Чтение онлайн

А третий…

Дейн сузил глаза, наклоняясь ближе. На камне, у ног победителя, пылала птица — крылья раскинуты, пламя вырывалось из её груди, высеченное так чётко, что казалось живым.

— Феникс, — выдохнул он, выпрямляясь.

Итогом стало грандиозное сражение у Драконьего колодца. Шестьсот кораблей сошлись в битве за контроль над главным транспортным колодцем Предела Аудан. Каждый офицер Объединённого флота позже скажет, что нет было битвы более великой, чем эта. А благородный подвиг храбрых водден по сей день воспевается их народами. Ценой своих жизней они взяли штурмом вражескую аркер-линию и уничтожили её. Это была настоящая, грандиозная победа.

Вскоре нам поступил приказ — начать вторжение в царство Тисандера, сына одной из Проклятых Сестёр. Сына Той, Что Приумножает Голод. Сына проклятой Медеи.

Феррокайн, моя родная планета, входила в состав её прогнившего царства. Небольшой мир, находившийся на самой периферии. Мы исправно платили дань, и никто даже не помышлял о бунте. Все знали, что Медея делала с теми, кто осмеливался восстать против неё. Увы, когда Медею убили и началась борьба за трон, Феррокайн оказался под властью одного из её сыновей, который вскоре проиграл своему брату Тисандеру. А тот, захватив престол, решил показать всем, что ждёт тех, кто не повинуется его воле. Феррокайн и ещё несколько миров стали наглядным примером его жестокости.

Я стараюсь не вспоминать ту ночь, когда потерял всю свою семью. И пламя в котором сгорела планета. Но я помню свою родину и до сих пор храню в капсуле немного земли с Феррокайна. Поэтому, когда я узнал, куда мы направляемся, я был полон энтузиазма. Я знал: Враг получит заслуженную кару.

Дейн провёл кончиками пальцев по холодному рельефу, ощущая, как шершавый камень цепляется за кожу. Он убрал руку и отступил на шаг, не отрывая взгляда от символа. Затылок вдруг зачесался — не от пыли, а от тревожного зуда.

— Слишком много совпадений, — пробормотал он, потирая шею. — Не нравится мне это.

Внезапно тишину разорвал резкий, пронзительный писк Коды. Его конструкт завис у одной из массивных колонн, тонкий голубоватый луч выхватывал из мрака кусок древнего камня.

— Ну наконец-то, — проворчал Краут, шагнув к дрону. Его ботинки глухо стукнули по полу, подняв облачко серой пыли. — Покажи, что нашёл.

Сайджед, спотыкаясь о мелкие камни, поспешил следом, фонарь в его руке дрожал, отбрасывая пляшущие тени на стены. Колонна возвышалась перед ними — громада потрескавшегося камня, испещрённая узорами. И снова знак Лукавого Дуа.

Дейн наклонился ближе, прищурившись. Рядом Сайджед шумно сглотнул, облизнув пересохшие губы.

— Думаете тайник здесь? — выдохнул он.

— Если только до нас тут не прошлись, — мрачно бросил Дейн, а сам подумал, что скорее всего там будет пусто. Они ведь пытали её, а под пытками всё можно рассказать.

Краут надавил на символ ладонью — сначала легко, проверяя. Камень не поддался. Дейн нахмурился, усилил нажим, вдавливая вес тела. Секунда. Две. Тишина висела тяжёлым покрывалом, нарушаемая только их дыханием. Сайджед открыл рот, явно собираясь что-то сказать, но тут из глубины колонны донёсся глухой щелчок — низкий, словно звук ломающегося сухаря.

Каменная плита под рукой дрогнула, мелкая пыль посыпалась на пол. Дейн отступил, а плита медленно, с натужным скрежетом, ушла вглубь, открывая узкую нишу. Тьма внутри расступилась под лучом фонаря, и в ней проступил силуэт: небольшая шкатулка, тёмная, как обугленное дерево, с резными краями. Металлический замок тускло блеснул, отразив свет, — старый, но крепкий, с едва заметными царапинами.

