Чтение онлайн

– Давайте все же попытаемся сократить район поисков, – предложил Дон, в то время, как Дике поднимался из своего кресла. – Держите меня в курсе своих новостей, а я, в свою очередь, дам вам знать, если что-то разузнаю.

После отъезда комиссара Дон стоял некоторое время перед камином и ворошил кочергой поленья. За этим занятием и застал его Черри, вошедший пригласить хозяина к ленчу.

Хозяину ресторана «Торколотти» в Сохо, Джорджио Учелли, было уже семьдесят пять, но, несмотря на это, он держался очень прямо, а в его глубоко сидящих глазах не угасал плутовской огонек. Лет двадцать назад отец Миклема познакомился с ним в Венеции, где Учелли держал маленький, но очень хороший ресторан на ла Галь де Фабори. В шестнадцать лет Дон отведал первый венецианский обед именно в этом ресторане. Когда к власти пришел Муссолини, Учелли покинул Италию и обосновался в Сохо.

Дон поддерживал дружбу с Учелли и часто обедал в «Торколотти».

Покончив с обедом, Миклем зашел в личные апартаменты хозяина ресторана. Сидя перед камином со стаканом вина в руке и наполовину скрытый дымом сигары, которую предложил Учелли, Дон минут двадцать беседовал с хозяином обо всем на свете, пока не решил, наконец, что пора переходить к делу.

– Ты слышал об убийстве Ференци? – спросил он. Смуглое лицо Джорджио омрачилось.

– Да, это было для меня настоящим ударом. Синьоре Ференци не лучше? Она все еще в клинике?

– Она в довольно тяжелом состоянии. Ты, я думаю, знаешь, что полиция пускает пузыри? Учелли пожал плечами.

– Такое с ними частенько случается, но меня это не интересует.

Миклем знал, что говорить с Джорджио о полиции надо очень осторожно. По слухам, хозяин «Торколотти» был одним из воротил «черного рынка», и сейчас занимался продажей уцененных промышленных товаров, и в весьма солидных масштабах.

– Гвидо был моим другом, – продолжал Дон. – Я хочу найти типа, который его убил. Это касается лично меня, понимаешь?

Учелли одобрительно кивнул. Это было ему вполне понятно. После минутного молчания Миклем продолжил:

– Мне нужны кое-какие сведения. Ты знаешь что-нибудь о человеке по кличке Черепаха?

Учелли отрицательно покачал головой.

– Очень мало. Знаю, что он существует и очень опасен. Ни один итальянец, который стоит больше пяти тысяч фунтов, не застрахован от шантажа с его стороны. В Италии Черепаху боятся, как огня, и я знаю, что во Франции многие беспрекословно заплатили бешеные деньги, лишь бы остаться в живых.

– Он живет в Италии?

– Не знаю.

– На него работает куча людей. Есть, например, девушка с волосами, какие бывают лишь у «венецианских блондинок». Ты ее знаешь?

Учелли отрицательно покачал головой.

– Думаю, вы ошибаетесь, мистер Миклем. Этот цвет волос исчез, и его теперь не встретишь. Я не знаю ни одной девочки с такими волосами.

– Есть еще высокий, худой тип. Брюнет с крючковатым носом, броско одетый. Его зовут Эд. Учелли отложил сигару.

– Это может быть Эд Шепейро. Он иногда обедает здесь. Дон подался вперед.

– Чем они живет?

– Контрабандой. Раньше метал кинжалы в цирке.

– Конечно, это он! – воскликнул Дон. – Где его можно найти?

– Я не видел его уже несколько недель. Может, его подружка знает?

– Кто она?

– Некая Джина Пастеро. Итальянка, работает во «Флорида-клубе» на Фосс-стрит. За деньги она сделает все, что угодно. Предложите ей кругленькую сумму, ну, скажем, фунтов пятьдесят, и если она знает, где находится Шепейро, то скажет.

– Отлично, я поговорю с ней. А теперь вернемся к рыжей девице. Ее зовут Лорелли. Попытайся свести меня с ней. Сто фунтов тому, кто это устроит.

– Я постараюсь. Дон встал.

– Пойду, поболтаю с этой Джиной Пастеро. Что она делает в клубе?

– Развлекает гостей. Будьте осторожны, – предупредил Учелли. – Все это может быть очень опасно. Вы имеете дело с типами, которые ценят человеческую жизнь не больше, чем жизнь паука. Если они что-то заподозрят, вы исчезнете без следа.

– Не тревожься обо мне, я умею защищаться, – улыбнулся Дон. – Лучше разузнай что-нибудь о рыжей девице.

– Сделаю все, что смогу. И еще: не доверяйте Шепейро, это дрянной тип.

– Буду осторожен. Спасибо за превосходный обед. Я забегу через денек-другой.

– Мне нужно несколько дней. – Учелли внимательно посмотрел на Дона. – Только имейте в виду: все это я делаю лишь ради вас. Ни слова ищейкам.

– Понятно, – ответил Дон. – Сведения нужны именно мне.

Он вышел из ресторана и, дойдя до Фосс-стрит, остановился перед дверью, над которой горела неоновая вывеска «Флорида-клуб», а внизу чуть помельче – «только для членов клуба».

Заплатив портье с боксерским носом фунт за членский билет, Дон спустился по грязным каменным ступеням, которые привели его в жалкий бар. За баром находился плохо освещенный зал со столиками, оркестром из трех музыкантов и маленькой площадкой для танцев.

Чтобы не привлекать внимания, Миклем остановился возле бара и заказал виски. В баре сидели еще две блондинки и длинноволосый тип с широченными плечами, одетый в клетчатый костюм. Все трое пили неразбавленный джин и уставились на Миклема с нескрываемым интересом.

Миклем повел себя так, словно был здесь один. Он закурил и принялся с глубокомысленным видом разглядывать свой стакан.

Через некоторое время к бару подошли еще двое, тогда Миклем одним глотком осушил свой стакан и прошел в ресторан.

Оркестр, состоявший из пианиста, саксофониста и ударника, играл что-то занудное без особой уверенности. Три пары на пятачке слабо перебирали ногами в такт музыке. Один из танцоров сильно качался, но держал в руке стакан с виски. Его партнерша, девушка с жесткими чертами лица и медными волосами, курила.

Миклем подошел к столику в углу и сел. Рядом находилась небольшое возвышение, обнесенное оградой, где сидели, покуривая и рассматривая публику равнодушными глазами, три девушки.

К Дону подошел паренек, наряженный в белую куртку сомнительной чистоты. – Виски? Миклем кивнул.

Официант ушел. Оркестр оставил попытки изобразить что-нибудь веселенькое. Пары, толкавшиеся на пятачке, не дали себе труда даже хлопнуть в ладоши. Они вернулись за столики, и в зале установилась угрюмая тишина.

«А ведь этот „Флорида-клуб“ считается злачным местом, центром ночной жизни города, жутким и опасным», – подумал Дон. Он еще раз взглянул на девушек, сидящих на возвышении, и решил, что брюнетка с розой в волосах вполне могла быть Джиной Пастеро. У нее были довольно тонкие черты, но в этой красоте было что-то жесткое и коварное. Черные кудри, падающие на темные глаза, придавали девице порочный вид. Ее крепко сколоченное, созданное для грубой страсти тело, было обтянуто красным платьем с большим декольте. Она сидела неподвижно, скрестив руки на коленях. Если бы не открытые глаза, можно было бы подумать, что девушка спит.