Чтение онлайн

— Вссся сссслава Шшшшшиилен, — донесся до воительницы ее пронзительный крик.

Опомнившись, Аделаида подошла к яйцу и с силой ударила по нему катаной. Меч лишь со звоном отскочил от каменной скорлупы. Она попробовала наложить на яйцо какое-нибудь заклинание — ничего не сработало. Не имея не единой идеи по поводу того, как уничтожить яйцо, Аделаида решила доложить о своей находке Совету Старейшин.

Внизу под мостом блестело подземное озеро. Это означало, что она была у самого основания горы, и теперь ей предстоял долгий путь наверх. Аделаида могла обратиться в тень, но она не могла сделать невидимым Алойвию, и ей вновь пришлось повоевать в узком туннеле. Что делать со вторым мечом, Аделаида не знала и убрала его за спину. На развилке она двинулась теперь в сторону света, и казалось, что выход должен быть где-то рядом, но ей пришлось еще довольно долго поблуждать по подземным переходам внутри горы, прежде чем проход не начал расширяться, и наконец-то подул ветерок. Она вышла из шахты, но с другой стороны горы, оказавшись в узком горном ущелье. Была уже глубокая ночь, и ей ничего не оставалось, как продолжать идти по тропе в надежде, что она выведет в деревню. Но ущелье вело к ледяной равнине, а после на пути возникла еще одна гора, чуть меньше предыдущей, но с таким же широким проходом, ведущим в очередную шахту. Аделаида лишь понадеялась, что она окажется не такой огромной, как мифриловая. И действительно, шахта оказалась гораздо скромнее предыдущей и, по-видимому, была заброшена лишь недавно. В ней нашли убежище мелкие хищники, которые все как один попрятались в темных углах при появлении посторонних. Несмотря на небольшой размер, шахта оказалась весьма запутанной, и проблуждать в поисках выхода все же пришлось. Они даже умудрились немного отдохнуть и перекусить в одном из закутков пещеры: Аделаида — захваченным пирогом, а волк — крысой. И снова пещера вывела путницу с волком сначала в ущелье, а потом на равнину, и вот вскоре серпантин резко повел в гору, и стало ясно, что деревня уже недалеко. Очередное горное ущелье привело путницу на плато. Пройдя по мостику через обрыв, она оказалась у западных ворот гномьей деревушки.

В домике Дорфа было холодно, и посуда лежала так, как гостья оставила ее утром. Аделаида собрала свои немногочисленные пожитки в сумку, прихватив на кухне бурдюк с водой и кресало, набросала на листе из блокнота небольшое благодарственное письмо, к которому приложила все последние монеты, что у нее оставалась, и они с другом-волком направились к домику старейшин.

Была глубокая ночь, и дверь посетительнице открыли не с первого раза. В длинном, до пола, халате и желтом колпаке перед Аделаидой появился рыжебородый гном: тот, что вчера заполнял бумаги. Он недовольно поинтересовался, какого демона его разбудили ни свет ни заря, и гостья самым серьезным тоном заявила, что у нее есть важное сообщение для Филора. Дверь закрылась, но уже через мгновение открылась вновь. В таком же колпаке, только сером, в дверях появилось сонное лицо Филора.

— Ну что, юная леди, — зевая начал он, — выполнила задание?

— Да! — вспомнила она о мече. — Вот! — и Аделаида показала ему свои катаны, похожие, как две капли крови.

— Отлично. Тогда дальнейшие твои действия…

— Подождите, старейшина Филор, — прервала она гнома, вспомнив о деле, которое весь обратный путь до деревни не давало ей покоя. — Мне надо сказать Вам еще кое-что важное. Огромный червь, похоже, действительно отложил яйцо в самой глубине мифриловой шахты. Его не разбить мечом и не пробить святой магией.

— Хм… — Филор призадумался, а после озадаченно произнес: — Я утром же поговорю с Верховным Жрецом. А тебе не надо об этом думать, у тебя есть дела куда более важные.

Аделаида приготовилась слушать. А Филор, отогнав свои думы, принялся объяснять ее дальнейший план:

— Теперь тебе надо эти мечи сдвоить, то есть сделать так, чтобы они работали синхронно… в общем, сама поймешь. Найди нашего мастера Зигу; он недавно уехал в Шуттгарт. Я уверен, он возьмется за такую работу. И еще, когда твое оружие будет готово, вот, — он протянул Аделаиде монету Олтлина, которую вчера от нее же и получил, — это не мне, — заявил он, — это передашь своему старшему мастеру в Шуттгарте. Я имею в виду мастера темных эльфов, а теперь ступай, ступай, — гном замахал на посетительницу руками, — осталась всего пара часов до рассвета, и мне все же хочется выспаться сегодня.

