Чтение онлайн

Я не могла сдержать улыбки.

— Ты все предусмотрел, да?

— Я просто подготовился к любому развитию событий, — ответил он, нависая надо мной, его глаза сверкали озорством и желанием. — Хотя признаюсь, именно на этот сценарий я лишь надеялся.

Я хотела что-то сказать, но его губы снова нашли мои, и все мысли вылетели из головы. Его поцелуи были опьяняющими, заставляя меня забыть о всех сомнениях и страхах. Его руки потянулись к краю моей кофты, и через мгновение она уже летела куда-то в сторону.

Прохладный воздух церкви коснулся моей разгоряченной кожи, но я едва заметила это, потому что губы Райта уже спускались вниз, оставляя дорожку поцелуев на моей шее. Я выгнулась навстречу ему, когда его руки обхватили мою грудь через тонкую ткань бюстгальтера.

Мои руки сами потянулись к его футболке, желая почувствовать его кожу. Он понял мой немой призыв и одним плавным движением стянул её через голову, бросив куда-то в темноту.

То, что я увидела, заставило меня затаить дыхание. Его торс был совершенен — широкие плечи, рельефная грудь, твердые кубики пресса. Но самым завораживающим были черные вены, пульсирующие под бледной кожей, разветвляющиеся как причудливый узор. В тусклом свете они казались не уродством, а частью его дикой, необузданной красоты.

Я провела рукой по его груди, ощущая под пальцами твердость мышц и жар его кожи. Черные вены под моими пальцами словно вздрагивали, откликаясь на прикосновение.

— Нравится то, что видишь? — спросил Райт с самодовольной улыбкой, заметив мой восхищенный взгляд.

— Ты знаешь, что да, — ответила я, удивляясь собственной смелости. — Но твое эго и без того слишком раздуто.

Он засмеялся, и этот звук был низким, вибрирующим, посылающим волны удовольствия по моему телу.

Его губы снова нашли мои, и этот поцелуй был еще более глубоким, еще более страстным. Я не могла сдержать стон, когда его язык скользнул между моих губ, а руки начали исследовать мое тело с такой уверенностью, словно оно всегда принадлежало ему.

Его бедра прижались к моим, и даже сквозь ткань наших брюк я чувствовала его возбуждение, твердое и горячее. Это должно было испугать меня — ведь у меня никогда не было мужчины, даже с Ноланом мы никогда не заходили дальше поцелуев и объятий. Но вместо страха я чувствовала лишь жгучее желание, растекающееся по венам как жидкий огонь.

— Райт, — прошептала я, когда его губы переместились на мою шею, оставляя там горячие, влажные поцелуи.

— М-м-м? — промурлыкал он, не прекращая своих восхитительных пыток.

— Я… я никогда…

Он остановился и посмотрел на меня, его глаза были серьезными, несмотря на пламя желания, пылающее в них.

— Ты девственница? — в его тоне было столько удивления.

Жар унижения растекся по моему лицу, и я почувствовала, как напряглись мышцы челюсти.

— Почему это тебя так шокирует? — я вскинула подбородок, пытаясь скрыть внезапную неуверенность за маской вызова. — Это что, настолько невероятно?

Райт приподнялся на локте, его черные глаза блестели в лунном свете, изучая мое лицо с насмешливым интересом. В этот момент он казался особенно опасным — хищником, играющим со своей добычей. И, несмотря на возмущение, я не могла не замечать, как завораживающе прекрасен он был с этими резкими чертами лица, подсвеченными серебристым сиянием.

— В мире искаженных встретить девственницу твоего возраста — большая редкость, — он ухмыльнулся, большим пальцем очерчивая контур моих губ, и это простое прикосновение заставило мое сердце пуститься вскачь. — У нас… все иначе. Физическая близость не имеет того сакрального значения, которое ей придают чистые.

Его слова затронули струну любопытства внутри меня. Я всегда знала, что наши миры различны, но каждое новое откровение о жизни искаженных завораживало меня, несмотря на все предупреждения и запреты, которыми я была воспитана.

— Еще одно различие между нашими мирами, о котором я не знала, — пробормотала я, невольно опуская взгляд на черные вены, пульсирующие под его кожей. Они выделялись на бледной плоти, словно чернильные реки, и я ощутила странное желание проследить их путь кончиками пальцев.

— Да, я невинна, — мой голос стал увереннее, когда я собралась с мыслями. — И поэтому я не собираюсь лишаться девственности сейчас… с тобой.

Я ожидала увидеть разочарование или гнев, но вместо этого на его лице появилась хищная улыбка, от которой все внутри меня сжалось в сладком предвкушении. Он наклонился и поцеловал меня — неожиданно нежно, почти благоговейно, как будто я была чем-то драгоценным. Эта нежность, такая несвойственная ему, заставила мое сердце болезненно сжаться.

— Дай знать, когда захочешь это изменить, — прошептал он мне в губы. — Я буду рад тебе помочь.

Что-то в его самоуверенности, в этой абсолютной убежденности, что я в конце концов сдамся, разбудило во мне дух противоречия. Я не удержалась от дерзкой улыбки, хотя внутри все трепетало от его близости.

— С чего ты взял, что я выберу для этого, тебя?

Мгновение он казался удивленным, но затем что-то опасное промелькнуло в его глазах — темное, первобытное, почти жуткое. Черные вены на его шее запульсировали сильнее, как будто под кожей текла не кровь, а жидкая тьма. Внезапно я пожалела о своей смелости, ощутив, как учащается мое дыхание.

— Ты играешь с огнем, Лира, — его голос стал глубже, почти рычащим, и каждое слово словно касалось самых потаенных частей моей души. — Не рекомендую провоцировать искаженного.

Напряжение между нами сгустилось до такой степени, что казалось, воздух вокруг наэлектризовался. Я знала, что должна отступить, должна испугаться, но вместо этого что-то внутри меня рвалось навстречу этой опасности.

— А что, если мне нравится огонь? — парировала я, удивляясь собственной храбрости и тому, как хрипло звучал мой голос. — Что, если мне надоело быть осторожной?..

Его рука скользнула вверх по моей шее, пальцы мягко обхватили подбородок. Его прикосновение было удивительно нежным, но в нем чувствовалась сдерживаемая сила, напоминая мне, насколько он опасен. И все же я не могла заставить себя отстраниться.

— Продолжай в том же духе, и скоро узнаешь, насколько горячим, может быть, этот огонь, — сказал он, но в его глазах я видела не угрозу, а желание, такое же сильное и неконтролируемое, как то, что бушевало во мне.

Время, казалось, замедлилось, пока мы смотрели друг на друга — чистая и искаженный, связанные древней магией, которую ни один из нас не понимал. Я чувствовала, как метка на моей руке пульсирует в такт его сердцебиению, создавая между нами невидимую, но ощутимую связь, которая с каждым днем становилась сильнее.

Я посмотрела на наши тела, так тесно прижатые друг к другу, и тихо рассмеялась, хотя смех вышел немного нервным.

— Разве это не странно? — я покачала головой, ощущая внезапный приступ головокружения от абсурдности ситуации. — Мы лежим здесь, целуемся, хотя должны ненавидеть друг друга.

Мысль о том, как отреагировали бы мои родители, если бы увидели нас сейчас, заставила меня почувствовать тошнотворную смесь вины и возбуждения. Все мое воспитание кричало, что я оскверняю себя, но мое тело и душа тянулись к нему с силой, которую я не могла контролировать.