Чтение онлайн

– Проклятье… К вам это тоже относится, капитан!

Я кое-как перекатился вперед, осторожно пнул Урусова под коленку и утащил за собой в сугроб. За мгновение до того, как над нами с воем промчались сияющие жгуты – курица явно пристреливалась, с каждым шагов выцеливая новые мишени все лучше.

– Какого черта вы творите?! – прорычал я, вдавливая Урусова в снег. – Хотите всех нас угробить?

– Пустите! Не смейте меня держать, вы, мальчишка… Машина почти мертва!

Я был вдвое моложе и крепче. И не сидел несколько суток в холодной кабине, но злоба утроила силы Урусова, и удержать его оказалось непросто. Он то ли действительно считал, что сумеет уложить покалеченный некромедведем автоматон, то ли так отчаянно желал отомстить за гибель своих солдат. А может, я просто слегка перестарался, накачивая маной замерзшее тело капитана – и что-то пошло не так. Основа получила слишком много энергии, и не абы какой, а непривычной и чуждой родному аспекту Льда.

Мой Огонь бурлил, рвался наружу, и Основа не выдержала и пошла вразнос, попутно затопив тело Урусова таким гормональным коктейлем, что он готов был сломать и мне, и себе все кости, лишь бы не лежать смирно.

– Она угробила моих людей! – прорычал капитан мне в лицо, вырываясь. – Всех до одного!

Я даже не стал отвечать – все равно было уже поздно. Курица громхала металлом и крушила деревья уже в каких-то трех десятков шагов, попутно превращая в труху деревья вокруг нас, и я мог только догадываться, что прикончит меня раньше – огромные кресбулатовые когти или оружие, против которого вряд ли поможет магический Щит.

– Открыть огонь! Цельтесь в… красные огоньки и стекляшки на морде! – Я так и не придумал, какими еще словами можно обозвать сенсоры гигантской машины. – Разойдитесь в стороны – всех сразу курице не поймать!

Нравилось мне это или нет – о бегстве можно было уже и не мечтать. Огромные ходули курицы шагали куда быстрее человеческих. И если мы с Соколом, Аскольдом и Урусовым еще могли каким-то чудом удрать, спалив весь резерв маны, чтобы ускориться, то гридней с унтером в лесу ждала только смерть.

Оставалось только разнести чертову железку на детали – иного выбора Урусов нас лишил.

– Пустите, черт бы вас побрал! – Он в очередной раз заехал мне кулаком в плечо. – Я еще могу драться.

– Полагаю, в этом-то и заключается наша проблема, – вздохнул я. Но хватку все же ослабил. – Не расходуйте ману напрасно, капитан – броню вам не пробить. Лучше попробуйте вырастить на ней пару сосулек – это замедлит курицу. И если я подберусь к ней поближе…

Я еще не успел договорить, а Урусов, кажется, уже понял, что следует делать. Коротко кивнул, откатился и тут же поднялся на одно колено, снова зажигая на пальцах обеих рук голубые искорки. Может, бедняге и сорвало крышу, но соображать он от этого хуже не стал. Да и магией орудовать не разучился.

Сразу несколько выстрелов раздались одновременно, и кому-то из гридней даже повезло: три или четыре из бессчетных алых глаз курицы погасли, брызнув во все стороны осколками стекла. И одно из орудий на «крыльях» вдруг принялось лупить по верхушкам сосен, а второе и вовсе затихло – похоже, очередная пуля из штуцера каким-то образом повредила систему наведения.

Я попробовать сработать заклинаниями, но без особого успеха: с броней курицы не справились ни Факел, ни Огенный Шар, а выцелить Зарницей сенсоры не вышло.

– Проклятая железка! – выругался я, в очередной раз промахнувшись. – Отвлеките ее, черт бы вас побрал!