Дверь с шумом захлопнулась. Аделаида с минуту стояла, кутаясь в гномье пальто и озираясь вокруг. Было тихо, холодно, хоть и безветренно. Из домов тонкими струйками почти вертикально шел дым, но свет нигде не горел. Вернуться в холодную лачугу Дорфа? Или попроситься в храм на ночлег? Ни один из вариантов не прельстил ее. Пока она решала, что делать, заскрипела дверь крайнего домика, и на пороге показался вчерашний добродушный молодой гном, Тэйт.

— К рассвету все будет доставлено, — попрощался он с кем-то у входа и направился к хранителю портала, деревянной кукле Уирфи. Заметив Аделаиду, он резко сменил свой курс, после чего подошел к ней и вежливо пожелал доброго утра.

— Да вы совсем замерзли, посмотрите на свои руки… ах, да это же ваш естественный цвет кожи… — смутился гном. — Что Вы делаете в такое время на морозе? — спросил он и, не давая Аделаиде вставить и слово, тут же сам и ответил: — Бедняга Дорфи ведь все еще в больнице. Вам совсем некуда пойти?

Наконец Аделаиде удалось сообщить ему, что она собиралась отправиться в Шуттгарт и обдумывала свой путь.

— Так присоединяйтесь ко мне, — любезно предложил Тэйт. — Уирфи работает без выходных — она живо нас переправит. Лично меня послал в Шуттгарт сам Верховный Жрец, — важно сообщил гном и добавил таинственно и вполголоса: — По очень важному делу. Вот Рогин обзавидуется… Да он и не смог бы поехать — у него и здесь дел невпроворот.

Аделаида прервала словесные размышления Тэйта, с тем чтобы объяснить, что собирается добраться до Шуттгарта пешком.

Гном в недоумении посмотрел на стоящую перед ним женщину, потом развел руками и пробурчал:

— Да, да, Вы же исследуете наш северный край. Тогда, конечно, Вам лучше все посмотреть самой. Идите по дороге на юг — и к полудню непременно окажетесь в городе. Здесь совсем близко… ну, если, конечно, не будете никуда сворачивать. Удачи! — гном помахал рукой, подошел к механической кукле и через мгновение растворился в воздухе.

Аделаида направилась в сторону северных ворот, прошла мимо сонных охранников, а минут через десять наткнулась на небольшой палаточный лагерь. Было тихо, большинство шахтеров еще спали, но пара гномов в шапках с фонариками сидели возле костра и грели воду в котелке. Аделаида несмело приблизилась.

— Ого! Леди-эльф идет со стороны деревни, — указал на нее пальцем юный безбородый гном.

— Вы из научного центра по поводу летающих кабин? — обратился к путнице другой, постарше, в грязно-желтом рабочем костюме и с рыжими слипшимися усами — похоже, бригадир.

— Ааээээ… Нет, — честно ответила Аделаида. — Я направляюсь в Шуттгарт.

— Да Вы идите ближе, холодно ж. Не желаете чайку?

Аделаида поблагодарила догадливого гнома и села поближе к огню, где ей тут же вручили стальную кружку с бледным, но, главное, горячим питьем. Глотнув и почувствовав, как тепло растекается по замерзшему телу, она спросила про летающие кабины.

— Так Вы ж направляетесь как раз в сторону Разоренных Равнин, — удивленно сказал старший гном, пока безбородый с блаженной улыбкой смотрел на темную эльфийку не отрываясь, словно бы увидел фею или ундину. — Кроме старой железной дороги там и смотреть-то нечего… Только… — запнулся бригадир, — вчера был обвал, и проход почти завалило, так что Вам придется двигаться прямо сейчас, если хотите оказаться с другой стороны горы. Возможен новый обвал горной породы, и тогда дорога еще долго не будет расчищена.

— Я поняла, — кивнула Аделаида. — А что такое железная дорога?

— О! Это история… Слушайте.

Аделаида устроилась поудобнее на тюках и приготовилась слушать. Алойвия по-звериному боялся огня и держался поодаль.