— Неужели… — пробормотал Дейн, протягивая руку к шкатулке. Пальцы сомкнулись на её краях, и он осторожно вытащил её из ниши. Дерево оказалось неожиданно тяжёлым. Замок простой, металлический. Он повернул защёлку, ощутив, как старый механизм сопротивляется, но через миг поддаётся с глухим щелчком. Крышка скрипнула. Внутри, на потёртой бархатной подкладке, лежали две вещи. Первая — небольшой цилиндр из тёмного металла, чуть больше ладони. Его поверхность была гладкой, почти маслянистой, и в свете фонаря на ней проступали символы — хаотичные, будто вырезанные в припадке безумия: зигзаги, кривые линии, острые углы. Вторая — старая фотография с пожелтевшими краями, аккуратно уложенная поверх цилиндра.

Дейн нахмурился, взял снимок двумя пальцами, словно боялся, что он рассыплется от прикосновения, и поднёс к свету. На фотографии были люди — трое мужчин, застывших в кадре. Лица размылись от времени, но всё ещё угадывались. Он прищурился, пытаясь разобрать детали, но не успел ничего сказать — Сайджед рядом судорожно втянул воздух, будто его ударили под дых.

— Это же… — прошептал историк, глаза округлились, фонарь в его руке дрогнул, бросив тень на стену. Он наклонился ближе, чуть не задев Дейна плечом. — Это молодой Гроуле. Я уверен. Это точно он!

Краут молча кивнул, вглядываясь в снимок. Гроуле — худощавый, с острыми скулами и короткими волосами — стоял слева, слегка улыбаясь. Но взгляд Дейна тут же переместился к центру, и его брови поползли вверх.

— Тринадцатое пекло! — вырвалось у него, громче, чем он хотел. Эхо прокатилось по залу, заставив Сайджеда вздрогнуть.

Дейн медленно поднял фотографию ещё ближе к свету, щурясь, словно сомневался в том, что видит. Второй мужчина на снимке был… Фредо Хенликс. Выглядел немного моложе, чем сейчас. Впрочем, с его возможностями он мог себе позволить хорошую, омолаживающую генетическую терапию. Лицо ещё не пересекал тот уродливый шрам. Глаза были мягче, почти наивные, а вместо строгого костюма политика — шахтёрский комбинезон, потёртый, но чистый. Он стоял, скрестив руки, с лёгкой ухмылкой, как будто только что отпустил шутку.

— Гроуле и Хенликс… — Дейн покачал головой, пытаясь сложить кусочки в голове. — Они были знакомы?

Сайджед наклонился к снимку.

— Это и правда Хенликс! — воскликнул он, голос сорвался от изумления. — Но… как? Когда?

Дейн молчал, перебирая в уме вопросы, которые вспыхивали один за другим. Он перевернул фотографию, надеясь найти хоть что-то — подпись, дату, намёк. Но обратная сторона была пуста, только пожелтевшая бумага да мелкие пятна от времени. Он хмыкнул, сунул снимок в нагрудный карман куртки и вернулся к шкатулке.

— Интересно, кто третий? — пробормотал он, больше себе, чем Сайджеду, и взял цилиндр в руку. Металл был холодным, тяжелее, чем казался на вид. Дейн повертел его, разглядывая символы. — И что это такое?

Сайджед замер, уставившись на цилиндр. Глаза историка расширились, зрачки задрожали в свете фонаря, и он резко втянул воздух, словно кто-то ударил его под дых.

— Лабиринт вечен… — прошептал он, но тут же осёкся, прикусив губу, будто слова вырвались против его воли.

Дейн поправил шляпу.

— Ты знаешь, что это такое?

Сайджед быстро кивнул, не отрывая глаз от цилиндра. Его пальцы осторожно сомкнулись вокруг холодного металла.

— Знаю, — выдохнул он, голос дрожал от смеси восторга и тревоги. — Это инскрипта.

Дейн склонил голову набок, нахмурившись.

— Очень информативно.

Историк повернул цилиндр, осматривая со всех сторон.

— Инскрипта, — повторил он, чуть громче. — Древнее устройство хранения информации. Уникальное. Очень редкое. И поразительно ценное.