Разлучник будто сам по себе покинул ножны и ткнулся рукоятью в ладонь. Сама идея лезть с мечом, пусть и зачарованным, на закованную в кресбулатовые доспехи громадину весом в несколько тонн, была форменным безумством, однако ничего лучше я не придумал. В конце концов, фамильный клинок нередко выручал меня даже там, где пасовали самые могучие боевые заклинания.

– Ну же, ослепите машину, капитан! – Я метнулся от дерева к дереву, рывком сокращая расстояние до курицы. – Неужели это так сложно?!

Урусов уже работал. Может, даже не один, а напару с Аскольдом – слишком уж быстро обмерзала металлическая морда. Снег вращался вокруг автоматона вихрем, и ледяная корка росла прямо на глазах. Сначала она просто заблестела на сенсорах, а через несколько мгновений превратилась в самый настоящий панцирь.

Кажется, сработало. Орудия курицы сначала перестали выцеливать меня между деревьями, а потом и вовсе стихли. И в конце концов я рванул к машине со всех ног, спрямляя остатки пути – больше юлить было незачем. Время будто замедлилось, и морозный воздух сгустился, впиваясь иголками в не защищенные одеждой лицо и шею. Двигаться на сверхчеловеческой скорости оказалось весьма прохладно.

Но останавливаться я не собирался – раз уж Основа решила в очередной раз обменять изрядный кусок резерва на почти-всемогущество. Всего несколько мгновенией, но я мчался так быстро, что снег под моими ногами не успевал проминаться, а курица словно и вовсе застыла на месте.

Но не утратила ни размеров, ни сил, ни желания превратить меня в истекающее кровью решето. Вблизи машина Древних оказалась даже больше, чем ожидал. Она возвышалась надо мной металлической громадиной и, что еще хуже – понемногу снова раскручивала стволы орудий.

Слишком медленно. Когда снова раздался пульсирующий клекот, и снег вспороли раскаленные нити летящих на запредельной скорости снарядов, я уже нырял прямо под курицу. Разлучник вспыхнул, жадно глотая энергию из Основы, и зачарованное лезвие с гулом опустилось на металл брони. Я думал, что на этот раз будет непросто – на материале доспехов Древние явно не экономили – однако клинок почти не встретил сопротивления.

Он одним махом рассек и кресбулатовую пластину, и то, что было под ней. Несколько слоев из разных материалов, какие-то провода, детали, защитные чары – неважно. Тот, кто сотни лет назад выковал фамильный меч рода Костровых, знал свое дело. Во все стороны брызнули искры вперемежку с каплями расплавленного металла, и огромные растопыренные пальцы отделились от ноги курицы и с лязгом упали в снег.

И только тогда мир вернулся к нормальной скорости, и я услышал, как под броней наверху взвыли силовые установки. Но в этом звуке не было ни боли, ни страха – лишь непробиваемая решимость драться. Сколько угодно и с кем угодно, пока по электрическим жилам льется магия, а внутри остается хоть одна рабочая деталь.

Даже с обрубком ноги курица продолжала двигаться. И не только проворно, но и с немногим меньшей точностью, чем раньше. Уцелевшая конечность с металлическим грохотом скользнула в сторону, вспахивая и снег, и промерзлую землю под ним. Стволы орудий снова закрутились, готовясь разнести в кровавую пыль крохотного человечка. Жалкого клопа, посмевшего бросить вызов могуществу техномагии Древних.

Но я снова оказался быстрее. Ноги чуть согнулись, и подошвы ботинок толкнули тело с такой силой, что я взлетел на два своих роста. Промчался между пылающих струй, которые уже вырвались из орудий, зацепился за что-то левой рукой, чуть подтянулся – а правой развернул клинок Разлучника и вогнал его в металл по самую гарду. Не знаю, как так вышло – в этой части корпуса броня наверняка была чуть ли не в палец толщиной. Однако острие пронзило ее, как картонку, и нащупало внутри что-то уязвимое. Курица пошатнулась, перестав стрелять, и вдруг начала бешено вращаться на месте.