— Равнины на юге пересекает старая железная дорога, — начал усатый гном свой рассказ, — это такие пути, рельсы, по которым ездят самоходные тележки на угле… сейчас таких уж нет нигде, а раньше они вели прямиком в Шуттгарт — так с рудников все необходимые ресурсы доставлялись в центральный город. Это сейчас гномы живут относительно независимо от больших людей, а раньше были в полном подчинении и вынуждены были регулярно платить огромные налоги. Так вот, далее на востоке находится заброшенный гномами рудник, а на юге — старая гавань. Вы удивлены? — прочел гном реакцию исследовательницы. — Не знали, что раньше у нас была своя гавань? А во времена правления эльфов, когда мы были, по сути, предоставлены сами себе, наши корабли плавали до самого Периоса — иногда даже удавалось выторговать у местных старинные артефакты. Уже потом, когда обледенение достигло своего пика и гавань пришла в полную негодность, приходилось топать с товарами аж до самого Руна, чтобы на людских кораблях добираться хотя бы до южных провинций… Эх… тяжелые были времена — не то что теперь. Плати и лети — это мы так про телепорт шутим, — гном усмехнулся в усы. — До Шуттгарта еще реально так летать, а чтобы попасть в Рун, а тем более в Годдард, приходится выкладывать немалые денежки… Уирфи, конечно, чудо, но это чудо требует огромных финансовых затрат. Так, о чем я… Ах да… Вы, наверняка, не знаете, что эти покрытые ныне снегом равнины и холмы когда-то являлись местом интересных и драматичных событий. Дважды на этом месте предпринималась попытка, так сказать, достать до звезд. Первую предприняли еще гиганты, которые пытались доказать свое равенство с богами постройкой летающих кабин. Это стремление никогда не стало былью, так как гиганты не успели закончить начатую ими работу, будучи истребленными мощнейшим катаклизмом. Вторую попытку предпринял человеческий колдун — имени уже не помню — могущественный чародей, и его тогда поддержала одна из сильнейших гильдий гномов. Вместе они попробовали совместить продвинутые тогда гномьи технологии и магию для завершения начатого гигантами проекта. В центре зоны, которая теперь носит мрачное название Разоренные Равнины, была построена железнодорожная станция для транспортировки сырья, необходимого для сооружения летающей кабины, с полуострова вглубь материка. Но получилось так, что король гномов неожиданно умер, и гномье правление перешло к Совету Старейшин. В результате давления со стороны совета и подорожания стоимости проекта гильдия была вынуждена прекратить работу, хотя группа энтузиастов во главе с тем колдуном до последнего продолжала работу над созданием летающей кабины, невзирая на недостаток финансирования и ресурсов. Говорят, что их души и по сей день обитают на заброшенной станции и строительной площадке близ нее. Сама же станция с тех пор стала никому не нужной, и в ней поселилась шайка бандитов. Их лидер, ужасный мародер и разбойник, собрал гоблинов со всего севера под свой контроль. Вместе они перехватили дань, предназначавшуюся правителю Шуттгарта, и скрылись в горах, где и по сей день прячутся от городской стражи в старых каменноугольных шахтах. Так что подумайте хорошенько, хотите ли вы пойти этим путем, мадам.

— Очень хочу, — отозвалась Аделаида, и гном лишь покачал головой.

— Ну все. Нам пора за работу, — отряхнулся он, хлопнув по плечу молодого собрата. — Буди остальных. Видите ли, мэм, — вновь обратился он к путешественнице, — это последняя действующая гномья шахта. Работы в ней ведутся, не прекращаясь, посменно. Иначе не видать ценных ресурсов ни нам, ни вашим господам.

С этим гном откланялся и пошел кричать по палаткам, а Аделаида, отдохнув и согревшись, направилась к узкому проходу в горе, и скоро они с волком вышли на другую сторону. Под ногами вились две длинные железные полосы с деревянными, как у лестницы, ступенями, лежащими ровно на земле. Аделаида решила, что это и есть та самая заброшенная железная дорога, и пошла по ней. Кое-где ступеней не было или они были поломаны, а где-то дорога и вовсе была засыпана снегом. Вскоре Аделаида заметила вдалеке обветшалое здание, гораздо крупнее тех, что она видела в гномьей деревушке, но идентичной архитектуры. Видимо, это была станция, отвечающая за управление этими путями. Подойдя поближе, Аделаида убедилась, что теперь здесь хозяйничали гоблины со своими псами. Гоблины были уродливыми созданиями в жалком тряпье и с какими-то палками в руках. Хватило одного рыка Алойвии, чтобы они со своими щенками разбежались по округе.