Чтение онлайн

— Месяц? — слово сорвалось с моих губ с ужасом. В голове уже был чёткий план: домой, к маме, к друзьям, к Марку… а его просьба перечёркивала всё.

— Да. — Он заговорил быстро, как будто боялся, что я сразу откажу. — Я не могу здесь остаться без тебя, но если останешься здесь ты, то твой отец не отправит меня одного назад и продолжит обучать меня бизнесу, думая, что это для меня очень важно.

Что? Я не понимала, о чём он говорит, не понимала, о чём просит. Я думала, что наш разговор уйдёт в сторону моей подруги, но то, что сказал Глеб, немного ошарашило меня. Месяц на Кипре? Зачем? А обучение бизнесу…

— Так это предлог? — я почувствовала, как закипает злость. — Ты просто тянешь время?

Он кивнул.

Но зачем? Я снова была в замешательстве. Получается, мой отец, который раскрывал ему все тонкости и посвящал в это дело, тратил зря своё время? И от этой мысли я начинала злиться на Глеба. Свой вопрос я озвучить не успела.

— Мне нужно было заняться с ним ещё чем-то помимо работы, чтобы показать свою значимость здесь, чтобы он не отправил меня домой так быстро. Ник, пожалуйста, ещё месяц, я не могу сейчас вернуться в город… — он повернулся ко мне, и его взгляд был полон отчаяния. В нём не было ни грамма игры, только голая, жгучая мольба.

Я замерла. Внутри всё смешалось: раздражение, усталость от его постоянных недомолвок и… жалость. Это была моя возможность наконец получить ответы, ведь он зависел от моего решения.

— Ты просишь слишком многого, Глеб, — произнесла я холоднее, чем хотела. — Не день, не неделю… а месяц. Месяц моей жизни, который я хотела провести среди близких людей. Чёрт… у меня же есть своя жизнь, свои планы!

— Я знаю… — его голос дрогнул. — Но, если бы это не было так серьёзно, я бы никогда не попросил.

Я вздохнула. Пальцы ног зарылись в прохладный песок у ступеней, будто ища опору. Что вообще происходит? Чем дальше я узнавала Глеба и чем больше времени проходило, тем больше я замечала в нём метаморфозы. То он спокойный и расслабленный, то напряжённый и удручённый. И среди всего этого — я. Моё чутьё меня не обмануло, что-то действительно происходило, что-то серьёзное, что не давало ему спать и просто наслаждаться жизнью, то, что он не раскрывал и держал глубоко в себе. Это что-то разрушало его, и от этого разрушения были последствия, в которых уже пострадала Лиля.

Это не отпускало меня. В голове металась одна мысль: стоит ли он того? Месяц ради человека, который прячет от меня правду и всё время держит меня на расстоянии? Но что, если ему действительно нужна моя помощь? Может быть, это вопрос жизни и смерти? И если я не помогу ему, то буду корить себя за это всю жизнь? Всё запутывалось ещё сильнее, и тогда я решила пойти на компромисс.

— Я соглашусь, — наконец сказала я, — но только если ты расскажешь всё.

Глеб напрягся. Его пальцы начали теребить ракушку, которую он поднял с песка. Он молчал слишком долго.

— Я не могу рассказать тебе всё… — наконец выдавил он, не поднимая взгляда.

— Опять тайны! — сорвалось у меня. — Ты понимаешь, что я имею полное право оформить нам билеты прямо сейчас и в самые ближайшие дни мы будем уже дома! Скажи ты уже хоть что-нибудь! — я злилась, и от этого моя жестикуляция руками стала активнее.

Он долго молчал. Было заметно, как тяжело даётся ему это решение, но выбора у него нет, раз ему нужна моя помощь — придётся посвятить меня в эту тайну.

— Ладно… — он резко провёл руками по волосам, будто хотел вырвать из головы лишние мысли. Его плечи поникли. — Я вляпался. Серьёзно.

