее

передать идеи своего времени.

Именно роман сделал литературу Просвещения

Ф. Гойя. Сон разума

рождает чудовищ

420

продолжением философии, помог ей обрести концептуальность, демонстрируя

поведение своих героев в повседневных буднях (Луиза Миллер в драме Шиллера

“Коварство и любовь”), в приключениях (Робинзон Крузо), в страстном поиске

справедливости (“Разбойники” Шиллера). Эта особенность литературы присуща

всем направлениям: классицизму, рококо, сентиментализму и реализму. Для

литературы этого времени в целом были характерны “оптимизм, неистребимая вера

в победу разума над неразумием и предрассудками, свободы над тиранией” [121, т. 5,

с. 15]. Еще одна возможность, заложенная в жанре романа, привлекала к нему —

убежденность в том, что можно, взывая к разуму и воле человека, предлагая ему

прекрасные примеры поведения и человеческих возможностей или уничтожая

орудием иронии и сатиры порочность и зло, создать некое “царство свободы”,

которое для человека, по мнению Локка, является его естественным состоянием. Для

просветителей литература была средством перевоспитания общества и человека во

имя будущего, философия воспринималась как “наука о счастье”, и на краткий век

Просвещения они соединились.

Конечно, искусство этого времени в каждой стране имело некоторые

особенности, но они только дополняли друг друга в общей идее просветительства. В

Англии Свифт в романе о приключениях Гулливера дает сатирическую картину всех

пороков современного ему общества: попытки лилипутов поставить себе на службу

Гулливера очень напоминают действия мелочных, тщеславных и корыстных

людишек по отношению к тем, кто выше них, а знаменитые картины академической

жизни страны Лапуты удивительно похожи на диспуты невежд, желающих казаться

мыслителями. Даниель Дефо (ок. 1660—1731) в приключениях Робинзона Крузо

“воспитывал в читателях веру в безграничные возможности человеческих рук и

человеческого ума” [121, т. 5, с. 23]. Сентиментальные романы С. Ричардсона (1689

—1761) показывают душевные бури героев и особенно героинь; они производили

сильнейшее впечатление на читателей еще столетие спустя. Пушкинская Татьяна

“влюблялась в обманы Ричардсона и Руссо”:

Воображаясь героиней

Своих возлюбленных творцов,

Клариссой, Юлией, Дельфиной,

Татьяна в тишине лесов

Одна с опасной книгой бродит,

Она в ней ищет и находит

Свой тайный жар, свои мечты,

Плоды сердечной полноты...

[А. С. Пушкин, “Евгений Онегин”, гл. 3, X]

Сатирические и реалистические традиции романа продолжила поэзия,

особенно в творчестве Роберта Бёрнса, внесшего в нее искреннюю

непосредственность народного стиха, песенность и лиричность и одновременно с

этим страстную веру в лучшее будущее людей:

421

Питаем мы своим горбом

Потомственных ворон, брат,

И лишь за гробом отдохнем

От всех своих трудов, брат.

Но верю я: настанет день,—

И он не за горами, —

Когда листвы волшебной сень

Раскинется над нами.

Забудут рабство и нужду

Народы и края, брат.

И будут люди жить в ладу,

Как дружная семья, брат!

[32, с. 55, 56]

Во Франции блестящий Бомарше (1732—1799) создает бессмертный образ

Фигаро, вобравший в себя не только традиционные черты пройдохи-слуги,

известные еще со времен средневековья и Возрождения, но и всю ту иронию и

критичность, которая была характерна для героев Нового времени. Прелесть этой

иронии еще и в том, что она облечена в форму речей человека из простонародья, но

при том полна глубокой рассудительности, логична, насыщена юмором, способным

сделать честь любому человеку.

Литература Германии в начале века выражала главные идеи Просвещения

довольно робко, ей была присуща рассудочность, но во второй половине века она

ярко расцвела в трудах одного из первых культурологов Европы Иоганна Гердера.

Он впервые осмыслил мировую культуру как единый процесс, в котором можно

выделить частные культуры различных народов, имеющие свои особенности, стадии

развития и неповторимость. Ему принадлежит открытие двух принципов развития

культуры — историзма и народности. Он практически первым начал рассматривать

фольклор как отражение могучего разума народа, опубликовав сборник старинных

песен многих народов Западной Европы. Его идеи были подхвачены культурным

движением Германии, носившим название “Буря и натиск” (Sturm und Drang), куда

входили такие великие умы, как Шиллер и Гёте.

У Шиллера просветительская идея сделала попытку

соединить в себе разум и чувство, показать ценность и

значимость эмоционального порыва, самоотверженности в

любви (“Коварство и любовь”) и в борьбе за справедливость

(“Разбойники”). Энергию порыва, силу горечи в оценке

своего времени выражает один из героев драмы

“Разбойники” — Карл Моор, потрясенный вероломством:

“Люди! Люди! Лживые коварные ехидны! Их слезы — вода!