— Это я уже поняла, — отрезала я с сарказмом, хотя внутри сжимался ледяной ком. — Только не говори, что всё это связано с бизнесом моего отца, что кто-то хочет его захватить… или что у тебя долг в миллионы… или, не дай Бог, подпольные бои, как в дешёвых фильмах!

Глеб поднял на меня глаза. В них не было ни тени улыбки.

— Жаль, что мы не в кино, Ник, — произнёс он тихо. — Тогда бы всё однозначно закончилось хэппи-эндом, а сейчас я боюсь, со мной такого не произойдёт.

Он замолчал, глядя куда-то в темноту, словно там стояли его собственные призраки. Я не торопила его, а просто ждала.

— Всё произошло очень давно, когда я был пацаном. Мы с моим дру… — он вдруг запнулся, а затем продолжил, — знакомым вляпались в историю, о которой я до сих пор жалею.

За городом жил один мужчина-коллекционер. Ходили слухи, что в его доме лежали старинные вещи: иконы, книги, монеты, всё в пыли и забвении. Сокровища, в общем, которые стоили уйму денег. В преклонном возрасте он умер, а все свои вещи, которые он собирал всю жизнь, завещал после своей смерти музею. Об этом прознал мой друг и рассказал мне. Он сильно нуждался в деньгах, так как у него не было семьи, нормального образования, а сам он рос в детском доме. Мне идея, в которой я должен стоять на стреме, пока он взламывает замок, сразу не понравилась, но что я мог ему предложить? В то время я только поступил на первый курс, а денег ещё и не видел, отец начал вести бизнес намного позже, мы были бедной семьёй. Друг хорошо умел капать на мозги, мол, зайдём, быстро возьмём пару вещей и смоемся, ведь представители из музея ещё не знали, что хранится в этом доме; они должны были приехать на опись на следующий день. Я подумал, как будет здорово, если у меня будут свои деньги и я смогу проводить свои студенческие будни куда круче. Я мог бы позволить себе купить вещи, которые хочу, и каждой ночью моё желание это сделать усиливалось, а страх отступал. И в назначенный день мы решили рискнуть.

Он провёл рукой по лицу, взгляд упрямо уткнулся в песок, я же не сводила с него глаз.

— Как ты могла понять, всё пошло не так, как мы задумали, с самого начала. Мы были идиотами, раз думали, что просто вломимся, наберём побрякушек и выйдем. Какая же наивная тупость! — он швырнул в море ракушку, которую теребил до этого несколько минут, а я продолжала смотреть и слушать.

— В общем, мы успели только прихватить пару вещей, — начал Глеб, с трудом сдерживая напряжение. — Я взял маленький старинный золотой крестик на цепочке, сразу надел его на себя, и какую-то небольшую шкатулку с монетами внутри, и неожиданно в дом ворвались вооружённые люди и застали меня с шкатулкой в руке и друга с какой-то статуэткой, которая на вид была из золота, и началась заварушка.

Глеб тяжело выдохнул.

— Конечно, в доме стояли камеры, раз нас так быстро засекли. Друг начал в панике отбиваться и этой тяжёлой статуэткой рассек голову сотруднику полиции, я же не сопротивлялся, сразу поднял руки вверх, и вскоре нас повязали. А дальше всё как в тумане… суды, допросы, сумасшествие родителей, которые продавали всё, что было ценным в нашем доме, долги, кредиты — и всё это ради того, чтобы мне дали условное.

— А вещи? — спросила я, давая Глебу немного передохнуть.

— При обыске полиция изъяла всё, конечно же. Но самое страшное… — он замолчал, сжимая кулаки до боли, — я сказал следователю, что зачинщиком был не я. Мой друг заставил меня идти с ним… Мы сделали его виновным. Я подставил его полностью. Мой отец с адвокатом помогли мне подготовить текст, чтобы всё выглядело убедительно. Это было просто, даже отпечатки друга были на замке, плюс он нанёс серьёзную травму полицейскому, что усугубило его положение. Ему дали семь лет тюрьмы, в то время как я отделался условкой. Видела бы ты его глаза тогда в суде, когда объявили приговор… я думал, он сорвётся из-под стражи и убьёт меня.